Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том II - Александр «Писатель» Савицкий
Я вспомнил, как увидел Бутсу, который вышел на середину помещения, куда нас привели, и громко заговорил:
— Привет, мужики! Меня зовут Бутса! Все, кто БГ, подходят ко мне! — громко крикнул он. — Сегодня будет штурм, и нам нужно создать плотный огонь в помощь пацанам.
— Все, началась войнушка? — спросил тогда я.
— Войнушка была, пока вы в лагере прохлаждались, а тут — мясо! Подходите ближе, чтобы я не орал.
Вид у Бутсы был потертый, по нему было видно, что он уже побывал в разных передрягах.
— В общем, первый твой штурм прошел, как положено, в прикрытии? — вырвал Харчо меня из моих воспоминаний.
— Ну да, — согласился я, — он собрал нас и расставил по разным точкам, показав куда нужно стрелять, когда наши начнут забирать школу. Когда начался штурм, я с удовольствием стрелял по зданию, стараясь попадать точно в окна, чтобы не давать противнику высунуться. Штурм тогда прошел успешно, и я радовался, что мне удалось поучаствовать в настоящем бою, — грустно улыбнулся я, сравнив ту невинную стрельбу с сегодняшней ежедневной работой, но тогда радость и чувства сопричастности к войне распирали меня как воздушный шар. — Потом нас нагрузили БК и пайками и отправили в саму школу. Грязь эта к ногам прилипает, а мы бежим. Помню, чем ближе мы подбегали к школе, тем отчетливее я слышал стрелковый бой, но голова тогда не совсем понимала, что это не кино и каждый выстрел может нести смерть лично мне. Я тогда как будто существовал в своей отдельной реальности как свидетель, а не участник событий. Головой я еще оставался в тренировочном лагере, где стреляли холостыми патронами и взрывали петарды.
— Да, с непривычки непросто. Тут даже после госпиталя, когда возвращаешься, время нужно, чтобы перестроиться, а в первые разы вообще тяжело, — согласился со мной Харчо.
— А дальше все завертелось как в самой настоящей электрической мясорубке, — быстро заговорил я, с грустью вспоминая события штурма первых двухэтажек напротив школы. — Нам нужно было забрать дом номер 9. Первый накат быстро захлебнулся, из-за флангового огня, из-за огня из этого дома и домов вокруг мы потеряли много ребят. Дальше нами стал руководить Пикша, мы стали готовиться ко второму штурму. Меня сделали старшим группы, и мы двумя группами заскочили в этот дом и выбили оттуда противника. В самом конце этого штурма мне в ногу прилетел осколок, меня отправили в госпиталь, провоевал я, выходит, пару недель. А вернулся, когда уже почти на дамбе были.
— В общем, боец ты уже обстрелянный. Это хорошо. Мне уже командир сказал, что в твоей группе потерь почти нет. Повоюем, в общем… — спокойно подвел итог Харчо. — Агартал… Интересно, что это значит?
— «Белый орел» по-азербайджански. Я азербайджанец.
Харчо, удовлетворенный нашим общением, задумчиво замолчал.
— Агартал — Тельнику? — заговорила рация.
— На связи.
— К вам сейчас командир взвода придет с группой. Встретьте его.
— Гонг? — удивился я. — Конечно, встретим.
— Гонг — заместитель командира. Командир у нас Гаврош. Он из госпиталя вернулся.
— Понял… — еще больше удивился я, искренне до этого считая командиром Гонга. «Так вот зачем тут Харчо, — мелькнуло у меня предположение, — это разведка перед приходом основного состава».
Через час на нашу позицию зашла группа матерых сотрудников компании под командованием Гавроша, среди них я узнал нашего старшину Этикета. По тому, как они держались и разговаривали, по их экипировке, легкости и простоте в общении, свойственными уверенным в себе людям, было видно, что это профессионалы и люди войны. «Если я тут человек случайный, — думал я, глядя на них, — хотя воевать мне нравится и чувствую я себя здесь в своей тарелке, они — это другое. Они живут войной. Она — их мать и отец». Харчо, как я и предполагал, хорошо их знал и, по сути, был с ними в дружеских отношениях.
— Ну, что у тебя тут? Рассказывай, — посмотрел на меня Гаврош.
— Позиция хорошая. Есть обзор, но за перекрестком девятиэтажка, в которой мы видим значительные силы противника, — по-военному доложил я.
— Странные ощущения… — глядя в окно, сказал Гаврош. — Я же местный. Артемовский. Вырос тут, учился, с девчонками гулял по этим улицам, а теперь воевать тут приходится с этими пидарами, — грустно улыбнулся он. — Сколько у тебя человек?
— Восемь… Нет, уже десять! — посмотрел я на Харчо и его друга Исми.
— Хорошо… Давай думать, как мы воевать будем. Ты прав, дом напротив — мощный укреп, и там, скорее всего, их много. Перекресток важный. Рядом дом — тоже важный. Нужно не спешить, все хорошенько обдумать, чтобы мужиков зря не класть тут, — вздохнул он. — Давай, зови своих.
Я собрал группу, Гаврош со спокойным лицом посмотрел на каждого, видимо прикидывая, что каждый из нас может и на что способен. Никто из моих бойцов не отвел глаза, выдержав его взгляд.
— Меня зовут Гаврош. Я командир вашего взвода разведки. Завтра утром нам нужно будет забрать дом напротив, по адресу: Бахмутская улица, 6. Операция непростая. Дом сильно укреплен, в нем, по моим данным, сидит несколько десятков солдат ВСУ, — он выдержал небольшую паузу и продолжил: — Операция добровольная. Каждый из вас вправе отказаться от участия в штурме. Заставлять я никого не буду. Приказывать тоже. Поэтому вам нужно решить сейчас, идете вы или остаетесь, — он еще раз обвел нас всех взглядом. — Кто готов идти, поднимите руки.
Несколько человек из моей группы, включая меня, тут же подняли руки, а остальные подняли их следом за нами.
— Мы с вами, — подняли руки Харчо и Исми.
— Хорошо, — кивнул Гаврош, — группы будет две. Одну поведет Агартал, вторую — Алтакар. Вы братья, что ли? — улыбнулся он.
— Не… — улыбнулся Алтакар. — Я с Урала. С Каменска-Уральского. Морпех.
— Хотя, нет. Твоя группа мне нужна в другом месте. Вторую группу поведет Нофрин.
Гаврош с Этикетом пробыли с нами еще около часа, обсуждая возможные варианты завтрашнего штурма, и ушли на другую позицию. Как я понял, после возвращения из госпиталя ему важно было пройтись и познакомиться с личным составом групп и составить свое впечатление о происходящем на передке.
Как только он ушел, мы сели обсудить план завтрашнего штурма.
— Гаврош обещал сильную артиллерийскую поддержку, — заверил нас Харчо. — Я надеюсь, они сложат пару этажей, да и так — хохлов прикошмарят.
— Было бы хорошо, если бы они проломы сделали, чтобы мы могли в них заскочить, — озвучил я мысль. — Кто первый пойдет, вы или мы? — посмотрел я на командира второй группы Нофрина.
— Мы готовы первыми! — кивнул он.
— Заскочим в первый подъезд, поднимемся и
