«Вагнер». «Проект К»: через ад к свободе - Андрей Ященко
Мой взгляд падает на документы. Секретная бумажка о помиловании и два письма. Первое от руководства ЛНР:
«В период с июля 2022-го по январь 2023 года Вы принимали участие в специально военной операции. Проявляя самоотверженность и отвагу, Вы прошли тяжелый боевой путь, опаленный сражениями, пропитанный кровью и потом…»
– Заметили? Здесь ни одного красного словца нет, здесь каждое слово – правда, – обращаясь к парням, говорит Хрусталь.
За его спиной – символы компании. Слева на стене – огромный череп «Вагнера». Справа – флаг со звездой, окружённый словами: «Честь. Кровь. Родина. Отвага». В центре – кафедра, на ней плакат с заповедями «музыкантов».
– У каждого здесь лежит кодекс чести сотрудника ЧВК, – произносит Хрусталь, – вы должны запомнить и блюсти его. У вас появился шанс, который даётся раз в жизни – полностью отринуть своё прошлое, забыть о нём, избавиться от него и стать абсолютно другим человеком.
Впервые за долгие месяцы они смыли с себя фронтовую пыль, натянули гражданскую одежду. На сегодня война для них закончилась – завтра не будет штурма. Кто-то мечтал обнять мать, жену, детей. Кто-то – впервые за десять лет пройтись по Москве и не узнать свой двор, в котором прошло детство. Кто-то – просто напиться с друзьями до потери сознания.
Во взглядах читалась растерянность перед неизвестностью и робкая радость новой жизни. А может быть, и страх перед ней. Война научила простому правилу: завтра нет, есть только сегодня.
Боец рядом внимательно вчитывался в кодекс, который ему выдали:
«Ты закончил свой контракт, ты воевал, ты побеждал, мы тебя многому научили. Родина по праву оценила твои заслуги. Сегодня ты выходишь к мирным жителям, которые благодаря тебе не знают, что такое ужасы войны. Будь скромен, не кичись, если сотрудники правоохранительных органов задают тебе какие-то вопросы, не посылай их куда подальше, реагируй на все спокойно, соблюдай кодекс этих правил, помни, что твои товарищи еще воюют, и от того, как общество примет тебя, зависит их дальнейшая судьба».
– Правило 10 – не бухать! Вы придёте домой, вокруг появится рой любителей узнать, как вы воевали. На самом деле им интересно только, как вы их напоите. Все ваши друзья – по эту сторону приклада, по ту сторону стакана – не друзья. Сотрудник ЧВК не употребляет наркотики ни дома, ни в командировке. Это зло, и это не обсуждается. Дальше – не возвращайся к тому, что было. Не воруй ни в коем случае. Кончились деньги, стало не по себе – звони, работа есть. Не насилуй. Это сами понимаете. Обсуждать этот пункт не будем. Заскучал, надоело – звони. Позвонил – приходи. Сейчас вы адреналина столько хапнули, что вам кажется, что хватит на несколько лет, но всё быстро закончится. И чтобы не заниматься ерундой – звони. Вы получили уникальный боевой опыт. Такие люди, как вы, сейчас ценны именно в зоне специальной военной операции. Вы – профессионалы, и вы профессионально можете делать эту работу.
Кодекс чести – одна из вещей, на которой держалась эффективность компании. Если бы меня спросили, в чём секрет «Вагнера», – то этот свод – один из кирпичиков этого успеха. Своеобразный современный Бусидо, написанный для частной армии и адаптированный под массовый набор бывших заключённых. Максимально простой и понятный. Но жёсткий и безапелляционный. А главное – обязательный для исполнения всем.
– Я называю фамилию, сотрудник подходит, я вручаю документы и заслуженные вами награды, – продолжает Хрусталь.
В этот момент парни оживляются. Всем интересно увидеть заветную бумажку, о которой мечтали все шесть месяцев боёв.
– Аскеров! – раздаются аплодисменты.
– Документы об освобождении, медаль за ранение, медаль ЧВК за участие в «проекте», медаль Российской Федерации «За отвагу».
Церемония занимает минут тридцать. После каждой новой фамилии парни хлопают. Одинаково громко, и в начале, и в конце. Такое оно – боевое братство. Аккомпанементом награждения служит кашель. То один, то другой, то сразу группа начинает издавать хрипящие звуки, но к этому все привыкли – последствия жизни на передовой.
– Парни, вот и всё. Носите эти награды с гордостью, вы их заслужили. Такие же награды – медали «За отвагу» – украшали грудь наших дедов, прадедов, которые брали Берлин, Варшаву. Такие же награды украшают сейчас вас за то, что вы брали Покровское, Клещеевку, Бахмут, Соледар. Вы же скоро вернетесь… Спасибо вам за работу!
Парни хлопают, многие показывают «джамбо».
Ночь. Мы грузимся в автобусы во дворе. Вместо мультикама – спортивки. Старшие проверяют людей по спискам и распределяют в машины.
– «Геворг» – здесь.
– «Салям» – здесь.
– «Степ» – здесь.
– «Сюся» – здесь.
Позывные участников «проекта» – отдельная история. Кто был в первых наборах, выбирал сам. Но число новых бойцов росло в геометрической прогрессии. Придумывать начали командиры. Фантазия закончилась на первых сотнях экс-заключённых. Потом в ход пошло всё, что попадалось на глаза. Когда и этот метод забуксовал, на помощь пришёл генератор случайных слов. «Акула», «Евген», «Лёлик», «Зеро», – креатив компьютера примитивен, зато – секунда и готов новый позывной.
Проводы без лишних слов. Один за другим из «Асгарда» выезжают автобусы и направляются в сторону границы…
…Просыпаюсь через несколько часов. За окном поля и леса приграничья. Серое небо разрезают первые лучи восходящего солнца.
– Сейчас будет проверка. Выходите с вещами. Честно отвечайте на вопросы и показывайте, что с собой. Мы вас предупреждали – ничего запрещённого вывозить нельзя. Если тут вас поймают – мы не поможем, – инструктирует парней сотрудник ЧВК.
Автобусы тормозят в поле. Нас привезли на секретную точку – границу между зоной боевых действий и остальной Россией. Здесь бывших заключённых должны проверить сотрудники спецслужб. На земле пара школьных парт, за ними суровые мужики. Подходишь, ставишь вещи на стол, показываешь. Кому-то задают вопросы.
Но атмосфера максимально позитивная. Никто не торопит, не давит. Мне вообще показалось, что если не выйти из автобуса, никто не заметит. Процедура – чистая формальность. Все запрещённые предметы, которые парни могли вывезти, давно изъял особый отдел ЧВК. Получить плюс три месяца к контракту и снова отправиться штурмовать желающих не было.
– Нужно доставать вещи? – спрашиваю человека за партой, ставя на нее свой небольшой спортивный рюкзак.
– Нет, проходите. Всё в порядке.
Снова автобус. Несколько часов пути.
Мы заезжаем на военный аэродром. Вертолёты на бетонных плитах. Нас дожидается другой транспорт – огромный Ил-76.
