Простить невозможно забыть - Ника Горина

что ничего не было, что она ничего не знает. Играть в их игру, притворяться, что все хорошо. Она уже так сделала однажды. Сделает и еще раз. Другого выбора у нее, похоже, не было.

Дмитрий задержался в клубе допоздна. Глеб сообщил ему, что Катя, бледная, срочно уехала, и Дмитрий рассказал о беременности девушки, о странной проверке Петра Сергеевича и о своих опасениях потерять жену.

— Она справится, — произнес Глеб, выпивая третий шот коньяка. — Справилась тогда, справится и сейчас.

— Ты уверен?

— Дай ей время.

Дмитрий и сам понимал это, но ситуация его раздражала. Весь день он срывался на сотрудниках, едва не подрался с охранником за то, что тот пропустил несовершеннолетнюю девчонку в клуб, и Глеб еле удержал его, когда он чуть ее не ударил.

Время шло, а Катя не возвращалась. Он звонил ей несколько раз, но девушка не отвечала. А потом и вовсе выключила телефон.

— Где она? — Дмитрий вошел в свой кабинет и бросил пиджак на диван.

— Дома. Все хорошо, — произнес Глеб.

Дмитрий посмотрел на друга.

— Я отследил её машину. Стоит припаркованная около дома.

— Почему тогда она не отвечает?

— Ты же сам говорил, что ее мучает тошнота и головокружение. Может, уснула.

Дмитрий промолчал. Он попытался вернуться к делам. Это был самый длинный вечер в его жизни.

Машину Кати он увидел криво припаркованной на газоне. В доме было темно.

Девушка крепко спала, укутавшись в одеяло. Он не стал ее беспокоить. Приняв душ, Дмитрий лег рядом с ней.

Когда Дмитрий проснулся, Кати в спальне не было. Он нашел ее на кухне. Девушка сидела за столом и пила чай.

— Я не знала, во сколько ты приехал, поэтому будить не стала. Налить чай?

— Да, пожалуйста.

Он сел за стол. Но не спускал глаз с жены. Катерина достала вторую чашку, налила чай и поставила перед Димой. На него она не смотрела.

— Что с тобой? — спросил он.

— Все хорошо. Поедем в клуб?

Дмитрий кивнул.

— Тогда пойду одеваться, — Катя выплеснула остатки своего чая в раковину, сполоснула кружку и вышла из кухни.

Весь день Катерина выглядела задумчивой и потерянной. Она ошибалась в цифрах, пролила чай на важные документы, разбила графин с виски, когда пыталась наполнить бокалы для Дмитрия и Глеба.

— Катя, что с тобой? — произнес Дмитрий, касаясь ее щеки. — Тебе нехорошо?

На миг глаза Кати вспыхнули, но девушка опустила ресницы и тяжело вздохнула.

— Все хорошо, чувствую себя неважно. Прости.

— Может, тебе лучше поехать домой и отдохнуть?

— Да, наверное, — девушка, не поднимая глаз, взяла сумку и вышла из кабинета.

Ее тошнило. И токсикоз тут был не при чем. Тошнило до омерзения от прикосновений Дмитрия, от его заботы. Он, Глеб и остальные стали ей отвратительны. Их слова, их жесты… сводили ее с ума. Чертовы лицемеры.

Спустившись вниз, Катерина прошла в туалет и тщательно вымыла лицо с мылом, особенно щеку, которой коснулся Дмитрий.

Она вышла на улицу и, подойдя к машине, остановилась. Эту машину ей подарил Дмитрий. Квартира, в которой они жили, принадлежала Дмитрию. Этот чертов клуб, где она работала, принадлежал Дмитрию. Все, что у нее было в жизни, все, что ее окружало, принадлежало ему.

Катерина прошла мимо стоянки и пошла по тротуару. Слезы душили ее.

Она не хотела идти домой, но больше идти ей было некуда. И она просто шла по улице.

— Катя! Катя! — услышала она за спиной женский голос.

Девушка обернулась и увидела Елену Степановну, свою школьную учительницу химии.

— Здравствуйте, — улыбнулась Катя. Она была ее искренне рада видеть.

Елена Степановна была единственным человеком, кто проявлял к ней настоящую заботу, кто переживал за нее, кто предлагал свою помощь. Если бы она тогда рассказала учительнице правду о Дмитрии, возможно, все было бы уже по-другому, женщина, наверное, помогла бы ей.

— Катенька, ну как ты? Как твои дела? — спрашивала Елена Степановна, разглядывая девушку.

— Все хорошо, — ответила Катя, и голос ее дрогнул. Ни черта не хорошо.

— Ты так изменилась, так повзрослела, — улыбалась женщина. Она взяла девушку за руки. И взгляд ее упал на ее обручальное кольцо. — Ты уже замужем?

Катя кивнула.

Рядом с ними находилось уличное кафе, и они сели за столик. Официант принес им напитки.

— Я очень часто вспоминала тебя, — говорила Елена Степановна.

— Правда?

— У тебя все хорошо, девочка моя?

— Да, очень хорошо.

— Но почему ты плачешь? — забеспокоилась учительница, когда Катя смахнула слезы.

— Это от радости, Елена Степановна! Я очень рада вас видеть, — ответила Катерина. — Я тоже вас вспоминала. Как вы занимались со мной, помогали мне с учебой.

— Я, признаться, очень удивилась, когда ты выбрала экономику. Ты так хорошо знала химию. Думала, поступишь в медицинский…

— Боюсь, из меня получился бы плохой врач, — улыбнулась Катя.

— Ну… кто знает… хотя, если честно, я не думала о врачебных специальностях. Тебе отлично подошла бы фармакология.

Катя улыбнулась.

— Моя дочка работает в крупной фармацевтической компании. Говорит, сейчас мало толковых специалистов. Медицина развивается, а лекарства делать некому.

Катерина слушала учительницу, а внутри у нее все разрывалось на части. Она даже специальность выбрала исходя из желаний Дмитрия. Нет, он прямо не настаивал. Но привлекал ее к работе со счетами. Кате это нравилось. И она не думала ни о чем другом. У нее и мыслей не было о других специальностях. Она просто плыла по течению, которое создавал для нее Дмитрий и его друзья.

Они еще немного побеседовали с Еленой Степановной и расстались. Катерина пошла дальше по улице.

Мысли лихорадочно метались в ее голове. После изнасилования она ни о чем не думала, ничего не хотела. Внутри нее была пустота, которую Дмитрий заполнял тем, чем хотел. Они все направляли ее туда, куда нужно было им. А что сама Катя? Чего она хотела на самом деле?

Ноги Катю не слушались. Голова закружилась. Ей стало трудно дышать. Девушка сжала воротник платья. Перед тем, как потерять сознание, она слышала чьи-то крики.

…Катя очнулась в больнице. Рядом с ней сидел Дмитрий, держа ее руку в своих ладонях.

— Что со мной? — прошептала Катя.

— Ты потеряла сознание на улице. Прохожие вызвали скорую. Сейчас все хорошо, — он поцеловал ее холодные пальцы. — Зачем ты ушла, если тебе было так плохо?

— Мне стало плохо на улице. Из-за жары, наверное.

Пришел врач. Анализы девушки были в порядке. Только давление понизилось. Но врачи нормализовали его, и Дмитрий забрал Катю домой.

Уложив ее в постель, он присел рядом.

— Ну что с тобой, Катенька? — прошептал он, убирая прядь волос