Уйгурские сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки
— У меня пропали три козы, — сказал хозяин коз. — Я и спросил у этого человека, не видал ли он их. Он помог мне найти пропажу. За это я хотел отблагодарить его и подарить ему хромую козу. А он недоволен и требует с меня здоровую. Я так думаю, что хватит с него и хромой козы. Из-за этого мы поспорили и подрались.
А пахарь, в свою очередь, говорит:
— Работал я на своей пашне. Вдруг подходит ко мне этот человек и просит показать ему границы моего участка. Я и сказал ему, что вон тот арык служит межой моего поля, которое досталось мне в наследство от отца. Он осмотрел участок, пригнал вот этих трех коз и ни с того ни с сего стал кричать, что я перебил ногу его козе.
Всадник взглянул на того, на другого и ничего не ответил.
В это время пахарь, желая ему угодить, взялся было за повод его коня, чтобы подержать его, когда тот будет спешиваться.
Всадник испугался и закричал:
— Лошадь моя собственная! Она досталась мне еще жеребенком, и я сам вырастил ее.
И они опять заспорили и подрались.
Одумавшись, они втроем пошли к казию[41]. Каждый из них по порядку рассказал судье о своем деле. Казий посмотрел на них и сказал:
— Ну что ж, если вы все трое клянетесь, что увидели новую луну, значит завтра можно устроить аит[42].
Спорщики, решив, что судья предлагает им помириться, а в случае несогласия — грозит наказанием, тут же помирились и отправились восвояси.
Когда спорщики ушли, казый позвал свою жену и сказал ей:
— Были у меня сейчас три человека. Они поклялись, что видели новую луну. Готовься, завтра начнем праздник.
— Ну что ж, — обрадовалась жена, — если вы, мой муж, намерены купить мне новое шелковое платье, я буду только благодарна вам. Но разрешите мне самой выбрать полотно по вкусу.
Она вышла в соседнюю комнату и сказала своей дочери:
— Твой отец пообещал мне купить новое шелковое платье, и я попросила, чтобы он разрешил мне самой выбрать ткань по вкусу. Если хочешь, пойдем вместе.
Дочь запрыгала от радости:
— Ну, конечно, мама, я уже взрослая. И если вы собираетесь выдать меня замуж, я буду очень счастлива!
И девушка, радуясь предстоящей свадьбе, выбежала во двор.
Увидев там свою рабыню, она обняла ее и сказала:
— Мои родители решили, наконец, выдать меня замуж. Скоро моя свадьба.
Рабыня растрогалась, заплакала и сказала:
— Да, да, ведь я сорок лет прослужила у вас! И вот бог привел дожить до того дня, когда вы отпускаете меня на волю. Не знаю, как и благодарить вас!
Четыре хорун-банге[43]
Жили в одном городе четыре хорун-банге. Однажды пошли они в лес. Взяли с собой лепешек и кувшин кислого молока. Погуляли немного, выбрали на берегу реки красивую полянку и расположились отдохнуть. Сели кружком, поставили посредине кувшин и разложили лепешки. Хотели было уже приступить к еде, как вдруг один из них говорит:
— Нас много, а молока мало, надо его разбавить водой, чтобы было больше.
Все согласились.
— Кто пойдет за водой? — спросил один лодырь.
— Ты сам и сходи, — предложил другой.
— Нет, принеси ты, — сказал третий.
— Нет, лучше вы оба сходите, — предложил четвертый.
Долго они спорили, кому идти за водой, хотя река находилась совсем близко. Наконец им надоело спорить.
— Давайте, — сказал один из них, — условимся так: будем молчать. И кто из нас первый скажет хоть одно слово, тот и пойдет за водой.
Всем это предложение понравилось. Сидят лентяи и молчат, сидят и дремлют. В это время из леса вышел охотник с борзыми. Увидев хорун-банге, он подошел к ним и сказал:
— Салям!
Ничего не ответили ему лодыри, даже голов не подняли.
Охотник решил, что его не слышали, и громко повторил свое приветствие.
Опять молчат лодыри.
— Почему вы молчите? — спросил охотник.
Хорун-банге даже не пошевельнулись. Охотник подошел ближе:
— Что вы за люди? Есть у вас душа в теле?
Молчат лентяи.
Охотник начал сердиться. Взял одного за шиворот и стал трясти. Хоть слово бы произнес хорун-банге! Удивился охотник, хотел уходить, но тут он заметил кислое молоко и лепешки.
— Я давно хожу по лесу, — сказал он, — проголодался. — Можно, пожалуй, и закусить.
И на этот раз банге не произнесли ни слова.
Охотник сел, придвинул поближе кувшин и стал есть. Ест, а сам посматривает на лентяев, а те смотрят на него с завистью и молчат.
Наверно, они больны и не могут сами есть, — подумал охотник, — взял кувшин с оставшимся молоком и попытался влить каждому в рот немного. Хорун-банге по-прежнему молчат, лишь глазами ворочают да головами мотают. Посмотрел на них охотник, покачал головой от удивления, сказал «рахмят»[44] и пошел в лес.
Как только он отошел от лентяев, его борзые бросились к лепешкам. Хорун-банге не шелохнутся, словно ничего не видят. Покончив с лепешками, борзые стали слизывать молоко, разлитое охотником на траве. Одна из них добралась до хорун-банге, у которого была большая черная борода. Собака сначала слизала остатки молока с его халата, затем постепенно дотянулась до бороды, измазанной молоком. Когда язык собаки коснулся губ длиннобородого, он не выдержал и крикнул:
— Пошт[45].
Остальные лентяи, вскочив на ноги, закричали:
— Ага, тебе идти за водой.
Но кислого молока уже не было, разбавлять было нечего…
Амут-падишах
Амут был очень беден. Все его богатство состояло из одного-единственного гранатового деревца. Он старательно ухаживал за ним, оберегал его. Каждый раз, когда созревали плоды, Амут дни и ночи просиживал под деревцем не смыкая глаз. Если же на стену залезали ребятишки, он тотчас же замечал их и, пожурив, прогонял прочь, а иногда мог и поколотить, чтобы впредь неповадно было. Ему дали кличку «падишах», и все так и звали его — «падишах гранатового дерева».
И вот в один год, осенью, когда поспели плоды, он, как всегда, принялся усердно сторожить свое деревце и незаметно задремал. Открыл глаза, видит: гранатов стало меньше. Амут стал ругать себя на чем свет стоит за то, что уснул и не усмотрел за деревцем. Однако на следующую ночь с ним произошло то же — он уснул, и плодов на дереве стало еще меньше. Нелегко было.
И решил
