После развода. Муж бывшим не бывает - Анна Томченко

— Я не чувствую аналогии. Я просто считаю, что нормальная жена, она всегда идёт на те условия, которые выставляет муж. Я выставил условия. Она должна перевязать трубы для того, чтобы в нашей семье был комфорт Нет, она этого не собирается делать, а я не собираюсь трахать её с вероятностью, что она залетит, и снова будут дети. Спасибо, я с двумя то не знаю, как расхлебаться.

— Так раз не знаешь, как расхлебаться отдай их. — Произнесла я наступая на Рому, он почему-то инстинктивно отодвинулся от меня, делая несколько шагов назад, а я поняла, что, пока я ему в горло не вцеплюсь, я не успокоюсь.

И, вероятнее всего, это не в Глеба, Кристина такая, а в меня. Просто у нас скорость разгона от милой зайки до дьяволицы немножко разная.

— Что же ты такой весь замученный мальчик мой, сидишь, жалуешься на своих двоих детей. Зачем же тогда они тебе нужны? Отдай их, а? Нет, ты их не отдашь.

Тебе же так легко манипулировать Кристиной при помощи звонков, где Сашенька или Лерочка будут плакать в трубку — мама, вернись домой. А зачем тебе такая жена? Я знаю. Наверное, по брачному контракту все-таки у вас что-то не оговорено.

Может быть, дело касается твоего бизнеса. Или, может быть, дело касается недвижки. Что ты там забыл учесть, когда предложение руки и сердца делал?

Я наступала на него и уже вытолкала, можно сказать, в вертушку, которая вела на улицу.

— Знаешь что, мама, — взяв себя в руки, произнёс Рома и вскинул подбородок— Я не собираюсь с тобой обсуждать такие вопросы.

— А я не собираюсь смотреть на то, как ты изгаляешься над моей дочерью. Я тебе по хорошему говорю. Сейчас я еду к тебе и забираю детей вместе с нянькой.

— Нет; мои дети останутся со мной.

— Зачем, они тебе все равно не нужны. — Усмехнулась я и покачала головой.

— Они мне нужны. Если бы Кристина понимала, возможно, ничего бы у нас в браке фатального не происходило, но я задрался каждый божий раз приходить и смотреть на недовольную физиономию жены, а недовольная она из-за того, что у неё то эстрогены пляшут, то кортизол подскакивает, и ты представляешь, как это жить с женщиной, у которой и кортизол, и адреналин, и норадреналин постоянно долбит по мозгам. Хреново так жить с женщиной. Я давно забыл, что как звучит фраза Ромочка, что ты сегодня будешь на обед.

— Ромочка, а тебе хер на воротник не положить, чтобы не натирало? — Ласково спросила я и Рома все-таки отшатнулся, зашёл в вертушку и в два шага оказался на улице.

Я шла за ним следом.

Он разорвал разговор.

Он больше не хотел со мной никак контактировать, но я двигалась за ним, тяжело дышала, в ребрах стреляло, но я с него не слезу, пока не получу своё. Эта тварь пыталась продавить моего ребёнка на то, чтобы она лишила себя возможности родить. Он что, её так привязать к себе хотел, конечно, как она уйдёт к другому мужику, даже если этот будет полным засранцем, если у неё не будет возможности забеременеть, отлично устроился. Молодец.

Он, значит, должен ходить, размахивать членом направо и налево, разбрасывая своё семя, а Кристина в этот момент должна быть обречена на жизнь с изменником и предателем.

Отличная, отличная история!

— Рома, не смей от меня убегать. — Похолодел мой голос и стал похожим чем-то на интонации Глеба. Я ощутила, как у меня по всей коже пробежал рой мурашек, потому что сама от себя не ожидала ни такого напора, ни такой жёсткости в словах и фразах.

— Мы с тобой договорили, я прекрасно выразил свою позицию: либо она возвращается домой.

— Либо у тебя будут большие проблемы, — закончила я, догоняя Романа и дёргая его за руку, чтобы он обернулся и посмотрел на меня. — Рома, не зли бешеного зверя, не зли.

— Я не элю, я говорю очевидные вещи. Либо все будет так, как я сказал, либо не будет никак.

Рома завернул за угол там, где стояла его машина, и я дёрнулась за ним следом, влетела в песок из-за того, что рабочие стелили тротуарную плитку.

Рома прыгнул в тачку. А я, дойдя, дёрнула за ручку двери.

— отдай детей по-хорошему, прошу отдай детей.

— Поцелуйте меня в зад, мама, — обозлился и нахамил мне Рома, и я, сделав несколько шагов назад, снова влетела в рассыпанный песок на тротуаре, перевела взгляд и увидела лежащий кусок тротуарной плитки.

Я не знала, какой бес и дьявол в меня вселился в этот момент, но я наклонилась, преодолевая боль в трескавших ребрах, подняла этот кусок плитки и со всей силы, что было мочи, зарядила в лобовое стекло.

33

Кусок тротуарной плитки залетел в лобовое, но поскольку там была многоступенчатая защита, разбить его, конечно, не удалось, но Рома мне злостно посигналил и сдал назад, чтобы выехать с парковки.

Я стиснула зубы покрепче.

Паразит, гадёныш мелкий, противный интриган.

Меня аж всю трясло, мужики, которые клали плитку, посмотрели на меня ошарашенно, но я только махнула рукой, перешла тихонько через дорогу и, зайдя в кафе села за столик на улице.

Мне надо было успокоиться, надо было выдохнуть, нетушки, такого свинства я ему не прощу, за такое свинство на одном месте у меня болтаться будет.

Снова набрала Костю.

— Да, мам, прости, что не отвечал, — хрипло выдохнул сын, и я поняла, что у меня завод сработал по новой.

— Ну что, расскажешь мне что-нибудь? — Произнесла я нервно и облизала губы:

— Что я тебе должен рассказать? Я уже все, что мог, рассказал.

— Ну, расскажи мне, например, о том, откуда ты все-таки знаешь эту самую восточную красавицу, Айгуль,

— Я тебе ещё раз говорю, я её не знаю, что вы с отцом ко мне прицепились, она стояла полубоком. Мне показалось, что я её узнал потом, когда она повернулась, я уже понял, что это не так.

— Темнишь ты, Костенька, темнишь, а теперь как на духу мамочке скажи, пожалуйста, ты обижал Дину?

У меня почему-то сейчас этот вопрос стоял очень остро, потому что я, как могла, представила, что Константин мог что-то подобное выдать Дине, меня аж всю перетряхивать начинало.

— Мам, Бог с тобой. Ну ты что такое говоришь? Ты сейчас издеваешься? Как человек, который чуть ли не все имущество переписывает на жену.

— А кстати, собственно, зачем ты это сделал?