Мой любимый Наставник + Бонус - Эва Лун
«Зона ментального искажения», — лихорадочно всплыла в голове строчка из учебника. Высшая магия иллюзий, которая не бьет по телу, а вытаскивает наружу твои самые глубокие, самые темные страхи, заставляя психику сломаться и выжечь собственный магический резерв.
Я отшатнулась к стене, судорожно возводя в уме барьер из железного терновника.
Но туман оказался хитрее. Он не стал бить тараном. Он просочился сквозь шипы моей защиты мягко, как вода.
— Элиана...
Знакомый, хриплый голос заставил меня замереть. Сердце пропустило болезненный удар и сорвалось в бешеный галоп.
Из лилового марева прямо на меня вышагнула высокая, широкоплечая фигура. Это был Кайден. Но он выглядел так, что из моей груди вырвался сдавленный, полный ужаса всхлип.
Его белоснежные волосы слиплись от пота и крови. Строгая мантия была разорвана. Но самое страшное происходило с его телом: Скверна больше не сдерживалась. Черная, пульсирующая паутина Бездны расползлась от его руки на грудь, впиваясь в шею и уродуя идеальные, аристократические черты лица. Его голубые глаза, обычно такие холодные и надменные, сейчас были залиты непроглядной, гниющей тьмой.
Он рухнул на колени прямо передо мной, тяжело, со свистом втягивая воздух.
— Оно... оно сожрало меня, ромашка, — прохрипел фантом Кайдена, и из уголков его губ потекла черная кровь. — Я не справился.
— Нет... нет, магистр, это иллюзия! — крикнула я, зажмуриваясь и отступая. — Вас здесь нет!
— Помоги мне, — иллюзия протянула ко мне изуродованную, покрытую язвами Бездны руку. В его голосе звучала такая невыносимая, отчаянная мольба, что мой здравый смысл дал огромную, непоправимую трещину. — Мне так больно, Элиана. Пожалуйста. Выжги это...
Мой мозг кричал, что это ловушка лабиринта. Но мое измученное сердце, которое неделями билось только ради того, чтобы найти способ его спасти, сдалось. Видеть его таким, сломанным, поверженным своим проклятием, было выше моих сил.
— Я здесь, Кайден, я сейчас! — я бросилась на колени перед наставником, не замечая, как по щекам текут обжигающие слезы.
Я прижала ладони к его груди, вливая в иллюзию чистейшую магию Жизни. Я отдавала всё: свои силы, свой резерв, саму свою душу, пытаясь остановить расползающуюся черноту. Мой ментальный щит рухнул. Голова взорвалась дикой болью, из носа хлынула кровь, капая на камни. Туман жадно пожирал мою магию, выкачивая меня досуха. Еще минута - и у меня наступит полное магическое истощение, за которым последует кома или смерть.
«Помоги мне...» — шептал монстр с лицом моего наставника, выпивая мою жизнь.
И в этот самый момент, когда перед глазами уже начали плясать черные мушки, серебряная брошь на моей ключице взорвалась ледяным холодом.
Это было похоже на пощечину. Родовой артефакт Де Валей, распознав смертельную ментальную угрозу, впился в мою кожу обжигающим, арктическим морозом. Этот холод прошил меня насквозь, вымораживая туман в легких и проясняя разум.
В моей голове вспыхнул образ настоящего Кайдена. Гордого. Жесткого. Склонившегося надо мной в раздевалке с непреклонной яростью в глазах.
«Мне плевать на правила... Ты не снимешь её!»
И тут я всё поняла. Настоящий Кайден никогда бы не встал на колени. Он никогда бы не стал умолять, скулить от боли и просить первокурсницу о помощи. Он бы стиснул зубы и сражался с Бездной до последнего вздоха, пока не сгорел бы дотла.
Иллюзия Арены лишь использовала его лицо. Его боль.
Отчаяние внутри меня мгновенно сгорело, уступив место чистой, первобытной ярости.
— Не смей... — прошипела я, отдергивая руки от фантома. Зеленый свет магии на моих ладонях потемнел, приобретая опасный, багровый оттенок. — Не смей притворяться им!
Я вскочила на ноги, игнорируя слабость. Моя магия Жизни, подпитанная древней силой серебряного ворона и моей собственной злостью, взвилась на дыбы.
— Кровавый терновник! — выкрикнула я, с силой ударяя кулаками по каменной плите ловушки.
Это было заклинание запретного уровня, которое я случайно вычитала в дневнике Иллариона. Из камня не просто выросли растения - из него вырвались толстые, толщиной с мою руку, плети черной лозы, усеянные длинными багровыми шипами. Терновник бешено закрутился, как стая обезумевших змей. Он разорвал фантом Кайдена на куски мерцающего тумана, а затем с чудовищной силой вбурился в каменную плиту, которая отсекла меня от друзей.
Лозы крошили гранит, расширяя микроскопические трещины. Камень застонал, не выдерживая давления агрессивной магии.
С оглушительным грохотом плита взорвалась каменным крошевом.
Пыль еще не осела, когда я шагнула в образовавшийся пролом. Мои волосы растрепались, по подбородку размазалась кровь из носа, а глаза горели ядовито-зеленым светом.
По ту сторону пролома Роуэн и Изи как раз отбивались от стайки мелких иллюзорных гарпий. Увидев, как рухнула монолитная стена, которую невозможно пробить даже высшей магией огня, они оба замерли с открытыми ртами.
Изи медленно опустила руки, неверяще переводя взгляд с изломанных глыб гранита, прошитых черными шипами, на мое лицо. В её глазах больше не было презрения - там плескался абсолютно искренний, благоговейный страх.
— Какого демона... — тихо выдохнул Роуэн, бросаясь ко мне, чтобы поддержать, потому что мои колени предательски дрогнули.
— Иллюзия, — хрипло бросила я, утирая кровь тыльной стороной ладони. Серебряный ворон на груди мерно пульсировал, возвращая мне остатки самообладания. — Это была просто иллюзия. Идем дальше. Мы еще не закончили.
Глава 35
Мы оставили позади обломки рухнувшей стены и, не сговариваясь, ускорили шаг. Изи больше не отпускала язвительных комментариев, то и дело бросая на меня настороженные, изучающие взгляды. Моя выходка с Кровавым терновником явно пошатнула её уверенность в собственном превосходстве. Роуэн же просто молча шел рядом, его воздушные потоки вились вокруг нас плотным защитным коконом, готовые отразить любую атаку.
Коридор, освещенный всё тем же тусклым, желтоватым светом, начал расширяться. Воздух стал прохладнее, исчез запах пыли и гнили.
— Выход близко, — глухо произнес Роуэн, напряженно вглядываясь в полумрак. — Я чувствую сквозняк с главной площадки этапа.
И действительно, за очередным поворотом лабиринт внезапно оборвался. Мы вышли в просторный, круглый зал с куполообразным потолком, залитый ярким магическим светом. Пол здесь был вымощен гладким белым мрамором, а в самом центре зала возвышался изящный пьедестал из цельного куска горного хрусталя.
На пьедестале, мягко пульсируя золотистым светом, лежали артефакты-пропуска. Два небольших металлических диска, испещренных рунами перехода. Тот, кто возьмет диск, автоматически телепортируется на следующий этап Турнира.
Мы втроем замерли на краю площадки. В зале повисла звенящая, тяжелая тишина, нарушаемая лишь
