Ожидается снег - Екатерина Огнева
Маргарета обернулась на голос.
Дядя Вендскель стоял у нее за спиной и лукаво улыбался.
— Согласись, Дроппе, хорошая вышла бы сказка. Так и представляю, как братец отбывает свое наказание лет в сто и получает тело обратно на глазах изумленной дочки мельника. Если таковые еще останутся к тому времени.
Марго тоже улыбнулась, но взгляд ее не потеплел.
— Да уж, дядя, ты-то свое наказание будешь отбывать в телесной форме.
Вендскель вздернул белую бровь.
— Мое наказание? За то, что я помог тебе изловить преступников? Или за то, что всеми силами отговаривал их от преступления? Впрочем, если так считает Голос Клана, я готов предстать на суде альвов вместе с моим братом.
Он отвесил ей ироничный полупоклон.
— Суд альвов не привлечет тебя, дядя, ты это знаешь. Нашему народу ты не нанес вреда. И я как Голос Клана уже приносила тебе слова благодарности. Но я все еще следователь полиции и могу арестовать тебя за сокрытие важной информации и укрывательство преступников.
— Можешь? Точно?
Улыбка Вендфеля стала ядовитой.
— Хочешь проверить? Я могу снова Сварта позвать, ты видел, как он справляется. Знаешь, в чем удобство быть Голосом? Тебя слышно. Всем и сразу.
Беловолосый альв опустил ресницы, задумчиво разглядывая игру водяных струй.
Вздохнул.
— Ты повзрослела, Маргарета.
— Обижаться будешь? — улыбнулась она.
Он вернул ей улыбку, уже куда более веселую.
— Пару дней, пожалуй.
— Ну главное не уходи из города в эти пару дней. А то как же я тебя арестую?
— Договорились.
Альв сделал шаг в сторону, но вдруг обернулся.
— Кстати, как у тебя развивается роман с этим… шпионом с островов?
Маргарета склонила голову набок.
— Дядя, ну пожалуйста. Я тебя так уважаю, а ты ведешь себя как… И он вовсе не шпион, а ученый.
— Ну шпионит же?
— А кто не шпионит? Вот кстати бусинку твою я потеряла недавно, такое несчастье. Красивая была… Ты поэтому теперь напрямую спрашиваешь?
Альв расплылся в улыбке, сощурив глаза.
— Ну какая ж ты умница, Дроппе. Не зря мама тебя выбрала.
— Не уезжай из города, дядя.
Альв тихонько рассмеялся и исчез, снова оставив ее наедине с водопадом.
* * *
— Йенте! — позвал принц Фредерик. — На минуту.
— Между прочим, я на работу еду, — Юхан зашел, прижимая к груди какую-то папку. — Сегодня делаю доклад на совещании.
— Уверен, ты справишься. Только убедись, что ни на одном листе нет инициалов «М. А.».
— Это машинально, — Юхан чуть порозовел.
— Да, скоро должно совсем пройти.
Фредерик не успокоился, пока несколько специалистов независимо друг от друга не подтвердили, что чары и правда почти выветрились.
— А знаешь что, — Юхан хмыкнул, — к нам — ну, на работу, — вчера пришел запрос от Новейшего союза фабрикантов Фрингена. Последствия зимней грозы тормозят производство, нельзя ли ускорить расчистку, не будет ли любезна многоуважаемая контора…
— Так они же недавно писали открытое письмо, что ничем магическим пользоваться не будут.
— Все клянутся до известного предела, а тут разговор уже о деньгах, — пожал плечами Юхан.
Фредерика все еще поражало, что младший брат, который, казалось, только и умел, что ослепительно улыбаться для снимков, периодически выдавал такое. Растёт.
— Ты же понимаешь, что мы не можем принять одну сторону? Возможно, тебе придётся потом поработать и у фабрикантов тоже. Хорошие логисты везде нужны.
— Ну, если не будут справляться…
— Ладно, иди.
Юхан радостно уехал на работу. Фредерик мрачно посмотрел на груду папок на столе. С «Зимней грозой» всё ясно. Фру Хольда продолжает заниматься «Погода для вас», годовой цикл идёт, как идёт, за что спасибо ему огромное. Хоть что-то идёт, как надо. Когда Никодемус Хольст вернётся из Лапонди, надо будет еще поговорить лично, кажется, у него едва ли не больше всех информации, да и летняя королева ему доверяет.
Альвы… Фредерик ни разу не общался с Льюном, отчего-то сейчас это казалось потерей, может, из-за реакции Сварта. Да и вообще из-за всего дела с галереей и прочим связанным. Сварт, правда, говорил, что не все могут устоять перед переменами, появление новой королевы сильно ударило по некоторым альвам. Однако закон есть закон. Фредерик сжал зубы. Они станут поколением, после которого альвы закончатся? Или, если этот суд пройдёт, как должно, как другие суды после смерти людей и разрушения зданий — получится говорить о чем-то новом для них всех?
Папка с бритонскими делами была самой толстой. Герр Мунк просил сначала просмотреть, а потом принять его. Очевидно, предстоял долгий разговор. Фредерик вздохнул и принялся за чтение. За окном продолжал идти снег.
