Девушка с ножом - Одри Блейк
– Ей будет смертельно скучно в Суффолке, – пробормотал он.
– Зато отдых пойдет на пользу, – возразил Хорас. – Она в последнее время слишком тихая. И бледная. – Он нахмурился, обвиняюще глядя на Гибсона, но затем смягчился. – Если она догадается, что нам самим не хочется ее отпускать, то никогда не уедет. Облегчи ей задачу.
Дэниел был согласен с наставником лишь отчасти, но поскольку та часть его, которая не соглашалась, жаждала целовать Нору, пока кровь снова не окрасит румянцем ее бледные щеки, а тайные признания не вырвутся на свободу, имело смысл все-таки прислушаться к Хорасу. Нора удручена, и лучше оставить ее на попечение женщины – по крайней мере, так утверждала миссис Фиппс.
* * *
Стоило им войти в холл, как экономка сама материализовалась там, словно вызванная силой мысли. Она была взволнована и едва ли не подскакивала. Оголодавший желудок Дэниела сжался в комок, а душа ушла в пятки.
– Значит, вы ей сказали?
На мгновение лицо у миссис Фиппс сделалось растерянным.
– Ой. Ну да, так и есть, и… Ладно, позже обсудим. – Она поджала губы. – А сейчас в гостиной итальянец сидит. Уже почти три часа. Хотел увидеть ее заметки о наркозе, а потом стал расспрашивать о проклятых цыплятах.
– Кто сидит? – переспросил Хорас.
– Итальянец? – одновременно с ним удивился Гибсон, останавливаясь и снимая перчатки.
Экономка фыркнула.
– Профессор Перра. Из какой-то Балони.
Крофт нахмурился, но тут же расплылся в теплой улыбке.
– Из Болоньи, – поправил он. – Профессор присылал мне записку на той неделе. А я забыл. – Он ринулся в гостиную, забыв снять пальто и шляпу. Дэниел последовал за ним, но, увидев Нору и черноволосого мужчину, сидящих очень близко друг к другу на диване, замер на пороге. Оба, склонив голову, пристально глядели в тетрадь, лежащую у девушки на коленях. Мужчина кивнул, когда ее палец пробежался по ряду цифр.
– Профессор Перра! Какая честь! – Хорас с неожиданной церемонностью радушно развел руки и приблизился к сидящим. Обе головы резко повернулись, и в одно мгновение профессор Перра вскочил и со смущенной улыбкой двинулся вперед, протягивая руку и стараясь не задеть низкий столик, заставленный пустыми чашками и тарелкой с крошками от пирога.
Похоже, они и правда провели вместе три часа, как утверждала миссис Фиппс.
– Я знакомила профессора со своей работой, – пояснила Нора.
Перра схватил Крофта за руку и энергично потряс.
– После симпозиума меня снедало любопытство. Я должен был вас увидеть. Ваша работа – и работа мисс Биди – это настоящий триумф.
Эффект от его похвалы был столь же красноречив, как и блеск в глазах девушки. Гибсон пересек ковер, натужно улыбаясь, хотя совершенно запутался в происходящем и видел только, как Хорас ухмыляется и суетится, Перра с невиданной ловкостью расточает комплименты, а Нора краснеет, избегая глядеть Дэниелу в глаза. Между лопаток стянулся узел беспокойства.
– Что привело вас сюда? – спросил Гибсон, когда все устроились на диване и стульях.
– В Лондон? – уточнил Перра.
– На Грейт-Куин-стрит. – Дэниел пристально посмотрел на гостя.
– Я хотел поздравить мисс Биди и одновременно выразить соболезнования. Какой позор, что ей приходится уезжать из Лондона. Мы, итальянцы, более практичны.
Дэниел скрыл гримасу. Итальянцам, конечно, есть чем похвалиться, но только не практичностью.
– Дед профессора Перры, оказывается, учился у Анны Манцолини, – объявила Нора с благоговейным восхищением в голосе.
– В самом деле? – наклонился вперед доктор Крофт. – Я и не предполагал…
– Блестящая женщина. Легенда своего времени. Ее влияние в университете неизмеримо, – подтвердил Перра.
– В Болонье разрешено учиться женщинам, – добавила Нора.
Хорас повернулся к ней, дернув головой, словно механическая кукла.
– Правда? Я думал, во время французской оккупации…
– Это было много лет назад, доктор Крофт, – перебил Перра. – Хотя студенток у нас немного, я считаю, что мне повезло повлиять на карьеру двух выдающихся женщин-врачей, которые прекрасно владеют искусством наложения щипцов.
– И какой тип инструмента они предпочитают? – мгновенно заинтересовался Крофт.
– Щипцы Левре[21]. Они намного лучше повторяют изгибы таза роженицы.
– Профессор Перра предложил мне место, – вмешалась девушка, возвращая разговор к насущным вопросам. Она сидела очень прямо, стиснув пальцы до побелевших костяшек, как и сам Гибсон. Слишком далеко сейчас была любимая, не дотянешься.
– Нора… – начал он.
– Место? – переспросил Крофт, хмуро рассматривая диванные подушки, словно ища там ответ.
– В университете, – тихо пояснил Перра. – Поскольку здесь у нее нет никаких реальных возможностей.
– У нее масса возможностей, – усмехнулся Хорас. – Да и знает она не меньше, чем…
– Всегда полезно узнать что-то еще, – возразил итальянец, окидывая собеседника изучающим взглядом, – но что хорошего в знании, доктор Крофт, если его не разрешают применять?
– Предложение уж очень щедрое, не стоит его упускать, – добавила Нора.
– Но… – начал Хорас, и в глазах у девушки зажегся огонек, от которого Дэниелу стало не по себе, поэтому он поспешил прервать наставника, пока тот все не испортил.
– Любой из нас мечтал бы о Болонье. – Гибсон с улыбкой оглядел собравшихся. – Но лично у меня с самого завтрака во рту ни крошки не было, а тема слишком серьезная для пустых желудков. Я вижу, сливовый пирог вы доели.
– Перра, вы ведь останетесь на ужин? – со свойственным ему воодушевлением подхватил хозяин дома.
– Почту за честь, если это вас не стеснит, – кивнул итальянец.
– Вовсе нет! – Хорас беззаботно махнул рукой и встал. Нора тоже поднялась, и Дэниел в один миг оказался рядом, вместе с ней направившись в столовую.
* * *
Несмотря на опасения Дэниела, беседа текла гладко. Никто не упоминал Суффолк или предстоящий отъезд Норы. У Перры было полно вопросов ко всем, но особенно к мисс Биди.
«Он новый знакомый и интересуется ее работой, – напомнил себе Дэниел. – Не мешай ей наслаждаться похвалой». Потребовались определенные усилия, но Гибсону удалось ввернуть в разговор упоминания о случаях, которыми они с Норой занимались вместе, и он очень старался не замечать нетерпеливого румянца, вспыхивающего на щеках девушки, когда она разговаривала с Перрой.
Когда ужин закончился и все разошлись, Дэниел, направляясь спать, проходил мимо гостиной и мельком увидел, как миссис Фиппс яростно взбивает подушки.
– Беда с этими мужчинами, – ворчала она.
Дэниел схватил гобеленовую подушку с бахромой, тоже хорошенько встряхнул ее и с силой шлепнул назад в кресло, не желая вслух признаваться, что согласен с экономкой.
Глава 33
Нора наверху мерила свою комнату шагами, грызя ноготь большого пальца – привычка, от которой она вроде бы избавилась лет десять назад или даже больше. Профессор Перра оказался во всех смыслах мягким и терпеливым человеком, но его слова преследовали девушку с настойчивой
