Дикий волк. Том 1 - Сергей Арст
А затем громко обратился к незнакомцу:
— У нас не принято распоряжаться. Представьтесь и назовите причину визита.
— Как вы смеете, смерды?! Я — барон Вальтер! Одного моего слова достаточно, чтобы вам отрубили головы!
— Олаф, — крикнул я, — стрельни перед этим Вальтером. В землю.
Олаф, недолго думая, выпустил стрелу. Она вонзилась в грунт прямо перед копытами лошади.
— Ты что творишь, щенок?! Открывай ворота!
— Я — Люций Цербер. И вы находитесь на моей земле. Требовать что-либо здесь — дерзость, за которую можно расплатиться кровью.
Вперёд выступил человек в парадном, но потрёпанном мундире.
— Ваше благородие, я — капитан гвардии, Марквард. Город пал. Мы просим защиты в Окриде.
— Что?! — неверие прозвучали в моём голосе. — Как пал?!
— Улицы заполнены гоблинами, ваше благородие. За нами движется множество беженцев.
— Сдайте оружие, — распорядился я. — И можете проходить.
Барон Вальтер пришёл в ярость.
— Щенок! Да я тебя в куски изрублю!
— Заткнись, ничтожество! — мой голос прозвучал, как удар хлыста. — Ты должен был оберегать своих людей, а примчался сюда быстрее всех. Видишь эту броню?
Я с силой постучал по нагруднику.
— Её для меня лично изготовил Антонио Помпео. Теперь понимаешь, с кем разговариваешь?
Аристократ сморщился, будто проглотил кислый лимон.
— Всем сдать оружие! — скомандовал я. — После этого пропустим. Кто попробует устроить дебош — вышвырну обратно к гоблинам.
Леонид отступил на шаг. Его глаза были широко раскрыты, а глоток прозвучал так громко, что было слышно даже мне.
— Ваше благородие, а вы это... не слишком? — прошептал он.
— Пока нет. А вот то, что буду делать дальше, — будет «слишком».
Пока люди сдавали оружие, я увёл всех служивых на допрос.
— Мы покинули город в спешке, — капитан Марквард говорил устало и безнадёжно. — Взяли лошадей и гнали что есть мочи до соседней деревни, а потом — до вас.
— Что именно случилось в городе?
— Гоблины, ваше благородие. Их полчища. Городская стража не справлялась. Северный квартал вымер за считанные часы. Его благородие Вальтер приказал отступать к Окриду.
— А маги? Где были маги?!
— Мы видели только его светлость Гипериона. Остальные... в бою не участвовали.
— Бред! Такого не может быть!
— А оно так и есть, ваше благородие.
Пока младший барон демонстрировал богатство лексикона, способное посоперничать с речью бывалых сапожников, капитан гвардии подошёл к наёмникам.
— Мужики, а чего это барон тут один да без свиты?
— Тут староста один воду мутить начал, — пояснил наёмник. — А деревня древнему роду принадлежит. Вот семья его и отправила проблему решать.
— Аристократия, — с пониманием кивнул капитан.
— Не повезло парню, — философски заключил наёмник.
Я глубоко вдохнул, пытаясь сохранить самообладание. Внутренне проклиная всех богов и демонов, я снова попытался убедить себя, что спокойствие — не такая уж плохая идея. Мельком вспомнил Гришу... А ведь я переставил его горшок на другое место. Достаточно ли ему теперь солнечного света?
— Слушай мою команду, — голос прозвучал жёстко. — Барон, его гвардейцы и мои наёмники идут со мной к Эраму. Деревенским — готовить все доступные повозки для перевозки тех, кто сам не дойдёт. Барона и баронессу — ко мне на разговор. И, Леонид, — повернулся я к нему, — достань флаг с ратуши и сделай штандарт.
— Ваше благородие, вы ведь не хотите...
— Не хочу. Но надо.
Я с стукнул кулаком по столу.
— Работаем! Олафа — ко мне!
Переход на военное положение прошёл через самое обычное место. В результате барон был избит и едва не казнён. Лишь когда этот недалёкий человек осознал, что моё настроение далеко от шуточного, он взял себя в руки. Но в его взгляде читалась неприкрытая злоба. А мне было плевать.
Отодвинув карту, я схватил перо и начал составлять письма для Помпео. Краткий, сухой доклад о ситуации в Эраме, о том, что в бою участвовал лишь один из десяти магов, о попытке собрать силы для обороны и о необходимости готовиться к приёму беженцев.
Первое письмо я вручил вестовому.
— Доставить как можно скорее. Лично в руки Помпео.
Второе, с аналогичным содержанием, отправилось с баронессой и её свитой. Затем я направил гонца в соседнюю деревню — нужны были все телеги. Время работало против нас.
Закончив с бумажной работой, я вызвал Олафа. Ему предстояло координировать группы беженцев и оказывать помощь по мере сил.
Мой отряд — тринадцать человек — выдвинулся к Эраму. По пути мы перехватили ещё несколько групп беженцев, и к концу дня под нашим началом было уже около шестидесяти всадников.
Мои наёмники держались обособленно. Во многих людях читалось желание бежать подальше от этой мясорубки, но лишь одно имя удерживало эту разношёрстную толпу вместе — имя главного мага Окрида.
На следующий день скачка продолжилась. Мои меры по конфискации лошадей и посадке на них тех кто мог сражаться были встречены в штыки, но я исходил из простого принципа: я здесь главный, и мне виднее.
Первое столкновение с гоблинами прошло на ура. Двести всадников просто смели тварей, успевших догнать одну из отставших групп.
— Был еще кто-то за вами? — спросил я у спасённых.
— Да, ваше благородие. Стражники держали ворота открытыми, когда мы уходили.
Значит, город ещё держится. Оглядев толпу и не найдя ничего полезного для вылазки, я повёл отряд дальше. Ко мне подкатила группа аристократов во главе с Вальтером.
— Ваше благородие, мы сделали достаточно! Люди вымотаны, нужно возвращаться.
— Вальтер, я всё объяснил ещё в Агатоне! Ваш главный маг до сих пор ведет сражение, а вы уже готовы сбежать? Вы же слышали — ворота были открыты. Значит, ещё есть те, кому нужна наша помощь. Повторяю для всех: наша задача — сдержать этих тварей как можно дольше, чтобы беженцы смогли уйти!
— Глупый мальчишка! Ни один благородный не станет умирать из-за черни!
— Барон Вальтер, кажется, в вашем роду забыли, что такое честь. — Я окинул взглядом отряд. — Вы думаете, эти люди горят желанием оказаться рядом с гоблинами? Я и сам мечтаю о тёплой кровати! Но мы
