Ожидается снег - Екатерина Огнева

смешок, обернулся.

— Ну допустим. Ты закрыл короткие пути, но есть же еще и просто дверь.

— Ага, есть, — кивнул светлый, приводя себя в порядок.

В дверь вошли трое. Мужчина и женщина в обычной городской одежде, с жетонами полиции на груди. Сильные маги в полной боевой готовности и при оружии. При их появлении будто легкий порыв ветра прошелся по комнате. Последней появилась Маргарета.

— Привет, дядя Вендскель. Привет, дядя Вендфель.

— Привет, Дроппе, — дружелюбно отозвался светлый.

Темный прыснул.

— Серьезно? Ну привет, племянница. Брат, ты решил всю свою драгоценную мастерскую превратить в руины? И ведь всё равно толку не будет.

— Как сказать.

С этими словами откуда-то из стены выдвинулся Сварт.

— Вендфель, — его голос сейчас был голосом пепла. — Ты пойдешь с нами добровольно?

— А если нет?

— Я обязан спросить. По обычаю. Твой клан тоже заключал договор.

— Здесь нет моих старших.

— Здесь есть Голос Клана.

Вендфель неверяще переводил взгляд со Сварта на Маргарету.

— А Сёй⁈

— Она меня назначила, дядя.

Альв расхохотался.

— И меня упрекают, что я предпочитаю людей, — пробормотал Сварт. — У них цикл взросления проходит в сотню раз быстрее, а твои метания, Вендфель, мы будем терпеть — еще сколько? Ингрид, Эрик, без обид.

Полицейские маги только кивнули.

— Фрекен Андерсен. Давайте не будем задерживать коллег, у них сегодня праздник.

Вендфель с удивлением уставился на свои руки.

— Никак ты не пожалел для меня шум кошачьих шагов, Сварт?

— Обычное полицейское заклинание. Вот если бы ты решил приносить пользу, мы бы тебя тоже чему-нибудь научили.

Темноволосый альв только дернул плечом.

— Что же, дальше — рутина, что в полиции, что у нас. — Сварт задержался в дверях. — С Новым годом, Вендскель. Жаль, что так вышло с мастерской.

За окнами снова громыхнуло.

— А с этим ты разбираться не собираешься?

— Думаю, там справятся без меня. Или я их плохо научил.

Эпилог

— Что это?

— Вон там, наверху? Точечки такие? Так это звезды. Ну, или у тебя голова еще кружится.

Ида повернула голову на голос. Получилось с трудом.

— А вот это снег, а это у нас оленьи шкуры, чтобы на снегу лежать тепло было.

— А вообще? Это что за место? Извините, я не очень хорошо вас вижу.

— Ой, бывает, моя хорошая. Это Лапонди.

Самые северные земли Дальгрии, где зима и лето стоят по полгода, а живут только местные кочевые племена. Ида не помнила, сколько это от Фрингена, но она явно не могла перенестись сюда за несколько мгновений.

— Вы не подскажете, который сейчас год?

— Вы, люди, вечно — как спросите…

Ида, наконец, села, опираясь на руки.

— Холодно, — сказала она.

— Тебе-то чего? — удивились рядом. — Королевы не мерзнут.

У нее получилось сощуриться и увидеть — кто сидит рядом с ней. Старушка, маленькая, в темном платье, как у прабабушки на дагерротипе. Волосы белые-белые, и кожа тоже. Она вроде бы улыбалась Иде, но та помнила улыбку бабушки Анны.

— Вы — хольда!

— А кем мне еще быть?

Снег, кругом был один снег. Белая равнина, над которой кололи глаза острые звездочки. Ида на миг впустила внутрь всё это молчание и простор — и едва не задохнулась. Будешь ехать три дня, пять дней, и ничего не изменится, разве что звезды чуть сдвинутся, но кто это заметит.

— Смотри глубже, — сказала хольда.

А потом придёт весна, она каждый раз приходит. Коснётся того, что спит под снегом, здесь будут расти вереск, дягиль, и мох, а потом морошка, и еще столько всего. Всё это будет её королевством — не на земле, но во времени… На этот раз воспоминания о разговоре на кургане не ускользали, всё сложилось. И постоянные столкновения с фру Хольдой, и Мор с Иссель, предлагающие потренировать новые заклятия, почти звериная тоска по теплу и последние слова Никодемуса.

— Я просто хотела метеорологию учить, — сказала Ида.

— Не всегда бывает, как хочется. Ты с нашей девочкой тут такую метеорологию в небесах устроила — мы все вышли посмотреть.

— Извините.

— Ничего, вы же обе молодые еще, как закусили удила, как поскакали…

— А фру Хольда… с ней всё хорошо?

Старушка фыркнула.

— Моя младшая сестра сейчас невероятно довольна. Еще бы, справилась с целым человеком, и зиму отстояла. Хорошо, тебе хватило ума сдаться.

— Еще не время.

— Вот, так говорит летняя королева. Весной встретитесь снова, посмотрим, что тогда. А теперь давай, поднимайся. До ближайшего стойбища симпи два часа быстрым шагом, они и покормят. Любишь сушеную треску?

— Не знаю, — честно сказала Ида. — Можно еще спросить? То есть, мы дрались во Фрингене, а прилетели сюда?

— Тебя зашвырнуло. Вы же все силы тратите непонятно на что, вот у тебя их почти не осталось. Отогреешься — будем думать, как тебя возвращать. Или оставайся здесь, поучу, пока время есть.

Ида подумала, что и осталась бы, только вот становится всё холоднее. Вряд ли ей поможет даже быстрый шаг.

Старшая хольда вдруг замерла, почти растворившись на фоне ночного неба.

— Сварт, — пояснила она, снова обретая четкость. — Спрашивает, как дела. И скажи на милость, кто такой этот Никодемус Хольст?

— А что?

— Рвется сюда с зимними вещами для тебя. Заставил Сварта расстелить скрытую дорогу, будет через минуту. Что же, втроём идти веселее.

* * *

— … да не случится ничего с твоим телом, дядя, ты же чистокровный альв. Чистокровнее некуда. Ну застряло оно где-то там на переходе из одной точки в другую… Ну хорошо, не застряло — было коварно подловлено и заточено вне пространства и времени. Но ты сам виноват!

Недалеко от города, где все еще не так много цивилизации, и ночь наступает с закатом, с каждым днем на минутку позже, на берегу маленького озерца сидела девушка-полуальва и разговаривала с водопадом. Водопад плевался каплями, брызгался и шумел очень возмущенно.

— Сейш тоже понесет свое наказание, как твоя соучастница.

Водопад выстрелил особенно ярким пучком брызг.

— А не надо было Льюна убивать. И вообще никого убивать не надо без нужды. Это дикость и варварство, дядя. И вас будет судить совет старших. А я буду говорить от клана, и хоть исплюйся тут. Нечего было Сварта злить. Попытка побега из-под ареста и причинение телесных повреждений сотрудникам. Нет, не знаю я, что это за чары, и знала бы — не сняла. Так тебе лучше сейчас. И всем.

— … давным-давно, когда не было еще больших городов и электричества, пришла дочка мельника на ручей с мельницей, и заснула, убаюканная его мерным журчанием и скрипом мельничного колеса. А когда