Человек государев 7 - Александр Горбов

Теперь к доске повернулись все.

Человек с мелом как раз закончил писать и шагнул в сторону, чтобы публике были видны строчки. Он тоже был одет в мундир. Сухопарый, подтянутый, ещё не старик, но седой. Ни погон, ни шевронов, ни каких-либо ещё знаков различия. Правый рукав мундира был пуст. Мел человек держал в левой руке.

— Хозяин заведения, — негромко пояснил мне Зубов. — Говорят, что и сам в прошлом — боевой маг.

— А чьё имя написано на доске? Что за Маркиз, почему люди так волнуются?

Публика за столами, увидев имя на доске, заговорила громко и возбуждённо, за некоторыми столами засвистели.

— О, Миша! — обрадовался Зубов. — Да нам с тобой повезло! Сейчас ты такое увидишь… Такое! В общем, готовь корочки. Этого человека ты просто обязан взять на службу.

— Угу…

Я приготовился к ожиданию, но долго ждать не пришлось. На импровизированную арену вышел человек в белоснежной рубашке, щёгольском плаще и шляпе. Раскланявшись, Маркиз сбросил плащ, выхватил из-за пояса два пистолета и принялся палить с двух рук по фанерным мишеням, которые стояли у дальней стены.

Отверстия, образованные пулями, вспыхивали по краям магическим свечением. Выглядело это зрелищно. Ассистентка Маркиза в умопомрачительном платье, вызвавшем у публики отдельный интерес, принялась жонглировать мишенями. Теперь Маркиз поражал их на лету.

— Каков, а? — теребил меня за рукав Зубов. — Ты только взгляни, какая меткость! Сразу видно — настоящий боевой маг!

— Ну да. Сразу видно.

Стрелок меня действительно заинтересовал. Воспользовавшись тем, что внимание собравшихся приковало происходящее на арене, я вытащил из кармана и надел «регента». А Маркиз обратился к зрителям, приглашая выйти смельчака. Стоит ли говорить, что записаться в таковые были готовы едва ли не все, Маркиз ткнул пальцем в ближайшего.

Выведя его на арену, он пристроил на макушку парня яблоко и сбил его метким выстрелом. Затем разнёс три яблока, подброшенных вверх. И в заключение сбил яблоко с ладони парня, повернувшись к нему спиной.

Публика аплодировала. Маркиз раскланивался.

— Ну? Что я тебе говорил⁈ — Зубов толкнул меня в бок. — Чудеса, а? Ступай скорее за ним, покуда не ушёл!

— От меня не уйдёт, не волнуйся. Я его запомнил — видишь, даже пенсне надевал, чтобы получше рассмотреть. — Я снял «регента» и убрал в карман. — Если что, найду без труда. А покидать вашу компанию, когда мы только что познакомились, невежливо.

Зубов пожал плечами и повернулся к товарищам, принявшимся вспоминать знакомых стрелков. А я подавил вздох.

«Что же ты, Миша, не бежишь делать предложение, от которого этот великолепный боевой маг не сможет отказаться?» — хмыкнул Захребетник.

«Слушай, ну хоть ты не издевайся! Ты не хуже меня понял, откуда у этого так называемого маркиза такая меткость. К боевой магии его навыки отношения не имеют. Он просто фокусник, мастерство которого заключается в том, чтобы вовремя активировать магические заряды в мишенях и яблоках. Стреляет этот Маркиз холостыми патронами. Относительно того, какую меткость покажет, если вывести его на полигон, у меня большие сомнения. Впрочем, как бы там ни было, тратить на него время я не стану».

«Ишь ты. Раскусил», — хохотнул Захребетник.

А у меня настроение портилось чем дальше, тем больше. Слушая байки зубовских друзей, я всё более убеждался в том, что ни один из них для моих задач не годится.

«А знаешь почему?» — снова встрял Захребетник.

«Догадываюсь. Мне нужны люди, обладающие практическими навыками. Не демонстрирующие их на учениях и смотрах, а имеющие реальный боевой опыт. А где его взять? Последняя война, в которой Россия принимала участие, слава богу, закончилась двадцать лет назад. Зубовские друзья тогда ещё в в младших классах гимназии учились. Зря мы здесь сидим, вот что я тебе скажу. Ничего путного не высидим».

«Зато поужинаем, — ободрил меня Захребетник. — Ты взгляни, как великолепно поджарены рёбрышки! И картошечка молодая — м-м-м! Ты как хочешь, а я считаю, что хотя бы ради этого стоило сюда прийти».

Официант поставил передо мной блюдо, источающее и впрямь волшебный аромат. Проголодаться я успел основательно и соблюдать правила поведения за столом заставил себя с трудом — тем более что на вкус рёбрышки оказались даже лучше, чем на вид. Плюсик в копилку однорукого хозяина кабака, чем-то мне этот человек был симпатичен.

Шум в зале между тем снова начал стихать. Оказалось, что однорукий, лёгок на помине, идёт к доске.

Новую строчку он выводил в тишине — публика напряжённо ждала. Зашумели, только когда хозяин отошёл в сторону.

«Магический поединок, — прочитал я. — Веретено против Рысака».

Эти имена, как и имя Маркиза, собравшимся, очевидно, были хорошо знакомы. Вокруг начались бурные обсуждения. Хозяин разделил доску мелом на две половины и под именем каждого из соперников принялся записывать ставки.

Когда последняя ставка была принята, на арену вышли соперники, одетые в полевую форму.

Веретено оказался азиатом. Он был невысок ростом, худощав и проворен даже на вид. Рысак — светловолосый, угрюмый атлет двумя-тремя годами старше меня.

По удару гонга начался бой. Я наблюдал за ним без особого интереса. С первого взгляда стало ясно, что настоящие боевые маги дрались бы не так. Бой, который показывали на арене, был рассчитан в первую очередь на зрелищность.

Веретено полностью оправдывал своё прозвище. Напрямую он не атаковал, крутился вокруг Рысака, в последний миг уходя от ударов и позволяя защитному куполу вспыхивать магическими искрами. Рысак бил наотмашь. Удары получались красивыми: его кулак заканчивался как будто огромной рысьей лапой с изогнутыми когтями. Когти при ударе воспламенялись, заставляя публику реветь от восторга.

Поединок закончился победой Рысака. Он, улучив момент, сумел сбить соперника с ног. Прижал его коленом к полу и занёс над горлом «когти».

— Убедительная победа, — похвалил ротмистр, когда бой закончился. — Однако, господа, не выйти ли и нам немного развеяться?

Сидящие за столом заулыбались и принялись подниматься.

— На заднем дворе устроен тир, — пояснил мне Зубов. — Идёмте!

Я заметил, что к выходу потянулись многие, — других развлечений, очевидно, в ближайшее время не ожидалось. Я принялся пробиваться к выходу вслед за зубовскими друзьями. Когда ротмистр, идущий впереди, вдруг замедлился.

— Поручик Соболев здесь, — негромко сказал он.

За столом у самого входа сидел человек лет сорока. Один, без компании. Кушаний на столе также не наблюдалось, стояла только бутылка дешёвого вина. Полупустой стакан поручик держал в руке и смотрел