Вторая жизнь Тирана: я не отпущу тебя дважды - Аматариэль Джулианна Кортес

Глава 24

 POV Го Шуан

Сяо Ли доставили в Павильон Запертой Весны в ту же ночь. Моя верная служанка, упала к моим ногам, заливаясь слезами облегчения и ужаса. Цзян Чэнь, выполнив приказ своего господина, унёс её через высокие стены поместья Чэнсяна Го так искусно, что ни один стражник не успел даже моргнуть.

Когда я вложила в руки Сяо Ли запечатанный воском бамбуковый тубус и объяснила, что она должна передать его лично Главному Евнуху Цао, девочка побледнела, но не задала ни единого вопроса. Её преданность была той самой невидимой нитью, которая связала наш с Хэнъюем замысел с внешним миром.

Наступил седьмой день седьмого лунного месяца. Праздник влюбленных, день, когда Звездный Пастух и Ткачиха встречаются на мосту из сорок. Ирония Небес заключалась в том, что именно в этот день, пропитанный легендами о нежности, мы готовились пролить реки крови.

Вечером за мной пришли служанки, чтобы подготовить к Императорскому банкету.

Чжао Хэнъюй лично выбрал для меня наряд. Это было многослойное ханьфу глубокого, почти черного сапфирового цвета, расшитое серебряными нитями, складывающимися в узоры распускающихся ночных лотосов. Широкий серебряный пояс туго стягивал талию. Мои волосы были уложены в сложную высокую прическу, увенчанную холодным, мерцающим горным хрусталем. Я выглядела не как покорная жена седьмого сына, а как владычица теней, спустившаяся с заснеженных пиков.

Когда я вышла в главную залу Павильона Запертой Весны, Хэнъюй уже ждал меня.

На нем были одежды из того же темного сапфирового шелка. Он выглядел бледнее обычного, его рана всё еще давала о себе знать. Стоило мне появиться, как глаза мужчины вспыхнули темным, пожирающим пламенем. Он подошел ко мне, нежно взял за руку и поднес мои пальцы к своим губам.

— Сегодня ночью, — его голос вибрировал от предвкушения, — этот дворец умоется кровью тех, кто посмел желать твоей смерти. Ты готова, моя Императрица?

— Я готова, — мой голос прозвучал спокойно, я больше не боялась. Рядом с ним, став частью его тьмы, я чувствовала себя неуязвимой.

Наш паланкин плавно покачивался на плечах носильщиков, направляясь во Внутренний Двор, к Залу Небесной Чистоты.

Когда мы переступили порог огромного, залитого светом тысяч фонарей зала, разговоры министров и их жен стихли на долю мгновения. Все взгляды устремились на нас. Двор знал, что Седьмой принц взял в жены дочь Чэнсяна Го после скандала с генералом Ли, но мы впервые появились на публике вместе.

Хэнъюй мгновенно преобразился. Его плечи слегка ссутулились, властная, подавляющая аура исчезла, уступив место образу слабого, болезненного юноши. Он достал из рукава белоснежный платок и глухо закашлялся, опираясь на мою руку, словно без моей поддержки он не смог бы сделать и шага.

Я играла свою роль с ледяным спокойствием, заботливо поддерживая своего "хрупкого" супруга. Мы заняли свои места за низким столиком в отдалении от Трона Дракона.

Мой отец, Великий Чэнсян Го, сидел по правую руку от возвышения. Его лицо было бледным, а взгляд бегал по залу, словно он ожидал, что из-за каждой колонны выскочит палач. Он поймал мой взгляд, и в его глазах я увидела мольбу и немой вопрос. Я едва заметно кивнула ему, приказывая сохранять лицо.

Заиграла музыка. Танцовщицы с длинными шелковыми рукавами закружились в центре зала. Вино лилось рекой, смех звучал слишком громко, скрывая за собой напряжение.

Наследный принц Чжао Юйчэнь сидел рядом с Императором. Его лицо было обрюзгшим от недавних возлияний, но глаза лихорадочно блестели. Он то и дело бросал в нашу сторону полные ненависти взгляды. Он знал, что его убийцы из клана "Кровавого Лотоса" не вернулись. Он был уверен, что за этим стоит Чэнсян Го или тайные сторонники генерала Ли, но он даже в страшном сне не мог представить, что его элиту уничтожил болезненный принц-изгой, который сейчас кашлял в платок.

По левую руку от Императора восседала Благородная Супруга Лин. Женщина поразительной красоты, чьи губы были выкрашены в цвет свежей крови, а глаза излучали холодную уверенность змеи, приготовившейся к броску.

Ближе к середине праздника, когда Император уже изрядно захмелел, Супруга Лин изящно поднялась со своего места.

Музыка мгновенно стихла, зал замер.

— Мой Лучезарный Повелитель, — голос Супруги Лин разнесся под сводами зала, подобно перезвону серебряных колокольчиков. Она грациозно опустилась на колени перед Троном Дракона. — Эта ничтожная раба не смела бы нарушать радость сегодняшнего вечера, если бы над Троном не нависла смертельная угроза. Угроза, исходящая от тех, кому вы оказали величайшую милость.

Император нахмурился, тяжело опираясь на подлокотники трона, вырезанные в форме драконьих голов.

— О чем ты говоришь, моя Супруга? Кто посмел угрожать Сыну Неба?

Супруга Лин подняла голову, и её взгляд, полный торжествующего яда, метнулся к нашему столику.

— Вчера вечером доблестная стража Внешнего Двора, возглавляемая преданным генералом Ван Лунем, обнаружила тайник в стенах Ведомства Обрядов. Тайник, скрывающий доказательства того, что кража вашей священной Печати была спланирована не только изменником Ли Цзянем. У него были сообщники в самом сердце дворца!

Зал взорвался испуганными шепотами. Мой отец побледнел так, что казалось, он сейчас упадет в обморок.

— Имена! — рявкнул Император, его лицо побагровело от гнева. — Назови имена предателей!

Супруга Лин грациозно поднялась, указывая тонким пальцем, унизанным золотыми когтями, прямо на меня.

— Великий Чэнсян Го и его дочь, Го Шуан! А также тот, кто попытался скрыть их вину, взяв изменницу в жены — ваш собственный сын, Седьмой принц Чжао Хэнъюй! Они сфабриковали улики против клана Ли, чтобы отвести подозрения от себя, но истинные свитки с их перепиской были найдены генералом Ван Лунем!

Наследный принц Юйчэнь вскочил со своего места, обнажая меч прямо в присутствии Императора — неслыханная дерзость, прощенная лишь из-за его статуса.

— Стража! — взревел Юйчэнь. — Схватить Чэнсяна! Схватить принца-изгоя и эту шлюху! Бросить их в подземелья Министерства Наказаний! Они ответят за убийство моих людей и измену Трону!

Из-за колонн, словно по волшебству, вышли десятки вооруженных воинов в доспехах стражи Внешнего Двора. Ловушка Благородной Супруги Лин захлопнулась. Генерал Ван Лунь, как мы и предвидели, уничтожил наше послание, оставив лишь те фальшивки, которые обвиняли нас.

Мой отец рухнул на колени, разбивая лоб в кровь о мраморные плиты.

— Ваше Величество! Клянусь предками, это ложь! Моя семья предана вам! Это клевета!

Император, ослепленный паранойей и ядовитыми речами любимой наложницы, даже не посмотрел на него.

— Взять их, — холодно приказал Сын Неба.

Вооруженные воины