Повесть об испытаниях и мучениях - Морган Готье
— Мы начнём убивать троновианцев, — заканчиваю за него. — Демон. Значит, выбора нет. Нам придётся спуститься туда и найти их.
Церковь стонет от каждого толчка. Велика вероятность, что это здание не устоит, если прогремит ещё несколько взрывов.
Шэй выбегает наружу, уже на ходу заплетая волосы в косу, готовая к бою.
— Гидры. Их нет.
— Что? — в замешательстве распахиваю глаза. — И почему вообще важно, что их нет?
Шэй игнорирует мой вопрос и вместо этого указывает большим пальцем себе за спину, чтобы Трэйн тоже обратил внимание на исчезновение гидр.
— Думаю, ты был прав насчёт них. Тут что-то не так. В гавани нет ни одного вражеского корабля, и даже дальше в море ничего нет. Нет и признаков того, что они пришли через северные леса, потому что там у нас стоит патруль. Нас бы предупредили. Веспер кто-то помог попасть в Троновию.
У меня мысли несутся вихрем.
— Нас кто-то предал?
— Не кто-то, — Трэйн качает головой, хмурясь. — Астрея Талей.
— Моя мать бывает всякой, — вмешивается Эрис, всё ещё не снявшая маскировку. — Но чтобы привести Пожирателей Душ к берегам союзников? Тебе не кажется, что это уже перебор?
— Похоже, я знаю твою мать лучше, чем ты, — голос Трэйна режет так остро, что даже я невольно вздрагиваю. — Мы, Базилиус, направимся к гавани. Если это гидры привели сюда Пожирателей, нам нужно отрезать им путь к бегству.
— Я иду с тобой, — Шэй делает шаг вперёд, и её серые глаза пылают яростью.
— Шэй…
Мои протесты разбиваются о глухую стену. Она бросает на меня такой взгляд, что слова, уже готовые сорваться с губ, застревают в горле.
— Я буду сражаться рядом со своей роднёй, — твёрдо говорит она. Я знаю, что ей нужно прикрывать им спины, и потому не спорю.
Страх, что с ней случится что-то ужасное, пронизывает меня насквозь. Я думал, у нас будет больше времени до того момента, когда придётся разойтись и вступить в бой. Мы не можем быть неразлучны. Меня бы куда сильнее отвлекало то, что она сражается рядом со мной, чем мысль о том, что она держится где-то в другом месте.
— Куда Шэй, туда и я, — Никс становится рядом с ней, скрестив руки на груди.
— Я пойду на север, — расправляю я плечи. — Смогу обеспечить безопасность людей, живущих там, и перекрыть врагам любую попытку уйти через лес.
— Я с Атласом, — без колебаний говорит Финн.
— И нас тоже считайте.
Моя мать и Ронан делают шаг вперёд.
— Нет, — я указываю на мать. — Останься с…
— Твой отец и Эрис останутся с Виэллой и королевской семьёй на случай, если враг решит ударить по ним, — перебивает меня моя мать. — Если демоны жаждут боя, — по её рукам взвиваются языки пламени, — значит, мы будем сражаться.
Ей не дали возможности воевать в Великой войне. Если я сейчас встану у неё на пути, она вполне может напомнить мне о своём положении, а я совершенно не в настроении. И, если уж совсем честно, у нас просто нет на это времени. Поэтому неохотно киваю.
— Ладно.
Мой взгляд находит Шэй.
— Береги себя.
Она коротко кивает, и на её губах играет лёгкая улыбка.
— Сегодня вечером я тебя увижу, любовь моя.
С этими словами она, Никс и семья Базилиус срываются вниз по холму. Шэй уже давным-давно сбросила туфли и теперь легко мчится к городу.
Я заталкиваю весь страх от того, что не рядом с ней, в самый дальний угол сознания. Троновианцы нуждаются в нас. Вместе с братом, кузеном и матерью я сворачиваю на путь через Старое Королевство, чтобы добраться до северной части города.
Ронан не произносит ни слова. Впрочем, слова и не смогли бы выразить его ярость лучше, чем тот гнев, что пылает у него внутри. Ронан будет сражаться всем, что у него есть. По крайней мере, его утешает мысль, что мой отец и Эрис охраняют его новоиспечённую жену, пока он не вернётся.
Мы добираемся до северной стороны, и там люди кричат, бегут кто куда, а части города обрушены взрывами. Мы мчимся по улицам, помогая жителям, оказавшимся под завалами и обломками. У меня желудок сводит, когда я вижу кровь на мостовой и разбросанные тела мёртвых.
Я так сосредоточен на поиске людей с красной каймой вокруг глаз, что едва не пропускаю огромных гибридов волка и крокодила. Финн ударяет ладонью мне в грудь.
— Их шесть.
— Шесть?
Я смотрю вниз по улице и, конечно же, вижу, как крольвы терроризируют мой народ, выбивают стеклянные витрины и уничтожают всё на своём пути.
— Демон.
В моих руках возникают теневые мечи.
— Защитите людей на этой стороне. Ронан…
Но мой кузен не ждёт указаний. Он срывается вперёд, переходя в своё трансцендентное состояние. Я не видел Факела уже много лет, но сейчас Ронан — выпущенный на волю зверь. Он кричит и обхватывает руками одно из чудовищ. То воет от жгучей боли. Ронан не отпускает его. Он так ослеплён яростью, что не замечает другое существо, несущиеся на него сзади. Я слишком далеко, чтобы успеть. Кричу Ронану обернуться, но кролев внезапно начинает выворачиваться в жутких судорогах. Его руки и ноги ломаются под несколькими невозможными, неестественными углами. Он ревёт, взмывая над землёй.
Я разворачиваюсь и смотрю на Финна. Его глаза ярко-оранжевые. Он использует свою магию.
— С этим я разберусь. Продвигайся вперёд!
Ронан бросает мёртвую тварь — шипящую и обугленную. И срывается дальше по улице, его жестокая тактика срабатывает. Я кидаюсь за ним, рассекая крольвов, которые начинают преследовать моего кузена. Он — идеальная приманка. В ту секунду, когда чудовища понимают, что я у них за спиной, уже слишком поздно. Я с лёгкостью рублю их, и их кровь брызжет мне в лицо.
Шесть уничтожены. Но когда мы заворачиваем за угол, то видим новых — в конце улицы они продолжают сеять хаос. Откуда их столько берётся?
Ещё четверо переключают внимание на меня и Ронана. Он устал, я вижу, как у него опускаются плечи.
— Ты слишком долго находишься в состоянии Факела, — говорю ему, заслуживая свирепый взгляд. — Мёртвый или выгоревший, ты никому не поможешь, Рон. Отступи.
— Нет! — его пламя разгорается сильнее, поднимаясь всё выше.
— Рон, — рычу я. — Не упрямься, блядь. Мне не нужно, чтобы ты тут рухнул без сознания.
— Я сказал…
Вскидываю меч, преграждая ему путь.
— Я не стану смотреть, как мой будущий король подвергает себя опасности.
