Психотерапия – это не то, что вы думаете - Джеймс Бьюдженталь

это так», – всхлипывает она. Ее рука снова приближается, но на этот раз я не прикасаюсь к ней.

Я выжидаю несколько минут, а затем говорю: «Так тяжело осознавать, что той жизни, которую вы планировали провести рядом с Джилом, больше нет».

Рыдания возобновляются. Она плачет еще какое-то время, а потом поднимает лицо и смотрит на меня. «Вы ведь понимаете, как мне тяжело, правда?» В этих словах есть скрытый призыв, который, как мне кажется, отражает стремление к чему-то большему, чем простое понимание.

«Вы рассказали о своей боли, но если хотите, чтобы я знал что-то еще, расскажите мне и об этом». В моих словах содержится некий отклик, но это не то, что она хотела бы услышать.

«Вы не могли бы подержать меня за руку еще хотя бы немного?» Она смотрит на меня сквозь слезы.

«Может быть, когда-нибудь, Марта, но не сейчас[57]. Сейчас ваше желание продиктовано чем-то большим, и моя рука может помешать вам узнать об этом большем».

В этом примере присутствует как перенос, так и контрперенос. Марта стремится не просто к терапевтическому исследованию своего горя, она хочет получить немедленное и личное утешение. Хотя я чувствую импульс к тому, чтобы утешить ее в более открытой форме, я все же делаю это очень осторожно. Мой темп, тон и действия направлены на то, чтобы дать ей часть того, что она ищет, но они также устанавливают границы и напоминают ей о нашей терапевтической работе.

Чтобы внести ясность в мое отношение к подобным ситуациям в целом[58], скажу, что я не возражал бы против того, чтобы подержать ее за руку, но хотел бы сделать это обдуманно и с достаточной задержкой, чтобы исключить любые ее предположения о том, что это может стать импульсивной и регулярной частью нашей работы. Я держал за руки многих женщин и мужчин на разных этапах совместной терапевтической работы; это действие способно оказать поддержку и помощь, но оно должно быть обдуманным. Я позволял себе слезы сочувствия, когда они наворачивались на глаза, и это соответствовало статусу сложившегося альянса и непосредственному контексту текущего момента. Я мог бы взять за руку Марту, если бы чувствовал, что это все, чего она хочет. Но я не хотел поощрять ее не до конца осознанные попытки найти замену Джилу.

Мои эмоции являются важной частью работы, когда они возникают в ходе самой этой работы, но не тогда, когда они привносятся из моей внешней жизни. Эта изящная формулировка, по правде говоря, имеет лишь ограниченное применение в сложных условиях реальных терапевтических сеансов. Тем не менее она является отправной точкой для оценки ответственным терапевтом собственного опыта и того, в каком объеме и каким именно образом он будет привнесен в работу с клиентом.

Заключение

Психотерапия, которая представляет собой нечто большее, чем простая поддержка или консультирование, открывает перед клиентом и терапевтом огромный океан возможных содержаний, эмоций и отношений. Именно наличие такого огромного диапазона возможностей в некоторых случаях позволяет добиться значительных изменений, которые сохраняются на всю жизнь. Но этот же самый потенциальный диапазон допускает возникновение разрушительных и вредоносных последствий, а иногда даже способствует им.

Программы подготовки консультантов и психотерапевтов, а также посттренинговое непрерывное образование – это инструменты, помогающие профессионалам прояснить свою позицию в подобных экстремальных обстоятельствах и добиться ее стабильности. Законы штатов и этические кодексы профессиональных ассоциаций представляют собой попытки усилить контроль в этой области. Но ни тренинги, ни законы, ни кодексы не могут отменить для терапевтов необходимость глубоко исследовать свои потребности, импульсы и ценности и выработать такую позицию, которая оказывала бы стабилизирующее влияние на них самих и являлась бы надежным подспорьем для получения клиентами пользы от терапии.

Важно понимать, что pou sto – это не набор запретов. В долгосрочной перспективе более важным является осознание того, что приводящая к позитивным жизненным изменениям работа может быть выполнена только при наличии осмысленной структуры. Полное отсутствие такой структуры (а также стоящих за ней ограничений и возможностей) приводит не к свободе, а к хаосу. Соответственно, хорошо продуманная pou sto является важным и ценным для практического применения инструментом в арсенале психотерапевта.

Глава 6. Инициирование терапевтического процесса

Помочь клиенту начать ценить живой момент

Основой для решения терапевтической задачи является точка опоры (pou sto)[59], которая рассматривается как базовая позиция терапевта, имплицитно присутствующая во всем, что происходит в течение сеанса. Экзистенциально-гуманистический подход опирается на этот фундамент при структурировании интервью, что способствует успешному продолжению работы. Для того чтобы психотерапевтическая работа была одновременно спонтанной и результативной, необходимо сформировать тщательно продуманное окружение. При этом спонтанность не вступает здесь в противоречие со структурностью, а зависит от нее. В противном случае возникает самый обычный хаос.

Можно смело утверждать, что психотерапия для конкретного человека начинается уже с того момента, когда он впервые слышит о том, что обращение к психотерапевту является возможным вариантом решения имеющихся у него проблем. Она продолжается по мере того, как информация о психотерапевтической помощи собирается из всевозможных источников – романов и фильмов, от друзей и соседей, из анекдотов и пугающих историй, научной литературы и многих других. Не будет ошибкой заявить, что на свой первый реальный терапевтический сеанс никто не приходит девственным, не имея никакого представления о том, что там обычно происходит.

Конечно, особое значение имеет то, как и что потенциальный клиент впервые узнает о психотерапевте, к которому он обращается. Это женщина или мужчина; он молодой, среднего возраста, или пожилой; какова его расовая и религиозная принадлежность; насколько он требователен, снисходителен или гибок; насколько дорого стоят его услуги; и так далее и тому подобное. Многие из этих деталей со временем, конечно, стираются, но некоторые, обычно особенно значимые, остаются надолго. Осознанно или нет, но они определяют, к кому именно из специалистов обратится клиент, насколько охотно он будет идти навстречу в поиске свободного слота времени для первой беседы и какие ожидания будут заложены в этот разговор.

При этом большинство офисов профессиональных психотерапевтов в целом очень похожи друг на друга. Здесь я исхожу из того, что такое положение вещей не является идеальным для терапевтов, готовых работать с реальными переживаниями клиента[60].

Окружающая обстановка и ее влияние

Рекомендуемая обстановка в комнате ожидания не является типичной для большинства подобных помещений. Это помещение должно быть удобно, но просто обставлено: несколько кресел, несколько прямых стульев и один двухместный диван. На