Мой любимый Наставник + Бонус - Эва Лун
Глава 26
Ночь не принесла ни отдыха, ни забвения. А утро обрушилось на меня безжалостным кошмаром.
Если вчера в подземелье Кайден был суровым наставником, то сегодня он превратился в безжалостного палача. Обозленный моей ложью, моей закрытостью и той невидимой стеной, что выросла между нами, он вымещал всю свою ледяную ярость в спарринге.
На этот раз иллюзорная гончая Бездны была не одна. Их было две.
Они рвали мои наспех возведенные щиты из железного терновника так, словно это была гнилая солома. Я кувыркалась по каменному полу, уворачиваясь от щелкающих челюстей, сдирая колени и локти в кровь. Мои легкие горели от нехватки кислорода, а магия истощалась с пугающей скоростью.
Кайден стоял в стороне, скрестив руки на груди, с непроницаемым, мертвым лицом. Он больше не кричал. Не раздавал приказов. Не сыпал язвительными комментариями. Он просто молча смотрел, как я раз за разом падаю и поднимаюсь, и методично, безжалостно бил по моим ментальным щитам, проверяя их на прочность.
Я задыхалась. Мышцы сводило судорогой. В какой-то момент одна из гончих сбила меня с ног, и её когти оставили на моем плече глубокую, горящую болью ссадину. Я сцепила зубы так сильно, что во рту появился металлический привкус, но не издала ни звука. Я не жаловалась. Я не просила пощады. Я сосредоточила всю свою волю на том, чтобы не думать о человеке с льдистыми глазами, стоящем в тени, и думать только о выживании.
«Если так пойдет дальше, мне не понадобится отец Кайдена, чтобы умереть, — мелькнула горькая мысль, пока я выращивала из пола стену ядовитой клещевины. — Я просто не дотяну до турнира».
Когда два часа пытки наконец закончились и гончие растворились дымом, я осталась лежать на холодном камне, не в силах даже пошевелить рукой.
— Твоя агрессия возросла, но контроль эмоций по-прежнему жалок, — сухо, как чужой, бросил Кайден сверху. — Завтра в это же время.
Он развернулся и ушел, не предложив помощи и не залечив мои ссадины. А я, глотая злые слезы бессилия, заставила себя встать.
Сразу после плотного обеда, проигнорировав гудящее от боли тело, я направилась прямиком в Академическую библиотеку.
Мне нужны были ответы. Если на турнире герцог снимет защитные иллюзии, как и обещал, мы с Роуэном окажемся лицом к лицу с настоящими тварями Бездны. Не фантомами, которых можно развеять щелчком пальцев, а монстрами, питающимися чужой магией и страхом.
Я забралась в самый дальний, пыльный угол секции Высшей Бестиарологии, скрывшись за высокими стеллажами, и обложилась тяжелыми фолиантами.
«Анатомия Разломов», «Твари Теневой Стороны», «Скверна и ее порождения»... Я лихорадочно листала хрупкие желтые страницы, вчитываясь в жуткие описания. Обычные растения, даже ядовитые, не действовали на порождений Бездны в полной мере - их темная кровь сжигала флору. Мне нужно было нечто большее. Связки, руны, идеи, как превратить свою магию в оружие массового поражения.
Голова раскалывалась. Я низко склонилась над книгой с зарисовкой жуткого многоглазого паука, нервно кусая губы, когда из-за соседнего стеллажа послышались шаги.
— Клянусь богами, Эли, ты выглядишь так, будто тебя прожевал и выплюнул горный тролль!
Я вздрогнула и резко подняла голову. В проходе стояли Роуэн и Мей.
Мейл тут же бросилась ко мне. Её глаза расширились от ужаса, когда она увидела синяк на моей скуле и пропитанный кровью рукав рубашки, который я даже не успела зашить.
— Элиана! — Мей ахнула, хватая меня за здоровую руку. — Что с тобой произошло?! Это всё... этот твой ледяной садист?!
Роуэн подошел ближе. Его карие глаза потемнели от гнева, челюсти упрямо сжались. Он бросил мрачный взгляд на стопку книг о монстрах Бездны, а затем посмотрел мне прямо в глаза.
— Я убью его, — тихо, но совершенно серьезно произнес воздушник, и между его пальцами угрожающе заискрил маленький ураган. — Мне плевать, что он лорд и магистр. Если он думает, что может так издеваться над тобой ради подготовки к какому-то турниру...
— Роуэн, нет! — я в панике подскочила с места, забыв про ноющие мышцы, и схватила его за руку, гася поток воздуха. — Не смей ничего ему говорить!
— Эли, он калечит тебя! — вмешалась Мей, чуть не плача. — Посмотри на себя! Ты не спала, ты вся в синяках! Турнир этого не стоит! Мы заберем твою заявку...
— Мы ничего не будем забирать! — мой голос сорвался, прозвучав резче, чем я ожидала. Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. Я не могла рассказать им про шантаж герцога, но я обязана была предупредить их об опасности.
Я посмотрела на Роуэна, чувствуя, как внутри всё сжимается от вины за то, во что я его втянула.
— Послушайте меня оба, — прошептала я, оглядываясь, чтобы убедиться, что нас никто не подслушивает. — Тренировки магистра жестокие, но они... они необходимы. Роуэн. Турнир... он будет гораздо опаснее, чем мы думали. Там не будет страховки. Нам с тобой нужно стать машинами для убийства за эти недели, иначе... иначе мы не вернемся с арены живыми.
Роуэн нахмурился, его гнев медленно сменялся непониманием и тревогой. Он внимательно посмотрел на мое бледное, искаженное отчаянием лицо, а затем перевел взгляд на жуткие иллюстрации монстров в книгах.
Глава 27
Роуэн долго смотрел на меня. В его карих глазах отражалась тяжелая борьба: желание вытрясти из меня всю правду прямо сейчас билось с пониманием того, что я нахожусь на грани срыва. Он перевел взгляд на мои окровавленные руки, затем на пугающие иллюстрации в старинных фолиантах.
Воздушник тяжело выдохнул, и маленький ураган между его пальцами послушно рассеялся.
— Никакой страховки, значит, — глухо повторил он. В его голосе больше не было юношеской горячности. Только холодное осознание.
Роуэн молча пододвинул к себе тяжелый дубовый стул и сел. Он не стал спрашивать, откуда у меня эта информация. Не стал допытываться, кто именно угрожает нашей жизни. Он просто посмотрел на меня с такой непоколебимой, отчаянной преданностью, что у меня снова защипало в глазах.
— Хорошо, Эли, — твердо сказал он, закатывая рукава своей мантии. — Значит, станем машинами для убийства. С чего начнем?
Мей судорожно сглотнула, быстро смахнула выступившие слезы и, решительно шмыгнув носом, опустилась на стул рядом со мной.
