Секретарша для миллиардеров - Tommy Glub
Я кусаю губу, чтобы не выдать, насколько боюсь.
— Лиза, — Саша наклоняется чуть ближе, и от его голоса по коже пробегает холодок. — Вспоминайте. Где именно он может быть? Кто может знать о его планах? Любая мелочь может оказаться ключевой.
— Я… правда ничего не знаю, — почти шепотом произношу я. — Я ведь думала, компания работает нормально.
— Работает, — усмехается Дима, и усмешка эта совсем безрадостная. — Только не на вас.
— Сегодня вечером мы вернёмся. И если к тому времени у вас появится хоть что-то полезное — будет отлично. Если нет… — Саша делает паузу, и ее хватает, чтобы у меня мурашки пробежали по спине, — значит, будем искать сами.
Они уходят, а я иду к Наде и спрашиваю у нее, что она знает о самолете Павловича, но как оказывается, она не знает ничего. Только то, что он упомянул самолет. А куда он улетает и как надолго, она не знает. Про Егора и спрашивать бесполезно, потому что он всегда был довольно темной лошадкой в нашей компании. А теперь… теперь я пожинаю плоды своей доверчивости. Ну кто, кто так работает? Сколько я слышала случаев и все равно наступила на те же грабли…
Глава 6
Я сижу на краю стула, коленка предательски дрожит. До вечера еще есть время, но у меня в голове каша и тревога, которая комом застряла в горле.
«Любая мелочь важна»
Так сказал Саша. Окей. Буду собирать мелочи.
Начинаю с Нади на ресепшене.
— Надь, давай вспоминай все подряд. Кто к Павловичу заходил вчера и сегодня? Может, что-то странное заметила?
Она оглядывается по сторонам, словно боится, что нас подслушивают. А потом все же говорит заговорщицки:
— Он рано пришел. В девять уже был на месте. С чемоданом таким... не обычным дорожным, а как для ноутбука, только потолще. Даже сперва не поздоровался… И еще… — она закусывает губу. — Попросил передать курьеру запечатанный конверт. Сказал, Егор заберет. Но Егора я так и не видела после. В итоге его забрал наш водитель Петрович.
— Петрович еще здесь?
— Должен быть в гараже, но я не уверена…
В гараже пахнет чем-то металлическим и, отдаленно, машинным маслом. Петрович встречает меня своим фирменным:
— Давай быстро, Лизка.
— Вчера конверт куда-то возили?
Он лениво пожимает плечами:
— Возил. А что такого? Вот, записал — «ТехноИнвест ЛТД». Адрес на окраине, какой-то склад. Там никого не было. Позвонили, сказали оставить на охране. Я и оставил.
— Кто звонил?
— Да кто-то... Мужик. Обычный голос. — Он чешет затылок. — А потом Павлович попросил в аэропорт его отвезти. У нас камеры на воротах есть, если что. Потом отвез его домой… Вчера он был не в духе. Я все делаю по уставу, Лизка! А врать мне тебе — это все равно что руку откусить рабочую! — он хмыкнул. — Ты ж мне зарплату выписываешь!
Поднимаюсь наверх.
В голове все больше перемешивается. Конечно, ради того, чтобы меня не обвинили в том, чего я не делала, мне нужно срочно узнать где они оба. Потому что я не согласна бросать свою дочь на энное количество лет ради чужих махинаций.
Тетя Таня, наша уборщица, окликает меня уже на этаже. И рьяно рассказывает со всеми подробностями:
— Я мою, а они громко разговаривают. Не ругались, но голоса повышали. Этот Егор говорил «успеем», а наш начальник — «не дай бог сорвешь». Я то человек маленький, но все слышу… Мне они показались странными…
— Не страшно разбазаривать мне тайны? — хмыкнула.
— А чего страшного? Я же понимаю, что да как произошло. Ты вон как попала, милая!
Это точно… Попала так, что рискую почти что всей своей жизнью!
Иду к айтишникам. У Степы вечный хаос на столе и взгляд человека, которому все по барабану.
— Степ, мне нужно проверить входы в почту Павловича и Егора. Хочу убедиться, что никто чужой не лазил.
Он морщится:
— Без официального запроса не могу. Но... — косится на меня. — Если никому не скажешь: с почты Егора три дня назад настроили пересылку на какой-то мейл. И сегодня ночью кто-то заходил с мобилки, не с нашего айпи. А у Павловича вчера включили автоудаление исходящих. Впервые за все время.
По спине бегут мурашки.
— Какой мейл?
— Записал, — протягивает стикер. — Только ты это не от меня узнала.
Звоню в банк. Ирине Николаевне, с которой сто лет знакомы. Вот подвязки в банках я сделала еще в первый год работы бухгалтером. Это всегда очень выгодные знакомства.
— Ирин, привет. У нас вчера ушел платеж в «ТехноИнвест». Можно поставить стоп? Подозрение на мошенничество.
Она вздыхает:
— Лиз, без официального письма никак. Да и то, если деньги еще не ушли дальше. Когда платеж был?
— Вчера до обеда.
— Тогда уже все. Пиши письмо.
— У нас тут новые владельцы… У меня пока нет не то что электронной подписи, а и даже разрешения на ее использование… Черт!
— У вас там что творится?
— Да так, как обычно, — тут же съезжаю. Не как обычно, но Ирина не расспрашивает дальше, потому что это коммерческие тайны и посторонним об этом нельзя знать. Пока я тут работаю и подписала док о неразглашении, буду выкручиваться как могу.
Заглядываю к закупщикам, раз уж пошла такая пьянка. Мне нужно все знать. Лиля кивает с порога:
— Я все проверила. Реквизиты «ТехноИнвеста» поменяли неделю назад. Письмо пришло от Егора. Мы обычно перезваниваем для подтверждения, но он дал новый номер. Я позвонила — девушка сказала, что бухгалтерия на удаленке. По документам все чисто. Но ты же понимаешь…
Понимаю. На бумаге чисто. Это и смущает. Они готовились.
К вечеру у меня два листка с заметками и та же каша в голове. И одно решение: письмо в банк писать надо. Пусть новые владельцы подпишут. Придется все рассказать.
Пусть… помогут, что ли.
Хотя это вряд ли чтобы помогли… Им легче закрыть этот вопрос как можно быстрее и не важно что они уничтожат мою жизнь.
Снова…
Возвращаюсь в кабинет, скидываю туфли, поджимаю ноги. Телефон вибрирует. Настя.
— Привет, солнце.
— Мам! — тянет она. — Смотри, что я нарисовала!
На экране — кривой кот в скафандре с надписью «МАМЕ». Внутри все моментально тает.
— Он прекрасный. А где его ошейник?.
— Я ему дорисую еще! А нам по математике задали миллион примеров. Ну, тридцать два, но ощущения — как миллион.
— Справишься. Ты поела? Как бабушка?
— Да, все хорошо, бабушка суп сварила, но не такой вкусный, как твой. Мам, можно я у Маши переночую?
