Причина остаться - Рита Вертер

– Моя соседка уже вернулась, наверное. – На самом деле Лора обычно приходила часов в десять вечера, если не оставалась ночевать у своего парня, но Акселю знать об этом было не обязательно.

– С радостью с ней познакомлюсь.

Я смотрела на него, удивляясь, что ему так запросто удалось меня покорить. Снова.

– Да брось! – Аксель явно терял терпение. – Отнесем цветок и пойдем гулять. Я на машине. Хочешь, поедем в Лос-Анджелес?

– Ну уж нет. Мне вставать рано. – Я придержала для него дверь, и мы вошли в холл. – Кстати, где ты его нашел?

– Украл из торгового центра в соседнем городе.

– Ты что?!

– Да шучу я. Моя старушка – то есть дама, у которой я снимаю комнату, – продала мне его за пять баксов. Он красивый и с колючками, так что я сразу подумал о тебе, как только его увидел.

– Надеюсь, Лора будет не против. – Этот гигант наверняка займет половину нашей комнаты.

Я едва не забыла о другом сюрпризе от Акселя – стихах, заполонивших наш коридор. Большую часть листков поснимали другие студенты, но некоторые висели на своих местах.

– Много времени потратил?

– Почти всю ночь. И знаешь что?

– Что?

– Мне ничего не стоило сюда зайти. Какой-то парень курил во дворе и открыл мне дверь, даже не спросив, кто я такой. – Он явно негодовал.

– Зато тебе не пришлось петь.

– Это вопрос безопасности. А вдруг я оказался бы маньяком? У вас тут ни одной камеры вокруг.

– Ты что, и камеры проверял?

– Было интересно, как быстро меня смогут найти, если я выкраду тебя под покровом ночи и сбегу.

Мы уже вошли в комнату: Аксель поставил горшок у окна и с интересом огляделся. Я тоже покрутила головой, пытаясь понять, как выглядит наша спальня со стороны, – по крайней мере здесь было прибрано.

– Ах вот она где… – Аксель подошел к пробковой доске, висящей над моим столом, и щелкнул ногтем по снимку, с которого улыбалась его более юная версия в обнимку с Джеффри Вотлингом; я почувствовала, как к щекам прилила кровь. – Джефф, конечно, красавчик, ты ради него ее взяла?

– Ага.

– А это твоя мама?

– Да.

Я ждала, что он скажет что-то вроде «вы так похожи», совсем как Чарли и все остальные, кто когда-либо видел нас вместе, но Аксель, к счастью, промолчал.

– Что ж, радует, что тут нет фото того парня из кофейни.

– Ревнуешь?

– Нет.

– Удивительно, – не без досады сказала я.

– А что удивительного? Ты слишком хороша для него.

– А для тебя, значит, в самый раз?

– Для меня ты идеальна и недостижима. – Он вздохнул. От того, каким серьезным тоном Аксель это сказал, мне стало не по себе.

– Ты такой льстец. Никогда не замечала.

– Я тоже. Так кто он?

– Потенциальный сценарист для моей короткометражки.

Аксель отошел от стола и остановился напротив меня.

– Знаешь, я рад, что ты уехала, – вдруг сказал он. – Может, сложись все иначе, ты не стала бы пытаться исполнить свою мечту, как моя мама. Я тобой горжусь.

В носу защекотало. Стараясь отвлечься, я спросила:

– Ты с ней так и не начал общаться?

– Вообще-то я приехал сюда сразу после встречи с ней. Она живет в Луисвилле.

– Значит, мистер Хейз…

– Да, он рассказал мне. Но я давно решил, что нужно найти ее. Помнишь, когда мы ночью ходили к мосту и ты сказала, что хотела бы… В общем, я об этом много думал. А после того, как Эрни… Короче, жизнь коротка и все такое.

Он потер переносицу большим и указательным пальцами – такой знакомый жест, – и я не удержалась. Прилив необъяснимой нежности швырнул меня к Акселю, и я обхватила его руками, обнимая, стискивая изо всех сил.

– Прости меня, что врала, – сказала я. – Прости, что уехала, не дождавшись тебя.

Аксель крепко обнял меня в ответ. Я почувствовала вздох облегчения над ухом – он зарылся носом в мои волосы и стоял так, неподвижно, ничего не говоря.

– Аксель… – Я слегка отстранилась, пытаясь что-то сказать, но его губы накрыли мои, так что из головы улетучились все слова.

Его поцелуй был нерешительным и очень нежным, полным любви и сожаления. Я любила его в этот миг так сильно, что, казалось, умру от избытка чувств. Как хорошо, что мы потеряли всего несколько месяцев, думала я. И потеряли ли? Может, это время врозь нужно было каждому из нас, чтобы найти себя, стать более цельными и открытыми, подумать о себе?

Мне так тебя не хватало.

Мои пальцы словно стали самостоятельными и начали действовать раньше, чем я дала им команду. Они расстегнули его пальто, скользнули под футболку, гладили его и царапали, прижимали, тянулись к ремню и молнии на джинсах. Его руки я ощущала повсюду. Задыхаясь от жара, волнения и предвкушения, мы начали шептаться осипшими голосами, словно снова боялись быть пойманными с поличным.

– Твоя соседка…

– Она не скоро вернется.

– Я так скучал.

– И я. Только не останавливайся…

Его прикосновения мурашками разбегались по всей коже. От его поцелуев мне приходилось закусывать губу, чтобы не закричать. Я была слишком голодна и слишком счастлива, чтобы остановиться, – и мысль об этом ни на секунду не пришла мне в голову, где остался лишь белый шум, спокойный, как море.

Все было быстро и ярко. Идеально.

– Так ты поедешь со мной домой на Рождество? – услышала я голос Акселя, хотя сама была измотана настолько, что едва смогла пошевелить языком, чтобы попросить его накрыть нас одеялом. – Я упоминал, что папа сошелся с Анной? Это будет самое странное Рождество в истории.

– Да, я знаю. И я же тебе говорила!

Как я и думала, он только фыркнул в ответ.

– Получается, вы теперь с Сэмом и Шоном сводные братья?

– Ну нет, даже слышать этого не хочу. Буду делать вид, что это просто соседские посиделки.

Дверь в комнату вдруг открылась. Приподнявшись, я различила в полумраке круглые от потрясения глаза Лоры.

– Простите, что помешала, я на секундочку.

– Привет! – весело крикнул ей Аксель, но моя соседка, всеми силами избегая смотреть в нашу сторону, бросила на свой стол планшет и стопку книг и тут же выскочила обратно в коридор, на секунду притормозив, чтобы оценить цветочный горшок, который принес Аксель.

– Меня ждет серьезная взбучка, – заметила я.

– Повезло, что она не зашла чуть раньше. Ты не закрыла дверь?

– Знаешь, не до этого было.

– Как будет называться твой фильм? – вдруг вспомнил он.

– «Причина остаться», – протянула я и, вдруг смутившись, добавила: – Это рабочее название.

– Звучит интригующе. – Он посмеивался надо мной,