В паутине - Люси Мод Монтгомери

по пути домой. Она приняла укоры смиренно, понимая, что это его право, и считая его недовольство справедливым. Но когда несколько дней спустя миссис Дензил заговорила с нею о случившемся, она уже не была столь смирной. Они даже поругались. Маргарет утратила былую застенчивость. Порой она высказывала свое мнение с поразительным напором. Похоже, заявила миссис Дензил, помолвка ударила ей в голову. Дензил поспешно разнял их. Не хватало только слушать дома женский визг. Он объявил Маргарет, что ей не стоит забывать о хороших манерах, иначе не видать ей Пенни. Это встревожило Маргарет куда меньше, чем ожидал Дензил. Иногда она, несмотря на сундучок с приданым, шелковые чулки и все преимущества положения замужней дамы, почти жалела, что пообещала Пенни выйти за него; в такие минуты она гадала, нельзя ли как-нибудь избежать этого замужества. И всегда с грустью заключала, что нельзя. Все посчитают, что именно Пенни бросил ее, а этого Маргарет не вынесла бы. Такой исход слишком унизителен. Придется ей через это пройти.

Однако Пенни после истории с каруселью твердо решил, что Маргарет ему не подходит. В ней есть что-то дикое. Бог ты мой, откуда? В ней же не было испанской крови. Но как теперь выкрутиться? Вот в чем трудности. Весь клан пристыдит его, если он бросит Маргарет. А Денди ни за что не отдаст ему кувшин. Вот если бы заставить Маргарет бросить его. Вот это мысль! Но это непросто, совсем непросто. На Пенни снизошло истинное вдохновение, как ему показалось. Он напьется – да-да, напьется и придет пьяным на церковный праздник в саду в Бэй-Сильвер. Маргарет придет в такой ужас, что порвет с ним. Он знал о ее строгих принципах по поводу воздержания от алкоголя. Разве не она заявила на каком-то давнем концерте: «Губы, которые коснулись спиртного, никогда не коснутся моих»? Он доведет ее до кондрашки, черт побери. Конечно, не избежать небольшого скандала, но все быстро утрясется. Многие мужчины в клане время от времени напиваются. Вряд ли это всерьез повлияет на его шансы получить кувшин. Тетя Бекки говорила о тех, кто «не может без выпивки». Не сочтут же его горьким пьяницей из-за одной попойки. Прошло уже двадцать пять лет с тех пор, как он напился в последний раз, и в том были виноваты выборы. Он был тогда достаточно противен. Такая строгая старая дева, как Маргарет, этого не потерпит. Пенни хихикнул. Теперь он все равно что свободен.

Когда Пенни прибыл на праздник, все уже собрались. Там были Нэн и Ноэль, отложившие свадьбу, которая должна была состояться в июне, на сентябрь. Там были Гэй и Роджер. Нельзя не прийти на собственный церковный праздник, даже если вы предпочли бы кататься на машине под луной. Гэй удалось поприветствовать Нэн и Ноэля легким, небрежным кивком, хотя при виде них у нее сердце подскочило в груди. Там была Джослин… и Хью. А еще Фрэнк и Кейт, хотя женщины полагали, что Кейт в ее положении лучше оставаться дома. Но нынче у людей совсем не осталось стыда. Были там и оба Сэма, тщательно избегавшие друг друга. Большой Сэм пришел, чтобы как следует поесть, но когда увидел, как Маленький Сэм угощает вдову Терлиззик хот-догами и мороженым, у него пропал аппетит.

В планах Пенни что-то пошло не так. Большинство членов клана с терпеливой улыбкой отметили, что Пенни не совсем трезв, однако он не был по-настоящему пьян. Он дошел только до сентиментальной стадии, как вдруг осознал, что на самом деле отчаянно влюблен в Маргарет. Бог ты мой, какая она замечательная женщина! Он от нее без ума. Он пойдет и скажет ей об этом. Неужели он собирался порвать с ней? Да ни за что! Набрав гвоздичек, пылкий возлюбленный отправился в Бэй-Сильвер.

Прежде чем пойти на праздник, Маргарет заглянула в Шепот Ветров. Сейчас она бывала там как можно чаще, зная, что, когда они с Пенни поженятся, она больше не увидит это место. Тем вечером она повесила на дерево старый железный котелок и наполнила его водой для птиц. Воздух в саду был напоен ароматом молодого дикого папоротника, росшего вдоль просевшего забора. Мир, достоинство и красота сада окутали ее плащом чар. Она хотела бы остаться здесь навсегда, наедине со счастливыми мыслями, посещавшими ее среди цветов и трав. На глаза навернулись слезы. Ей опротивел блеск кольца Пенни у нее на пальце. Это был бриллиант – Пенни любил размах и жадностью не отличался; когда-то Маргарет думала, как приятно было бы иметь обручальное кольцо с бриллиантом. Теперь же оно превратилось в оковы.

Маргарет искренне удивилась, когда Пенни бросился ей навстречу в церковном саду. Ее посетило ужасное ощущение – будто он возьмет и поцелует ее у всех на глазах; и хотя он не стал этого делать, она определенно едва спаслась. Маргарет была такой невинной, что даже не подозревала о чувствах Пенни, хотя не сомневалась, что на него что-то нашло. Он сжимал ее руку… с восхищением взирал на нее… и даже… нет, она не ослышалась… назвал ее «малышкой».

– Малышка, – сказал он, – я уже было решил, ты не придешь.

Маргарет позволила Пенни увести ее на прогулку по кладбищу. Он настоял на том, чтобы во время прогулки обнять ее за талию, отчего она стушевалась. С кладбища открывался великолепный вид на залив и долину Розовой реки, над которой всходила луна.

– Какая чудесная луна, – в отчаянии сказала Маргарет.

Надо же было хоть что-то сказать. Да что это с Пенни?

– Ой, к черту луну, – раздраженно буркнул Пенни – Маргарет была вовсе не так отзывчива, как, по его мнению, должна была быть.

Маргарет изумилась. Она знала, что мужчины сквернословят, но ведь не в присутствии дам, с которыми помолвлены! Пенни мог хотя бы подождать, пока они не поженятся.

Пенни поспешил извиниться.

– Никогда не понимал, что в луне такого восхитительного, – пояснил он, – но я так сказал только потому, что хотел, чтобы ты думала обо мне, а не о луне. Прости меня, малышка. Больше я не буду произносить дурные слова перед моей милой крошкой.

– Нам… нам лучше вернуться в сад, – озадаченно пробормотала Маргарет. Все эти романтические ухаживания, столь привлекательные в мечтах, на деле оказались едва ли не кошмаром. – Если опоздаем, упустим хорошие места.

– Какая разница, где сидеть, лишь бы вместе, моя дорогая, – сказал Пенни.

На протяжении всего мероприятия Пенни обнимал Маргарет, не замечая смешков молодежи и ухмылок стариков. Во время наиболее сентиментальных отрывков песен он сжимал руку