Мой босс... Козел! - Елена Северная
Втискиваясь в очередную узкую юбку, краем глаза заметила вчерашний конверт. Он так и лежал сиротинушкой на прикроватной тумбочке. Изучив содержимое, поморщилась — это было приглашение на юбилей отчима. Все дни рождения наша семья праздновала в загородном
доме, а в последнее время мама с отчимом там жили постоянно. Подозреваю, что юбилей будет с размахом. Господи, как же не хочется туда ехать! Опять придётся выслушивать родительские нотации о пользе и необходимости семейной жизни, но ещё более неприятно — показушные сожаления маменькиных подруг и их замужних доченек о моей неприкаянности. И ведь не верят, курицы, что замуж я не хочу! Ну… может совсем чуть-чуть уже хочу. Наверное.
В офис мы с шефом снова прибыли вместе. Девочки на ресепшене уже не округляли глаза, только понимающе улыбнулись.
Неприятным сюрпризом стал звонок Ольги. Она сообщала, что муж всё-таки уложил её в больницу на сохранение. Этого и следовало ожидать с её токсикозом.
Шеф, только мы вышли из машины, снова превратился в железного босса. Как ему удаётся так быстро меняться?
Часа два было относительно спокойно: я носила кофе, регистрировала входящие и исходящие документы, заполняла таблицы показателей, долбила двух архитекторов, что работали на удалёнке и у которых горел дедлайн, короче — обычная офисная запарка. Главное, никаких ЧП.
А потом случилось оно…
Глава 10
Ближе к обеду с проходной сообщили, что к нам поднимаются служители закона. Я, конечно, тут же доложила шефу. По каменно-жёсткому выражению лица невозможно было понять, какие эмоции бурлят внутри него самого. Внешне босс так и оставался спокойным и невозмутимым. А я вот нервничала. И не потому, что боялась проблем компании с законом и, как следствие, что придётся искать новую работу, хотя и это тоже. Но главным было подозрение, что шеф что-то упустил в тайном противостоянии с Олеарнскими, и те обошли его в борьбе за власть, подставив в чём-то. Однако проблема лежала совсем в другой плоскости: вместе с полицией пришли представители органов опеки. Проводив их в кабинет, я в полном недоумении опустилась в своё кресло. Работать не было никакой возможности — руки тряслись, голова не соображала, а те мысли, которые оставались, были там, рядом с шефом. И, главное, подслушать никак нельзя было — один из полицейских остался в приёмной. Гадство! Пока они там, в кабинете, беседы беседовали, я чуть ногти все не сгрызла, благо они покрыты акрилом — фиг сломаешь, не то, что обгрызть.
Служители закона вышли в сопровождении шефа весьма озадаченные.
— Мария, меня не будет до вечера. Если что — на телефоне.
Глядя в спины всей делегации, я гадала — а что случилось?
Слух о том, что босс покинул офис в сопровождении полиции, разлетелся мгновенно. Думаю, и девочки на ресепшене, и парни на проходной приложили к этому руки и языки. Так или иначе, в приёмную потянулись делегаты от отделов. Вот просто вопросы жизни и смерти образовались у всех поголовно! То срочно документы надо ЛИЧНО у шефа подписать, то проконсультироваться по «чрезвычайно важному вопросу», то какие-то правки в отчётах, сметах и т. д. Подозреваю, — все они были уверены: пользуясь отсутствием босса, я им выложу последние новости, чтобы угодить, дабы меня окончательно приняли в коллектив. Спасибо отчиму за воспитание — с детства он внушал мне непреложную истину: всем не угодишь. Раньше я наполнялась раздражением, как только слышала эту фразу, а сейчас готова в пояс поклониться за науку. С первыми же страждущими аудиенции у шефа в голове всплыло: «Всем не угодишь, Машуня!» Вот! Поэтому решила ограничиться собой и флегматично пожимала плечами на все их расспросы. Однако генетика стревозности добавила таки в глазах таинственности. Короче, интрига крепла и расцветала.
В перерывах между изящными указаниями направления, по которому посылала любопытных посетителей, я изучала структуру компании и, собственно, чем она занимается. А занималась она строительством коттеджей под ключ. И в данное время разрабатывалось направление изготовление переносных домов, то есть таких, что можно было разобрать и возвести на новом месте. Кстати, к таким домам вместе с отделкой предлагалась и мебель с техникой — на выбор. Эта идея мне особенно понравилась. Роясь в каталогах, не заметила, как подошёл к концу рабочий день. Но, конечно, мне об этом «напомнили» — просто девочки с ресепшена, чуть ли не лопаясь от любопытства, вдвоём впорхнули в приёмную и наперебой защебетали. Глянула на часы, выключила технику, вытолкала девчонок и сама поскакала домой. По дороге позвонила Саньке выяснить, не надо ли чего купить. Может, у нас в магазинчике этого не было, а на доставку не хватает суммы покупок. Пока шла через сквер домой, выслушала вдохновенный Санькин рассказ о том, как он гулял с Шейхом, какие вкусные у бабы Кати булочки с яблоками, а баба Надя накормила его пельменями так, что он даже вздохнуть не смог. А сейчас он смотрит мультики про войну роботов на канале, который дядя Боря подключил вчера.
Первыми фразами, что я услышала, переступив порог квартиры были:
— Чё так рано? А где дядя Боря? Тебя баба Надя просила зайти. Я тебе пиццы оставил.
И пацан дальше уставился в телек, где что-то громыхало, взрывалось и стреляло.
Надежда Ивановна, поджав сухие тонкие губы и не слушая мои слабые трепыхания, решительно повела на кухню. Там усадила за стол, наложила полную тарелку пельменей, подождала, пока я их съем — причём последние пять штук еле влезли, но по выражению лица бабули, было понятно, что возражать бесполезно, поэтому я доела все, — и принялась проводить воспитательную беседу на тему «Воспитание ребёнка в современном мире». Пришлось выдержать словесный штурм. А как иначе? С соседкой спорить не хотелось. Пока она вещала, я мыслями была с Борисом — что же там у него случилось?
В квартиру вернулась поздно. Санька уже спал, не смотря на громко работающий телевизор. Накрыв мальчика лёгким пледом, пошла на кухню приготовить что-нибудь
