Друзья времён моей индейской жизни - Джеймс Уиллард Шульц
Да, как и было предсказано, Норка получила и другие видения о Бизоньем Камне, и, следуя этим указаниям, понемногу, год за годом, она разработала для него церемонии, из которых самой важной был обряд ловушки для бизона, с помощью которой люди могли добыть за один раз столько мяса, что им могло хватить его на несколько лун. У подножия утёса он заставила людей построить загон из камней, стволов и веток деревьев – сам утёс был одной из сторон загона. Потом на вершине утёса, прямо над загоном, она велела сделать две расходящиеся стены из камня, уходившие далеко на равнину. Когда все было готово, она научила храброго юношу, что он должен сделать, чтобы возбудить в бизонах любопытство и заставить их следовать за ним. Потом она отдыхала. Люди стали терять терпение. Её муж и другие вожди говорили ей:
– Мы так много сделали, чтобы построить для тебя эту ловушку, а ты ничего с ней не делаешь. Иди, докажи нам, что наш труд не пропадёт впустую.
– Для этого еще не пришло время, – отвечала она, и больше ничего не говорила. Никому, даже мужу она не говорила, почему не использует ловушку, и люди начали бояться, что Солнце отвернулось от нее, а некоторые стали думать, что эта ловушка – не результат указаний, полученных от Бизоньего Камня, а плод её собственных глупых мыслей.
Пришла зима, и однажды, ясным холодным днем, Норка вышла на вершину утёса, где была устроена ловушка, посмотрела на заснеженную равнину и, вернувшись в вигвам, сказала мужу, чтобы тот созвал вождей. Они пришли, и, когда они расселись, она сказала им:
– Пришло время, когда мы можем воспользоваться нашей ловушкой. С этого дня пусть охотники ходят за добычей только на равнину на другом берегу реки. Нескольким молодым охотникам нужно поручить исследовать равнину вокруг ловушки и известить нас, если стадо бизонов появится недалеко от того места, где начинаются сходящиеся стены. Тогда, если ветер дует в нужную сторону, вы получите очень много мяса.
– Но почему ты так долго ждала, чтобы использовать ловушку? – спросил один из них.
– Потому что мой священный камень предупреждал меня, что использовать её можно только зимой, когда бизоны жирные и имеют длинную шерсть, – ответила она.
Через несколько дней, когда при свете дня наблюдатели поднялись на вершину утёса, они увидели большое стадо бизонов, пасшихся на равнине, у того места, где заканчивались две каменные стены, и одного из них послали к Норке с этой новостью. Она, в свою очередь, послала одного из своих зазывателей бизонов и велела им точно определить направление ветра. Было ещё утро и казалось, что ветра не было, но молодой охотник подбросил несколько бизоньих волосков, и их снесло немного к югу. Это было хорошо, потому что бизоны паслись к северу от ловушки и не смогли бы учуять зазывателя, когда он приблизится к ним. Он сразу сказал об этом, и Норка послала лагерного глашатая оповестить всех людей, чтобы они собрались за каменными стенами, но шли медленно, чтобы не спугнуть стадо.
За стенами собрались в основном женщины и старики. Пока они забирались по крутому восточному склону утёса, а охотники собирались внизу вокруг ограды у его подножия, три женщины помогали Норке в священной церемонии с Бизоньим Камнем (она научила их правилам церемонии и священным песням, которым сама научилась через свои священные видения). Вначале, развернув Бизоний Камень, она положила его перед собой на маленькую подстилку из бизоньей шерсти. Потом она бросила немного сладкой травы на угольки, которые принесла из костра в вигваме, и очистила себя их дымом, одновременно моля священный камень и его великого вождя, Солнце, быть милостивым к ней и ее народу, и даровать успех зазывателям бизонов, которые должны будут заманить стадо на смерть у подножия утёса. Потом, продолжая молиться, и между молитвами петь со своими помощницами священные песни Бизоньего Камня, она медленно сожгла длинный пучок сладкой травы – такой длинный, что его можно было протянуть через весь вигвам. Этот пучок символизировал стадо бизонов, а его горение означало, что стадо должно пройти прямо между каменными стенами, следуя за зазывателем, и, как и пучок, его ждал конец.
Выше на равнине люди залегли за каменными стенами. Одинокий зазыватель, пригнувшись и накрыв себя бизоньей шкурой, приближался к стаду – не прямо, а зигзагами – то вправо, то влево, но постепенно он был всё ближе, пока не оказался совсем рядом. Тогда он издал крики, которому научила его Норка – их было два. Он обрадовался, увидев, что бизоны, кажется, понимают его. Старая корова, бывшая вожаком стада, первая обратила на него внимание, подняла голову и уставилась на него. Он повернулся и начал двигаться назад, к стенам, и она сделала несколько шагов, продолжая смотреть на него. Он снова издал свой странный крик, и она пошла за ним, а за ней остальные – по одному, двое и трое, и всё больше и больше присоединялись к ним, пока всё стадо не пришло в движение. Потом зазыватель пошёл все быстрее и быстрее, пока не побежал, и старая корова побежала за ним, а стадо за коровой. Похоже было на то, что она не понимает, что происходит, и хочет это узнать. Казалось, что стадо решило, что зазыватель – это один из них, теленок, попавший в беду, и они должны ему помочь.
Зазыватель бежал между каменными стенами, направляясь прямо к утесу, и бизоны бежали за ним. Он оглядывался на них, и, когда увидел, что передние уже вошли в пространство между стенами, он побежал быстрее, пока не добежал до рва и не прыгнул в него. Бизоны теперь его не видели, и, свернув по рву направо, он прополз под камнями и оказался рядом с двумя стариками, которые сидели там. Теперь, когда старая корова и все остальные бизоны не видели зазывателя, они замедлили свой бег и готовы были остановится – они не могли понять, куда
