После развода. Шанс вне расписания - Марьяна Карпова

— не бездушная машина по выполнению её условий. Что за вашим идеальным клиентом скрывается человек, который… умеет чувствовать, переживать, даже страдать, если хотите. Живой человек, что сожалеет, испытывает боль, но пытается нащупать опору для моста из прошлого в будущее.

Артём хмуро смотрел в окно.

— Я не хочу её жалости.

— А что вы хотите?

Ответ он знал, но не произносил вслух. Он хотел всего: её уважения, её доверия, её любви, её тела. Ему были нужны её каждое утро, наполненное светом, её каждый вечер, где в сумерках появляются таинственные тени. Её каждая ночь… Её лицо без маски безразличия. Он хотел вернуть тот мир, что сам разрушил.

— Продолжайте быть идеальным клиентом, — вздохнув, сказала Мария. Она понимала, что твориться в душе Волкова. — И всё же не бойтесь иногда показывать трещины в броне. Именно через них, как трава к свету через асфальт и бетон, может пробиться доверие. Доверие к эмоциям, а не к расчёту.

Когда она ушла, Артём взял со стола камушек сланца — у него был целый ящик образцов — подбросил его на ладони. Холодный, тяжёлый, неидеальный, как он сам теперь.

Артём отправил Веронике короткое, звучавшее официально, почти скупо сообщение: «Насчёт света в погребе. Вы правы, полностью аскетичное освещение будет слишком грубым. Добавьте, пожалуйста, один декоративный светильник — старинный фонарь или что-то в этом роде, чтобы появился источник живого, тёплого света. На ваш выбор».

Артём шёл на уступку, пусть небольшую, но уступку. Показывая, что он слышит Веронику, что её мнение профессионала важно. Это был сигнал, что он готов к диалогу, а не только к диктату.

Правила их взаимодействия медленно, но менялись. Из противостояния клиента и подрядчика они превращалась в нечто более сложное, более опасное и более необратимое. В танец двух одиноких людей вокруг костра из прошлого, который никак не хотел затухать.

Глава 7

Работа над проектом шла по графику, но, как и в любом деле, где замешаны большие деньги и человеческий фактор, без сюрпризов не обошлось.

Первой тревожной ласточкой стала задержка с доставкой того самого мрамора «Сивек». Поставщик, известная компания, с которой Вероника работала не раз, внезапно сообщил о «форс-мажорных обстоятельствах» на карьере и перенёс сроки на неопределённое время. Вероника, привыкшая к чёткости, занервничала: центральная стена в гостиной, отделанная мрамором, была ключевым элементом, и её отсутствие парализовало бы все остальные работы по этому помещению.

Она провела весь день в переговорах, пытаясь добиться ясности. К вечеру, уставшая и раздражённая, Вероника отправила Артёму краткий отчёт о ситуации, ожидая если не выговора, то как минимум жёстких вопросов.

Ответ пришёл через двадцать минут: «Разберись с документацией по контракту. Я подключу своих юристов. Завтра у тебя будет мрамор от другого поставщика, того же сорта. Стоимость и логистика — моя проблема».

Вероника набрала Артёма. Она хотела возразить, что не может просто так взять и «подключить других поставщиков», что нужны образцы, дополнительные согласования… но он не отвечал на звонки.

Теперь у Вероники был повод злиться на всех, кто её подвёл, в том числе и на Артёма — конечно, все обещали, но не выполняли договорённости, вот и он так легко сказал, что завтра будет нужный мрамор.

А на следующее утро на объект действительно прибыли три идеальных плиты «Сивек», но уже из другого карьера, с сопроводительными документами, подтверждающими их соответствие. Счёт, как выяснилось позже, был оплачен напрямую из фондов «Волкран Тех». Артём даже не выставил его её студии. Он просто решил проблему. Молча, быстро, эффективно.

Этот инцидент заставил Веронику впервые задуматься не о его манипуляциях, а о реальной силе, которой он обладал. Силе не для давления на неё, а для устранения препятствий на её пути. Это было… непривычно.

Настоящий аврал грянул через неделю, когда пришла партия дорогих, изготовленных на заказ латунных профилей для скрытого освещения. Их принимал прораб Саша, и он, будучи человеком дотошным, сразу заподозрил неладное — вместо заявленного сплава, профили были явно легче, а при ближайшем рассмотрении на срезе обнаружился неприятный сероватый оттенок. Даже неспециалисту был виден признак дешёвой подделки под латунь. Саша позвонил Веронике, та, в свою очередь, — поставщику, с которым работала несколько лет. Тот начал юлить, ссылаться на «особенности партии», обещал разобраться, уверяя, что это недоразумение, случайная ошибка, видимо, кто-то что-то перепутал.

Артём появился на объекте в тот же день, без предупреждения. Он выслушал Сашу, молча осмотрел бракованные профили, постучал по одному из них костяшками пальцев, прислушиваясь к глуховатому звуку. Его лицо было каменным.

— Кто поставщик? — спросил он у Вероники.

Она назвала фирму, с которой работала несколько лет и уж точно не ожидала подобной подставы.

— Контракт с ними?

— Да, стандартный. Они прежде никогда…

— Покажи мне, — перебил Артём, не повышая голоса.

Вероника, чувствуя себя виноватой школьницей, хотя вины её не было, открыла на планшете документы. Артём пробежал глазами, остановился на пункте о штрафных санкциях за несоответствие качества.

— Этого мало, — заключил он. — Саша, отложи всю партию. Фотографии, видео, независимая экспертиза — всё, как положено, я организую. Вероника, твой юрист готовит претензию. Мои юристы подадут иск одновременно. Мы не просто вернём деньги. Мы разорим эту контору.

Он говорил не на эмоциях, потому что в его голосе не было злости, только холодная, беспощадная решимость.

— Артём, может, стоит сначала попробовать договориться… — начала было Вероника, но он поднял на неё глаза, и слова застряли у неё в горле.

— Договориться? — он произнёс это слово так, будто оно было ему в новинку, и поэтому Артём сделал после него паузу, а потом довольно резко продолжил:

— Они солгали тебе, поставив тебе хлам под видом качественного материала. Они рисковали твоей репутацией, твоим проектом — всем, что ты строила годами. С такими не договариваются, их уничтожают, чтобы другим неповадно было.

Он достал телефон, набрал номер.

— Максим, у нас проблема с поставщиком «Интерьер-Металл». Всю информацию пришлю. Запускаем процедуру уничтожения этой фирмы. Да, полностью. Я хочу, чтобы через месяц у них не осталось ни одного клиента. И проверь, нет ли у них скрытых бенефициаров среди наших старых партнёров.

Он положил трубку. В воздухе повисла тишина, нарушаемая только гулом стройки за стенами.

Прораб Саша смотрел на Артёма с нескрываемым уважением. Вероника же испытывала смешанные чувства: с одной стороны, его жесткость по отношению к обидчику пугала, с другой, в его действиях не было ни капли личной выгоды. Он защищал её. Её проект. Её дело.

— Ты не должна с этим