Егерь. Последний рывок. Книга 12
Глава 1
Три месяца назад…
Дворец Короля Алариха.
Железноград.
Изольда не спала уже четвёртую ночь подряд.
Хотя очень хотела. Хотела отчаянно, до слёз, до того момента, когда начинаешь смотреть на подушку как на единственное спасение в этом мире.
Просто, как только она закрывала глаза, за висками снова начинало пульсировать это тупое давление, которое не отпускало её ни днём, ни ночью. Лекари называли это мигренью.
Но королева называла это наказанием. За что? Она старалась об этом не думать.
Покои королевы выходили окнами на южный двор, и по утрам туда доносился звон учебных мечей из казармы. Раньше этот звук её успокаивал. Теперь каждый удар металла о металл отзывался в черепе прицельным толчком.
Она сидела у окна в тяжёлом кресле, прямая, как того требовал этикет, хотя сейчас это казалось ей жестокостью. За окном серело ноябрьское утро. Железноград просыпался — огромный, живой, но такой равнодушный город. Он жил своей жизнью и совершенно не заботился о том, что у королевы снова раскалывается голова.
Никто не заботился.
— Ваше Величество, — тихо произнесла служанка Мила, появившись в дверях. — Завтрак готов.
— Убери.
— Но лекарь сказал, что нельзя принимать настойку на пустой желудок…
— Убери, я сказала.
Мила исчезла без звука — за три года службы научилась читать голос королевы по единственной интонации.
Изольда потёрла пальцами висок и закрыла глаза. Перед внутренним взором немедленно всплыло вчерашний день. Аларих в малом зале, расхаживающий от стены к стене. Советники, застывшие с каменными лицами. Доклад о деревне на Севере — о каком-то Звероморе, который якобы уничтожил Раскол и теперь сидит в лесу с ордой магических зверей. Аларих говорил об этом человеке тихо, почти шёпотом, что было куда страшнее крика. И ему не нравилось, что этот «Максим» взял у барона Красногорского какую-то гарантию.
Когда муж говорил тихо — все замирали.
Изольда не знала, чего бояться больше — этого северного чудовища или того, что Аларих сделает с кем-нибудь ещё, если ему покажется, что тот слишком долго молчал или слишком быстро заговорил.
Паранойя мужа за последний год разрослась до таких размеров, что Изольда иногда ловила себя на мысли… А не заразна ли она? Не начала ли она сама озираться на собственных служанок?
Давление за глазами усилилось. Изольда стиснула подлокотники кресла.
В дверь снова поскреблись.
— Ваше Величество, — осторожно заговорила Мила. — Прошу прощения. Но вы вчера изволили спросить про швею из Нижнего города. Про ту, о которой рассказывала Агнета.
Изольда медленно открыла глаза.
Агнета. Старшая горничная, женщина с каменным лицом и железными нервами, которая за двадцать лет службы не позволила себе ни одного лишнего слова. Три дня назад она вошла в покои с каким-то особенным выражением. Вовсе не радостным, нет, скорее озадаченным — и сказала, что была у швеи в Нижнем городе по личному делу. И пока та снимала мерки, у неё прошла боль в спине, которая мучила её восемь лет.
Агнета никогда не верила в знахарей и шептунов. Королева прекрасно знала, что её служанка за здравый смысл. И вот эта самая Агнета стояла и говорила про боль, которая прошла от прикосновений швеи?
Изольда тогда ничего не ответила, но вечером, когда давление за висками стало совсем невыносимым, она всё-таки спросила Милу, как найти эту женщину.
— Она пришла? — спросила Изольда.
— Внизу ждёт, Ваше Величество. С помощницами. Я велела обыскать — всё чисто, только иглы и ткани.
— Пусть поднимаются. И проследи, чтобы никто не входил.
Зара тихо вошла.
Изольда ожидала чего угодно — яркой юбки, развязных манер, запаха паршивых трав или дешёвых духов.
Королева вскинула бровь.
Потому что вместо всего этого в дверях появилась невысокая молодая женщина в тёмном, хорошо пошитом платье. Лицо было спокойным, руки сложены перед собой. За ней — три помощницы с корзинами тканей и инструментов.
Зара присела в правильном, дворцовом реверансе — такому не учат портних из Нижнего города.
— Ваше Величество. Я рада, что вы нашли время.
Голос у неё был негромким, без заискивания и подобострастия. Просто человек, пришедший делать свою работу.
Изольда смотрела на неё из кресла, не двигаясь.
Помощницы расставляли корзины у стены. Изольда наблюдала за ними краем взгляда — и что-то почти неощутимое, кольнуло её под рёбрами.
Девушки двигались слишком слаженно. Одна подала булавки — вторая уже держала ткань. Третья развернула мерную ленту прежде, чем Зара успела протянуть руку.
Как единый организм.
Изольда чуть сощурилась.
— Вы давно работаете вместе? — спросила она.
Зара мягко улыбнулась.
— С одной из них, Даной, мы познакомились здесь, в столице. У неё замечательный ребёнок. Мы работаем достаточно долго, чтобы понимать друг друга без слов. Это удобно — не отвлекает клиентов лишним шумом.
Что ж, разумно. Изольда убрала мысль в сторону, потому что ответ ей понравился.
— Агнета говорила, что вы шьёте на заказ.
— Шью. Но сначала мне нужно понять, что именно нужно шить. — Зара подошла ближе. — Позвольте снять мерки, Ваше Величество?
Изольда встала с кресла.
Мерная лента профессионально легла на плечи. Зара работала быстро и при этом совершенно без давления. Точные, спокойные движения.
В этот момент что-то произошло.
Королева даже не сразу поняла, что именно. Просто в какой-то момент осознала, что та головная боль, которая не отпускала её четыре дня — отступила.
А потом исчезла.
Она моргнула.
Тишина в голове стала такой внезапной, что Изольда пошатнулась. Она не помнила, когда последний раз её голова была просто — тихой.
— Вам нехорошо? — мягко спросила Зара, не отрывая от неё взгляда.
— Нет, — Изольда сглотнула. — Напротив.
Зара продолжала работать — с каждым прикосновением лёгкость в голове королевы становилась устойчивее. Как будто кто-то осторожно вынимал из неё что-то тяжёлое.
— У вас красивая осанка, — сказала швея негромко. — Но вы держите плечи так, словно ждёте удара.
Изольда промолчала.
— Это утомляет, — продолжила швея, не поднимая глаз. — Когда постоянно ждёшь.
— А вы много знаете о том, чего ждут королевы?
— Я много знаю о том, чего ждут женщины, — мягко поправила Зара. — Это не зависит от титула.
Изольда взглянула на неё, но швея не смотрела в ответ
