В паутине - Люси Мод Монтгомери
– Дождь собирается, – сказал Маленький Сэм, щедро разливая похлебку. – У меня нога уже два дня нещадно ноет. – Маленький Сэм вздохнул. – Начинаю ощущать свои годы, – добавил он.
К концу ужина дождь полил вовсю. Маленький Сэм настоял, чтобы Брайан остался у него на ночь.
– Куда тебе в такую ночь. Только послушай, какой ветер поднялся. Оставайся, тебе здесь будет хорошо, а утром поищешь своих телят. Скорее всего, найдешь их на участке Джейка Хармера. Заборы у него – стыдоба.
Брайан сдался. Он боялся идти домой в темноте. А здесь так тепло и уютно. Конечно, он беспокоился о Сверчке. Но если Сверчок и придет, то, скорее всего, просто свернется калачиком на кровати Брайана. Ему там будет хорошо. Никто его не обидит.
В доме Маленького Сэма Брайан провел самый приятный вечер на своей памяти. Сидя у огня, он гладил Горчицу – очень милую старую кошку, хотя со Сверчком ей, конечно, не сравниться, – и слушал рассказы о привидениях, от которых волосы вставали дыбом. Маленькому Сэму не пришло в голову, что не стоит рассказывать Брайану такие истории. Слишком давно некому было слушать его истории. У Маленького Сэма выдалось немало одиноких вечеров этой осенью. Он с ужасом ждал зимы, которая будет такой же, как прошлая. Но про Большого Сэма не сказал ни слова. Сэмы наконец перестали судачить друг о друге. Маленький Сэм лишь гордо указал Брайану на Аврору и спросил, не считает ли он ее красивой. Брайан и впрямь так подумал. В стройной белой фигурке было что-то, что наводило его на мысли о музыке в лунном свете, коралловых облаках на рассвете и воспоминаниях о красоте, от которых иногда – когда он не был слишком изможден или голоден – в душе его воцарялась гармония.
Брайан заснул далеко не сразу, свернувшись калачиком на койке, некогда принадлежавшей Большому Сэму. За окном ревел ветер, дождь полоскал скалы. Ветер дул над морем, и хотя волны поднимались невысоко, они издавали странный звук, похожий на горькие всхлипы. Сильно ли рассердятся тетя и дядя из-за того, что Брайан не пришел ночевать? Соскучился ли по нему Сверчок?
Когда он наконец заснул, ему приснился кошмар. Он стоял один посреди обширной, заснеженной равнины, залитой лунным светом. На него глядело исполинское существо – зверь, напоминавший волка на картинках в сказке про Красную шапочку, но в десять раз крупнее, с рычащей слюнявой пастью и злобными пылающими глазами. В глазах этих светилась такая ненависть – такая дьявольская ненависть, – что Брайан закричал от ужаса и проснулся.
Рассвет окрасил комнату в тусклый серый цвет. Маленький Сэм все еще мирно храпел, на животе у него улеглась Горчица. Ветер стих, дождь кончился. Брайан выглянул в окно, и ему представился мир, затянутый серым туманом. Но ужас из сна по-прежнему преследовал его. Каким-то образом – он не мог бы сказать, как и почему, – он был уверен, что со Сверчком что-то случилось. Тихо выскользнув из постели и надев свою поношенную одежонку, он так же тихо покинул дом и закрыл за собой дверь. Через час он был дома. Все еще спали. В гараже стояла незнакомая машина. Брайан на цыпочках пробрался по кухне и поднялся по лестнице на чердак. Сердце у него болезненно стучало. Он отчаянно молился, чтобы найти там Сверчка – теплого, пушистого, мурлыкающего.
Однако увидел он дядю Дункана, который спал в его постели. Сверчка нигде не было. Брайан сел на пол, охваченный тошнотворным чувством. Он понял, что случилось – такое уже как-то случалось. На ферме были гости, кроватей на всех не хватило, дядя уступил свою, а сам пошел спать на чердак.
Приходил ли Сверчок? Если да, то ушел ли целым? Снова и снова задавал Брайан себе эти вопросы, и вот наконец дядя проснулся, потянулся, сел и посмотрел на него.
– Телят нашел? – спросил он.
– Не-е-ет, но Маленький Сэм думает, они на участке Джейка Хармера. Я сейчас пойду искать.
У Брайана дрожал голос, но не от страха за телят. Что же… что же случилось со Сверчком?
Дункан Дарк зевнул.
– Да уж, поторопись. А откуда взялся кот, который начал царапать мне лицо и разбудил? Ты что, завел здесь котов, парень?
– Не-е-ет, только одного… он иногда приходит ночью, – выдохнул Брайан.
Холод будто пробрал его до самых костей.
– Ну, больше не придет. Я ему шею свернул. Так, давай иди за коровами. У тебя полно времени до завтрака.
Позже Брайан нашел жалкий трупик своего маленького питомца в зарослях лопухов под оконом. Сердце его разбилось, когда он взял Сверчка на руки и попытался закрыть остекленевшие глаза. Он чувствовал себя таким беспомощным – таким одиноким. Единственное существо в целом мире, любившее его, мертво – убито. Он больше никогда не услышит тихую поступь маленьких лапок на крыше крыльца… больше никогда мягкая лапка не коснется его лица в темноте, а урчащее тельце не прижмется ласково к нему. Бога нет. Даже юный, безрассудный Бог не допустил бы такого.
Ночью Брайан почувствовал, что не может, не может лечь спать на чердаке. Он не сможет лежать там один в ожидании Сверчка, который больше никогда не придет. Сверчок, холодный, окоченевший, лежал в могилке, которую Брайан вырыл для него под вишней. Охваченный отчаянием, мальчик бросился прочь из дома по сумеречной дороге, толком не зная, куда бежит. Повинуясь не намерению, а какому-то слепому инстинкту, ноги привели его на кладбище Роуз-Ривер к заброшенной могиле матери. Он бросился на нее и разразился страшными рыданиями.
– О, мама… мама! Лучше бы я был мертв… с тобой. Мама, мама, забери меня, я больше не могу жить… не могу… не могу. Прошу тебя, мама!
Маргарет Пенхаллоу остановилась и посмотрела на него. Она ходила к Артемасу, чтобы
