Без права на слабость - Hay Grig
С покрасневшими глазами.
Наверное, всё это время сидел под дверью.
Ждал.
Чтобы я не осталась одна и в этот момент что-то внутри меня окончательно сломалось.
Я резко шагнула вперёд, обвила руками его шею.
Прижалась губами к его губам.
Словно утопающий хватается за последний спасательный круг.
Словно он был единственным человеком, способным удержать меня на поверхности.
Единственным человеком, который никогда не причинял мне боли.
Единственным человеком, который всегда оставался рядом.
Глеб вздрогнул.
На мгновение его руки крепче сжали мою талию.
Всего на мгновение.
А потом он осторожно отстранился.
Слишком осторожно.
Слишком бережно.
Будто я была сделана из стекла.
— Мила... что ты делаешь?
Его голос сорвался.
Он держал меня за плечи.
Смотрел прямо в глаза.
И я увидела там боль.
Настоящую.
Глубокую.
Ту, которую скрывают годами.
— Глеб... я хочу...
— Тш-ш-ш...
Он мягко коснулся пальцами моей щеки.
— Ничего не говори.
Ничего.
Его дыхание было тяжёлым.
Словно каждое слово давалось ему через силу.
— Разве я для тебя ничего не значу? — прошептала я.
Этот вопрос вырвался сам собой.
Потому что сейчас я боялась ещё одного отказа.
Ещё одного предательства.
Ещё одной потери.
Глеб закрыл глаза.
Всего на секунду.
А потом посмотрел на меня так, что сердце болезненно дрогнуло.
— Нет, Мила. Ты не никто. Господи... Если бы ты только знала, кто ты для меня.
Его голос стал хриплым.
— Я люблю тебя. Люблю уже столько лет, что сам перестал считать. Люблю твою улыбку. Люблю твой характер. Люблю то, как ты защищаешь людей. Люблю то, как ты любишь Артёма. Люблю даже твои упрямые споры со мной... Я люблю тебя всю. Каждую твою рану. Каждый твой страх. Каждую твою слезу. Каждую победу. Каждую ошибку. Я люблю тебя так сильно, что готов был всю жизнь стоять рядом и ничего не требовать взамен. Лишь бы ты была счастлива.
Я замерла.
Слёзы снова покатились по щекам.
А он продолжал:
— Но сейчас говоришь не ты. Сейчас говорит боль. Сейчас говорит обида. Сейчас говорит женщина, которой разбили сердце... Если я воспользуюсь этим моментом... Если позволю тебе сделать то, о чём завтра ты можешь пожалеть... Я никогда себе этого не прощу.
Он коснулся своим лбом моего.
— А знаешь, чего я боюсь больше всего?
Я покачала головой.
— Что однажды ты проснёшься рядом со мной и возненавидишь нас обоих. Что подумаешь, будто я воспользовался твоей слабостью. Что в твоих глазах исчезнет то уважение, которое я так долго заслуживал.
Его голос дрогнул.
Впервые за все годы.
— Я переживу всё, Мила... Твоё равнодушие. Твои отказы. Твои сомнения... Но не твою ненависть... Только не её.
Я разрыдалась окончательно.
Потому что именно так любит мужчина.
Не тот, кто берёт.
А тот, кто умеет ждать.
Даже когда больно.
Даже когда невозможно.
— Если однажды ты придёшь ко мне...
Глава 24
От реальности невозможно убегать вечно.
Да я и не собиралась больше бежать. Рано или поздно мне всё равно пришлось бы встретиться с Алексом лицом к лицу. Посмотреть ему в глаза. Услышать его голос. Снова пережить то, что семь лет назад разрушило меня до основания.
Он звонил Глебу.
Я не знала, о чём они говорили. Глеб ничего не рассказывал, а я не спрашивала. Наверное, боялась услышать ответы. После той встречи в кафе прошло несколько дней, но Алекс больше не появлялся и не звонил.
Слишком тихо.
Слишком спокойно.
Именно такая тишина обычно предшествует буре.
— Ну всё, будем на связи. Если что-то случится — сразу звони. Я приеду немедленно.
Я невольно рассмеялась.
— Глеб, ты вообще-то будешь в другом городе.
— Это не имеет значения, — серьёзно ответил он.
У двери он притянул меня к себе и коснулся моих губ лёгким поцелуем.
Потом отстранился всего на несколько сантиметров.
Настолько близко, что я чувствовала его дыхание.
— Я люблю тебя, Мила... — тихо произнёс он. — И, честно говоря, совсем не хочу уезжать.
Сердце болезненно сжалось.
Сколько же тепла было в этих словах...
Сколько заботы.
Сколько любви.
Той самой любви, которая ничего не требует взамен.
— Глеб... Ты ведь знаешь, что тебе совершенно не о чем переживать.
Он грустно улыбнулся.
— Знаю. Я доверяю тебе больше, чем самому себе. Но тот хаос, который постоянно возникает вокруг тебя, не даёт мне покоя.
Я проводила его взглядом. Закрыла дверь и ещё несколько минут стояла неподвижно, пытаясь успокоить сердце.
Оно билось слишком быстро.
Слишком сильно.
Слишком счастливо рядом с ним.
И слишком больно без него.
В дверь снова позвонили.
Я даже не посмотрела в глазок.
Была уверена, что Глеб что-то забыл.
Но когда открыла дверь, увидела незнакомую пожилую женщину.
— Слушаю вас.
Вместо ответа она бесцеремонно толкнула дверь и вошла внутрь.
Без приглашения.
Без разрешения.
С таким видом, будто имела на это право.
— Так это ты родила ребёнка от моего Саши?
Я замерла.
Сердце пропустило удар.
— Простите... А вы кто?
— Я мать Саши.
Теперь всё стало понятно.
Вот только легче от этого не стало.
— И что вы делаете в моём доме?
Женщина смерила меня презрительным взглядом.
— Не смей своим щенком разрушать идеальную семью моего сына.
Что-то внутри меня оборвалось.
А потом мгновенно вспыхнуло яростью.
Сколько лет прошло?
Семь.
Семь долгих лет.
Но для них я по-прежнему была виноватой.
По-прежнему лишней.
По-прежнему удобной мишенью.
— Следите за словами, — холодно произнесла я. — И знайте свои границы. Иначе я забуду о том, что передо мной пожилая женщина.
— Невоспитанная девчонка!
— Кто бы говорил.
Я распахнула дверь.
— Вон из моего дома.
Сейчас же.
В её глазах вспыхнула ненависть.
Настоящая.
Жгучая.
Такая же, какую я видела много лет назад в глазах собственного отца.
Именно в этот момент в квартиру вошла Инга.
Увидев нас, она побледнела.
— Мила...
— Забери отсюда свою свекровь.
Мой голос звучал ледяным.
— И запомни, Инга. Мой дом — не проходной двор. Ни для неё, ни для тебя.
— Мила, я правда сначала не знала, кто ты...
— Но потом узнала и промолчала.
Инга опустила глаза.
Ей нечего было сказать.
Потому что я была права.
Через несколько минут дверь закрылась за ними.
Наконец-то стало тихо.
Я медленно опустилась в кресло.
Усмехнулась.
Горько.
Моему сыну катастрофически не везло с родственниками.
Слишком много лжи.
Слишком много предательства.
Слишком много людей, которые вспоминали о нём только тогда, когда им было удобно.
Оксана настойчиво предлагала мне на время переехать к ней.
Пока она не вернётся.
Но она не знала одного.
В моей жизни уже
