Клетка - Александр Науменко
«Ты будешь сидеть здесь и смотреть на этот медальон…»
Фраза из прошлого наложилась на его слова. Разные эпохи, разные декорации, но смысл был один. Изоляция и подчинение.
Алиса смотрела на перстень на его пальце. Черненое серебро, стертый герб. Щит и мечи. Символ силы, которая не защищает, а подавляет. Как она раньше не замечала, как часто этот перстень мелькает перед её глазами, когда Марк указывает ей, что делать, или «ласково» удерживает её на месте?
— Ужин на столе, — похлопал её по плечу Марк и встал. — Не задерживайся.
Она вытиралась полотенцем, и ей казалось, что она стирает с себя не воду, а липкий страх. Девушка вдруг отчетливо поняла, то, что происходило между ними последние два года, не было любовью двух равных людей. Это была медленная, сладкая оккупация её жизни.
Он решал, куда они поедут в отпуск. Он мягко критиковал её друзей, пока те не исчезли из их жизни. Он убедил её переехать к нему, сдав свою уютную студию. Шаг за шагом он отсекал её связи с внешним миром, пока она не осталась одна в его золотой клетке.
За ужином Алиса почти не ела. Она наблюдала за Марком. Как он аккуратно режет стейк, как уверенно держит бокал с вином. В его движениях читалась та же хищная грация, что и у барона Хьюго, только прикрытая лоском цивилизации.
— Ты такая тихая сегодня, — заметил Марк, отпивая вино. — Всё еще переживаешь из-за гипноза? Забудь. Это просто игры разума. Мы реальны. Этот стол, это вино, мы с тобой.
— Марк…
Она отложила вилку. Голос дрожал, но она заставила себя смотреть ему в глаза.
— А что, если это было правдой? Что, если души возвращаются?
Он снисходительно улыбнулся.
— Алиса, ты же умная девушка, реставратор. Ты работаешь с фактами, с материалом. Оставь мистику для дешевых романов.
— В том сне, — продолжила она, не обращая внимания на его тон, — у барона был точно такой же перстень. Как у тебя.
Улыбка сползла с лица Марка. Глаза сузились, став колючими.
— Это просто совпадение. Твое подсознание зацепилось за знакомый предмет и вплело его в кошмар. Не надо искать черную кошку в темной комнате, особенно если её там нет.
— А если есть? — подалась она вперед. — Если он преследовал её веками? Если он поклялся найти её везде?
Марк с грохотом швырнул вилку с ножом. Звук металла о фарфор был слишком громким в тишине квартиры.
— Прекрати, — стал жестче голос, в котором прорезались металлические нотки. — У тебя истерика. Ты сейчас выпьешь успокоительное, которое я приготовил, и мы пойдем спать. Завтра ты и не вспомнишь об этом бреде.
«Ты будешь сидеть здесь, пока не сойдешь с ума и не начнешь молить о прощении».
Он встал, подошел к ней и протянул маленькую таблетку и стакан воды. Это не было предложением. Это был приказ.
Алиса смотрела на его руку, на перстень. Страх, который мучил её в кабинете врача, начал трансформироваться. Теперь это был не панический ужас жертвы, загнанной в угол. Это был холодный, расчетливый страх человека, который понял, с кем имеет дело.
Она покорно взяла таблетку и воду.
— Хорошо, Марк. Ты прав. Мне нужно поспать.
Девушка сделала вид, что глотает лекарство, запив его водой, а сама незаметно спрятала таблетку под язык. Старый трюк, который она видела в кино. Ей нужна ясная голова.
— Вот и умница, — потрепал он её по щеке.
Они легли в огромную кровать. Марк, как обычно, притянул её к себе, обняв со спины. Его рука легла ей на талию тяжелым грузом. «Моя», — читалось в этом жесте.
Алиса лежала, боясь пошевелиться, слушая его ровное дыхание. В темноте спальни ей мерещились тени гобеленов на стенах. Прошлое и настоящее окончательно смешались. Барон Хьюго не умер в 1307 году. Он просто сменил кольчугу на кашемир, а каменный замок на умный дом. Но суть осталась прежней: желание обладать, контролировать, ломать волю.
Элеонора не смогла сбежать. Алиса видела её конец. Тот отчаянный прыжок с башни. Но Алиса — не Элеонора. У неё есть шанс.
Девушка дождалась, пока дыхание Марка стало совсем глубоким и размеренным. Медленно, сантиметр за сантиметром, она начала высвобождаться из его объятий. Он недовольно заворочался во сне, крепче сжимая руку, но не проснулся.
Алиса выскользнула из-под одеяла. Холод пола обжег босые ступни. Она на цыпочках пробралась в гостиную, где на столике лежал её телефон, выключенный, как велел хозяин. Она схватила его, сунула в карман халата.
В прихожей она быстро, стараясь не шуметь, натянула джинсы и свитер. Сердце колотилось так сильно, что ей казалось, этот стук разбудит весь дом. Руки тряслись, когда она пыталась попасть в рукава пуховика.
Она схватила сумочку с документами и ключами от машины. Слава богу, Марк не успел забрать и их.
Она уже взялась за ручку входной двери, когда за спиной вспыхнул свет.
— Ты куда собралась посреди ночи?
Голос Марка был сонным, но в нем уже звенела сталь. Он стоял в дверях спальни, щурясь от яркого света, большой и угрожающий в своей неожиданности.
Алиса замерла. Спина покрылась холодным потом.
— Я ухожу, Марк.
Она заставила себя повернуться к нему лицом.
— Уходишь? — искренне удивился молодой человек, словно она сказала, что собирается полететь на Луну. — Алиса, вернись в постель. Ты не в себе. Таблетка, видимо, подействовала не так.
Он сделал шаг к ней. Мягкий, вкрадчивый шаг хищника, уверенного, что жертва никуда не денется.
— Нет. Я в себе. Наоборот, я только сейчас пришла в себя.
Она отступила на шаг, прижимаясь спиной к двери.
— Я не могу здесь больше находиться. Я задыхаюсь, Марк. Ты контролируешь каждый мой вдох. Это не забота, это тюрьма.
Марк остановился в паре метров от неё. Его лицо изменилось. Маска заботливого человека слетела, обнажив холодное бешенство. Желваки заходили ходуном, глаза потемнели.
— Тюрьма? — тихо переспросил он. — Я дал тебе всё. Я создал
