Тайны старогастрономовского двора - Андрей Иванович Ревягин
– По сравнению с чистильщиком обуви мастерская-будка – это более высокий уровень, – пояснял он мне, всаживая сапожным молотком с загнутым («кучерявым») верхом гвозди в подошву сандалета. – За «стайку» не надо налог на недвижимость платить и НДФЛ – не докажешь… А материалу – на свалках полно!..»
Ну, стал я чистить. Неделю чищу, две…
А ребята в подъезде рассказывали (это уже после моего «трудового дня»), что в древнем Ашхабаде в Средние века мастерам и подмастерьям, которые занимались ювелирным делом с золотом, насильно брили бороду, а «начальство» (и мужики остальных профессий) спокойно работали с бородой. Брили для того, чтобы у них в бороде (а она ведь растёт широко и густо!) не задерживались и падали на пол (потом подметут, соберут) мельчайшие частички золота (а то домой пришёл, вычесал бороду, а ещё лучше – отрезал, да и в тигель её, и плавь себе золотые слитки; тоже «рыночный» подход к делу)…
Но у меня ни бороды, ни усов не было… Да и вообще, я по другой профессии в миллионеры «продвигался». В общем, чищу да вздыхаю…
А тут в какой-то такой «прекрасный день» подошёл ко мне один кент в ковбойской шляпе «стетсон» (я его сразу «кабальеро» мысленно окрестил). Башмак-шуз свой ставит на ящик. А у него дельные козы оказались («козы» – понтовая бутцевая обувь системы «казаки»): путёвый «дембельский» скошенный сзади каблук – в шесть сэмэ; через подошву, понизу, идёт «никель-белая» цепь с мизинец толщиной; всю поверхность обуви украшают узорами дырочки разных диаметров; в особых местах – акцентами! – пробиты заклёпки…
Я чищу заученно, отражаюсь в козах… И тут мне на ящик – тихо-тихо (под одну из щёток) выкатилось из его штанины – яйцо… Ага!..
Да не простое, а золотое!..
– Блестит, как «виагрой» начистили! – восхищались вечером ребята в подъезде, вертя яйцо на тусклом свету (наши пацаны любят блеснуть ярким словцом).
Мы в подъезде долго потом рассуждали между собой и допытывались: как оно могло из брючины выкатиться?.. Почему?.. Да и – тут вообще «шизануться» можно! – почему оно золотое (по-настоящему золотое)?! Много было разных вопросов… Ну, параллели, конечно, с теми ашхабадскими ювелирами были неуместны (хотя мы и эти версии оборжали хорошенько: у них ведь, у толстосумов этих, и унитазы, говорят, золотые! – вот и думайте).
А этот кабальеро в козах, – а его два омоновца в тот момент за шкирку оттаскивали от моего ящика к патрульной машине (я-то от неожиданности говорю: «Дяденька, у вас что-то выпало!»), – мне одной рукой кулак показывает; а палец другой руки к губам приставил, мол, тихо, молчи!.. Я язык-то и прикусил… Этого кабальеро менты в «коробочку» быстро затолкали; а больше не видят ничего и не слышат…
– Ну, ясно!.. – подытожили в конце концов ребята в подъезде. – Это коррупционера поймали! Взяточника!..» А яйцо – у него?.. Вот тут интересная, конечно, история! Если учесть, что оно к тому же – золотое…
Но ребята в нашем подъезде – пареньки пытливые. Скоро кто-то принёс весть, что яйцо это не просто золотое, а оно вообще – яйцо Фаберже!.. И тут же, попутно, слухи и сведения начали поступать со стороны, что арестовали очередного взяточника, который брал взятки яйцами Фаберже (вот какой!)…
А насчёт того, что то моё яйцо (а что, тот кабальеро ведь грозил мне кулаком: молчи и вали отсюда!) выкатилось из штанины, мы с ребятами стройную версию выработали (которая потом и подтвердилась на следствии). Оказывается, у того взяточника в карманчике брюк внутри за подкладкой была вшита потайная молния, и когда омоновцы его зашкерили, он эту молнию быстренько расстегнул и яйцо-взятку, как улику, скинул… Да ко мне, как говорится, в белые ручки (ну, не белые, а слегка серые от гуталина, но и не в смысле том, что «чёрные» руки – я ведь яйцо не украл!).
Короче говоря, после того случая целая куча (а лучше сказать – плеяда, когорта!) наших пацанов навострилась в чистильщики обуви (чтобы стать миллионерами, как и я!). И вот поведали они мне, что мечта у них появилась теперь такая: чтобы побыстрее взялись за коррупционеров и взяточников – тогда они непременно станут мил-ли-о-не-ра-ми!..
Как я чуть не постарел
(Рассказ Васьки)
Мечта должна быть настоящей!
Побыстрее повзрослеть?.. Какая – это мечта? Это – обыденность… В ту далёкую, теперь «хрущёвскую оттепель» об этом мечтал любой дошкольник. Ни шатко ни валко… Даже несмотря на то, что только что запустили первый искусственный спутник Земли (что, само по себе – подстёгивало)…
Настоящая мечта (жгучая, неистовая!) – появилась у меня под Новый год (в который, я должен был пойти в первый класс), когда мне купили боты «Прощай, молодость»…
У меня, сразу, что-то оборвалось в груди, когда я услышал это «фирменное» название «Прощай, молодость». Переспросил зачем-то… Хотя уже роились, множились вопросы: «А что, теперь выходит: «Здравствуй, старость!..»
А я-то как сейчас?.. Я же ещё и в школу-то не ходил!..»
Вот так живёшь, радуешься… А старость, оказывается, уже у тебя на пороге…
– Они – тёплые… – показывая на боты, сказала мама.
Боты как боты… Матерчатый чёрный верх; от подошвы, в полтора пальца идёт резиновый рант вкруговую (от «сырости»; но что-то подобное есть у вездеходов на воздушной подушке – я видел в журнале); застёжка какая-то смешная – металлическая, с отдельными прорезями – для «разного обхвата» щиколотки (потуже, послабже).
«Тёплые»… А я вроде и не замерзал!.. Как тут замёрзнешь, если лихо, как сам Тарзан, несёшься с крутой горки?! Когда валяешься, кувыркаешься в снегу, горячий, как сам Маугли?!
Два дня я не надевал боты (хотя поползновения со стороны родителей были настойчивые).
Тут я уточнять и распространяться не буду, потому что это была – чистая трагедия из всех, которые бывают (поищите примеры в истории и литературе).
А на третий день боты на меня надели… И я понял, что молодость моя – прошла!..
Когда все ушли на работу, я подошёл к зеркалу… Боты так зловеще прохлопали по полу!..
«Скоро, наверно, начнётся!..» – всматриваясь в свои «молодые и юные пока черты» (озабоченно маячившие в зеркале), обречённо подумал я.
Постучали в дверь. Пришёл Вадик. Он – всегда приходил в этот час.
– Ты чего такой?.. – посмотрел он на меня, как мне показалось, с ужасом…
– Что, уже началось?! – вырвалось у меня.
– Что «началось»? – не понял Вадик, и тут – он увидел мои боты. – А-а… У меня такие были…
– И что?! – тут
