Бесчувственный наследник - Мишель Хёрд
— Выкладывай, а то дышать перестанешь, — ворчу я.
Она начинает смеяться.
— Осторожнее, Ноа. Начинает всерьез казаться, что тебе не плевать.
Я качаю головой и, оттолкнувшись от стойки, иду к Као, который как раз запихивает в рот кусок пиццы. Когда все заканчивают с едой, я помогаю Као прибраться, пока девушки общаются в гостиной.
— Кажется, с Карлой у вас все налаживается, — замечает он, протягивая мне тарелку, чтобы я ее вытер.
— Да. Странно, но нормально, — признаю я.
— Это шаг вперед, — говорит он.
— Это мы еще посмотрим, — бормочу я.
В кухню заходит Джейс.
— Привет, парни.
— Привет, — отвечаю я, убирая последнюю тарелку в шкаф.
— Почему ты работаешь в субботу? — спрашивает его Као.
— Заняты на крупном контракте, — объясняет Джейс. Он достает пиво из холодильника, делает большой глоток и спрашивает Као: — Ну что, покажешь мне дом?
Я вешаю полотенце на крючок и иду в гостиную. Джейд целует Хантера так, будто не видела его несколько месяцев. Мой взгляд падает на Фореста и Арию — они выглядят как влюбленная парочка.
«Фиктивные отношения», ага, как же.
Рядом с Карлой есть свободное место, и, решив, что при свидетелях это безопасно, я опускаюсь рядом с ней. Она смотрит на лучших друзей, на ее лбу залегла легкая складка. Она наклоняется ко мне и шепчет:
— Это мое воображение, или они и правда выглядят влюбленными?
Я снова смотрю на Фореста и Арию. — Нет, не воображение.
— Да, я так и думала, — бормочет она.
Я не могу понять, рада она за них или нет, поэтому спрашиваю: — Тебя смущает то, что они встречаются?
Карла переводит взгляд на меня. — Нет, я просто ненавижу, когда от меня что-то скрывают. — Она пожимает плечами. — Если они счастливы друг с другом, это все, что имеет значение. — Она снова смотрит на них. — Они всегда были лучшими друзьями. Я правда думаю, что у них могут получиться отличные отношения. Они уже преданы друг другу.
Ее слова задевают меня сильнее, чем я ожидал.
— Ты правда думаешь, что этого достаточно?
— Конечно. — Она хмурится. — А ты нет?
— Да, я просто удивлен, что ты тоже так считаешь, — отвечаю я.
Она хмурится еще сильнее: — Что ты имеешь в виду?
— Просто... — я немного разворачиваюсь к ней. — Я думал, ты веришь в «истинную любовь».
— В смысле? В то, что можно безумно влюбиться и это останется навсегда само по себе? — спрашивает она. Когда я киваю, она усмехается: — Перестань, Ноа, мы оба знаем, что это лишь гормоны в самом начале. Когда «медовый месяц» заканчивается — начинается работа.
Нахмурившись, я впиваюсь в нее взглядом.
— Я, наверное, пожалею, что спросил об этом... — я заминаюсь, думая, не лучше ли промолчать, но все же решаюсь: — Тогда почему ты возишься со мной?
Она снова смеется: — Черт, ты даже произнести это слово не можешь, да? — А затем она, черт возьми, имитирует Осла из «Шрека»: — «Ты такой многослойный, мальчик-луковка, что боишься собственных чувств».
Откинувшись на спинку кресла, она отводит взгляд в окно и тихо шепчет:
— Ты стоишь этой работы.
От ее слов мое сердце сжимается, а в груди разливается волна тепла. Я хмурюсь, пытаясь классифицировать новую эмоцию.
Это благодарность? Или мне просто льстит ее внимание?
КАРЛА
Когда я снова смотрю на Ноа, он глубоко в своих мыслях, словно решает какое-то невыполнимое уравнение.
Я кладу руку ему на бедро, и это мгновенно вырывает его из раздумий. Наклонившись к нему, я говорю:
— Расслабься, Ноа. У тебя вена лопнет от таких раздумий.
Я встаю и иду на кухню, чтобы наполнить бокал. Пока я делаю глоток, заходит Джейс. Увидев меня, он приобнимает меня за плечи.
— Как учеба? — Он берет мой бокал, делает глоток и отдает обратно.
Я жму плечами: — Нормально.
— А нагрузка? — спрашивает он, беря кусок пиццы.
— Большая. Почти все время провожу в библиотеке.
— Скоро втянешься, — говорит он. Брат внимательно смотрит на меня и склоняет голову: — Кроме учебы, все остальное в порядке? Никто не обижает?
Джейс — самый проницательный человек из всех, кого я знаю.
— Здесь не так, как в школе, — снова пожимаю я плечами. — Знаешь... одиноко.
Он делает шаг ко мне, на его лице отражается беспокойство.
— Что значит «одиноко»? У тебя есть девчонки. Форест и Ария тоже здесь.
— Ну да, — я улыбаюсь ему, чтобы он не волновался. — Просто тяжеловато привыкаю. Не обращай внимания.
Взгляд Джейса становится острее: — Тебя больше ничего не беспокоит?
Я качаю головой и, шагнув вперед, обнимаю его за талию, прижавшись щекой к его плечу. — Все хорошо, но знаешь, что бы мне очень помогло?
Джейс обнимает меня в ответ, бормоча: — Что?
— Все твои конспекты и задания. — Я отстраняюсь и, сияя, говорю: — Ну пожалуйста, Джейс.
— При одном условии. — Хитроватая улыбка кривит его губы. — Признай, что я умнее.
Я морщу нос и строю недовольную гримасу, а затем бурчу: — Ты умнее.
На его лице расплывается победоносная улыбка. — Завтра пришлю все на почту.
— Спасибо. — Я смотрю, как он выходит, а затем шепчу: — Но я не говорила, что ты умнее меня. — Смеясь про себя, я отпиваю вино.
Вернувшись в гостиную, я вижу, что Джейс занял место Милы, посадив ее к себе на колени.
— Напомните мне переслать Карле все мои конспекты из магистратуры, — говорит он.
Мила смотрит на меня: — Ты не справляешься? Я могу помочь.
Я сажусь обратно рядом с Ноа. — Все будет нормально. Но спасибо.
Ноа смотрит на меня сверху вниз: — Прошла всего неделя. С чем ты там можешь не справляться?
Я косо смотрю на него: — А я-то думала, у нас все так хорошо идет.
Он хмурится: — Я спрашиваю, чтобы знать, в чем тебе нужна помощь.
Мои брови взлетают вверх. — Ого, ну и паршиво же ты предлагаешь помощь. — Затем я выдаю самую сладкую улыбку, на которую способна: — Но так трогательно знать, что тебе не плевать. Но я справлюсь.
Ноа
