Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том II - Александр «Писатель» Савицкий
Параллельно с другими группами, которые наступали слева и справа от нас, мы продвигались дальше, зачищая с боями дома в частнике по улице Мира. Бой сменялся боем, бойцы меняли друг друга; порой я не успевал даже запомнить позывной бойца, как он уже оказывался трехсотым или двухсотым. Каждый дом представлял из себя особую задачу, которую нам предстояло решить.
В силу особенности характера больше всего меня угнетало бездействие, а когда было чем заняться, когда нужно было придумывать, решать и действовать, я погружался с головой в эту задачу и жил этим моментом. Бой и был жизнью, в которую я нырял с головой. Когда меня назначили старшим, задача усложнилась, но стала интереснее. Я мог не просто действовать по чужой указке, а планировать и принимать решения. Что я и делал с большим удовольствием. Моя энергия и лидерские качества наконец-то нашли выход и способ реализации. Закрепившись в 87-ом доме по улице Мира, я дал своей группе немного отдохнуть, надо было разобраться в текущей ситуации. С запада и севера через дорогу сидели хохлы, нам приходилось вести бой с двумя группами противника.
— Агартал — Тельнику? — вышел он на меня. — Там на соседней улице ситуация не очень. Нужно помочь.
— Что делать?
— Там пацаны зашли в промышленное здание, 82-ой дом по улице Мира, и их там размотало. Один старший группы погиб, второй триста. Перемещайся туда и бери командование. Они там молодые все. Ноют, что нужно оттягиваться, а потом нам придется опять это здание брать.
— Понял. Принял. Выдвигаюсь.
Я передал командование своей группой, взял с собой Баримора и Смержовска. Мы вернулись на несколько домов назад на нашу позицию напротив 82-го дома. От него шел крытый переход к промышленному зданию, где были отсечены и держали оборону остатки двух групп, оставшиеся без командиров, не сумевшие самоорганизоваться и выбрать нового старшего. Мы осмотрелись, взяли с собой по максимуму БК и перескочили к ним через улицу.
— Привет, мужики! — поприветствовал я их, параллельно оценивая ситуацию. — Я ваш новый командир. Меня прислал Тельник. Что тут у вас происходит?
— Да мы зашли, хотели следующее здание штурмануть, а там полгруппы сложило. Прислали вторую группу — их тоже размотало.
— А рация где?
— Там… — махнул боец в сторону украинцев. — Наверное…
— Херово. Нужно забирать.
— А как? Там все простреливается, — испуганно посмотрел на меня парень.
Позиция и ситуация, правда, были не в нашу пользу. Я вышел на Тельника и обрисовал ему обстановку.
— Ясно… Пробуйте забрать рацию. Она не должна попасть к хохлам, — приказал он.
— Это не представляется возможным. Нас там положат.
— Ты воевать приехал или что? — наехал он на меня.
— Воевать, но глупо класть людей не буду.
— Что ты предлагаешь? Подарить рацию хохлам, чтобы они нас слушали?
— Подумаю, как лучше сделать и скажу, — ответил я сухо, после чего повисла напряженная пауза. — Нам еще БК нужно. А мне — осмотреться.
— БК принесут. Думай быстрее и давай уже воевать нормально! Конец связи.
В сторону хохлов выходила глухая стена, которая не давала никакого обзора. Мы с мужиками первым делом проделали в ней несколько дырок, чтобы можно было контролировать фронт. Дождавшись вечера и подноса боеприпасов, мы стали планировать, как вытащить наших двухсотых и рацию. Еще засветло я распределил сектора, откуда мог вести огонь противник. Как только стемнело, мы создали огненный вал, под прикрытием которого два наших бойца Кальтука и его напарник выбежали на открытку и затащили тело старшего группы к нам. Украинцы пропустили вспышку или не захотели рисковать, но операция удалась.
— Пацаны, вы герои! — искренне оценил я их поступок. — Рация на нем?
— Нет рации… Видимо, уже забрали.
— Херово… Но других вариантов не было. Может быть, они ее сразу забрали, еще до моего прихода, — стал размышлять я вслух, мысленно готовясь к докладу Тельнику.
Разговор был коротким. К тому моменту было уже неважно, что рация у противника. Это, конечно, создало лишние проблемы, связанные с тем, что нам нужно было перепрошить и поменять рации, но все были готовы к тому, что так и будет.
За следующие несколько дней мы зачистили все здания до улицы Мариупольской и уперлись в православный храм. Храм был достаточно сильно разбит, как и большинство домов вокруг. Война не разбиралась в том, какое предназначение было у этого здания в мирное время. Во время боев все без исключения строения превращались в укрепы, которые нужно было или штурмовать, или удерживать. Строение было крепким и поэтому представляло из себя опасность. Какая-то часть внутри каждого из нас, как людей верующих, не хотела трогать дом Бога, но выбора не было. Чтобы перескочить Мариупольскую улицу на этом перекрестке, нам нужно было хорошо обработать это здание, возвышавшееся над всеми остальными, из РПГ и крупнокалиберных пулеметов. Так мы и поступили. К счастью, сильного боя не было, мы перескочили улицу и зачистили его…
Нам дали немного времени, чтобы отдохнуть от беспрерывных боев. Мы основательно закрепились на позиции, превратив ее в маленькую Брестскую крепость: пробили бойницы в сторону украинцев, чтобы не сидеть у окон, заминировали ПОМками подходы и познакомились между собой. В группе были опытный боец Баримор, кашники из Екатеринбурга Воротничок и Смержовск. Был Борщ, который воевал уже второй контракт, а начинал еще в ополчении. Кальтука был вэшником и пришел с воли.
В следующие дни мы бодались за прямоугольник из нескольких десятков домов, упиравшийся в улицу Бахмутскую. Дома были зажаты между улицей Мира и улицей Незалэжности, что переводилось как улица Независимости. Правда, раньше эти улицы имели совсем другие названия — улица Артема и улица Советская. В конце вверенного нам участка, по адресу: улица Мира, 71, возвышалась пятиэтажка в форме буквы «Г» и еще одна пятиэтажка, в которой находилась «Аптека». По первой пятиэтажке хорошо отработали наш танк и артиллерия, обрушив некоторые пролеты и сделав ее ниже. Двумя группами с разных сторон мы начали затекать в нее через проделанные проломы и вступили в бой с оборонявшими ее бойцами противника. Естественно, такой укреп представлял ценность,
