Диссонанс - Рита Лурье
Что такого может случиться, если они задержатся, например, до утра, чтобы дождаться возвращения местной Джуди? Поздороваются с ней и сразу домой. Разумеется, речь не шла о том, чтобы прописаться тут насовсем, пользуясь тем, что местный Итан любезно свалил в неизвестном направлении, освободив тёпленькое местечко.
Много чего.
Во-первых, опять же, неведомо, что стало с тем Итаном. Если он жив и надумает внезапно нагрянуть, будет беда. Двум версиям одного и того же человека категорически нельзя находиться в одном мире. Итан на собственной шкуре ощутил всю прелесть того, что бывает при нарушении этого правила межпространственных перемещений.
Во-вторых, познакомившись с Джуди, Эрвин точно не захочет куда-то идти. Мальчик очень давно грезил о встрече со своей исчезнувшей мамой. Новое расставание с ней окончательно растопчет его чуткое сердце. Или, чего доброго, сын и вовсе пожелает остаться здесь, выбрав мать, а не того, кто ему даже не настоящий отец. Конечно, Эрвин не был посвящён в подробности своего происхождения, но Итан то знал, как всё обстоит на самом деле. Оторвать ребёнка от матери (пусть и другой её версии) будет жалким, эгоистичным поступком. Мужчина заботился о мальчике-сироте, брошенном Джуд в его мире, но её появление всё изменит. Итан станет обманщиком, претендующим на что-то чужое. Он не имел никаких прав на этого ребёнка, как бы его ни любил.
«А ведь когда-то ты сам мечтал от него избавиться», — пристыдил он себя, помедлив у двери.
Отсюда открывался обзор на лестницу, ведущую на первый этаж, и окошко над ней. Оно было треугольным, а не полуциркульным, как в его версии особняка.
На минуту Итан задумался, с чем связано это различие, но услышал детские голоса за дверью. Эрвин и Мэнди тихо переговаривались между собой. Девчонка вдруг засмеялась, а следом и сын.
Наверное, ему с ней хорошо. Возможно, он наконец-то счастлив, обретя друга, которого ему не придётся оставить, снова сорвавшись с места.
Итан с тоской вспомнил, что ждёт их по возвращению в родной мир: Луиза Ришар, одержимая идеей изжить ребёнка, нелегально прописавшегося в чужом измерении, и очередной переезд. Куда-нибудь… на Южный полюс или необитаемый остров, где их никто не потревожит. И опять начинать всё с нуля. Великолепная перспектива!
Мужчина и сам ужасно устал прятаться и убегать.
Безопаснее ли здесь?
Какие бы угрозы не таились в этой реальности, тут есть не только Джуд, но и Лорна. Мать безумна и жестока, но ей, без сомнения, под силу защитить малыша от любых недоброжелателей. Семья для неё священна. За своего внука она голыми руками оторвёт Луизе башку, как и любому, кто пожелает его обидеть.
Впрочем, от неё самой не меньше вреда.
Итан до сих пор не мог отделаться от неприятного послевкусия, оставленного разговором с другой версией матери. Он провёл в её обществе меньше получаса, а уже чувствовал себя так, будто ему вынули душу и кое-как неуклюже всунули обратно не тем концом.
У Лорны был непревзойдённый талант к психологическому насилию. Ей бы выбивать чистосердечные признания из закоренелых преступников. Мир стал бы лучше.
Но куда лучше был бы без неё.
Итан постучал в дверь костяшками пальцев, сочтя недопустимым врываться в комнату чужой девочки среди ночи, пусть она и была там в компании его сына.
Дети мигом притихли.
— Кто там? — спросил дрожащий голосок Мэнди. Должно быть, она к такому не привыкла. Той же Лорне отродясь были не знакомы чувство такта и понятие о личных границах.
— Это я, — ответил Итан, — Эрвин, выйдешь?
Мальчик выскочил в коридор. Он выглядел растерянным и пристыженным, и тут же опустил глаза к своим рождественским носкам.
Прежде чем заговорить, сын плотно претворил дверь и шумно вздохнул, собираясь с силами. И вот смятения как ни бывало — Эрвин вздёрнул подбородок и смело встретил взгляд отца. В этот момент он до жути походил на Джуд, когда она была полна решимости… натворить каких-нибудь глупостей.
— Мы никуда не пойдём, — твёрдо заявил Эрвин.
— Надо же! — присвистнул Итан. — С чего бы это?
— Я не хочу, — лаконично изрёк мальчик, но это было только начало. Дальше последовала пылкая речь, к которой он, видимо, готовился всё время отсутствия отца. — Я хочу увидеть маму. И я не хочу бросать Мэнди. Она мой друг! Папа, почему я постоянно должен бросать своих друзей? Зачем ты это делаешь⁉ Зачем нам всё время куда-то ехать? Мне это надоело! Я больше не могу!
«Сам виноват», — с тоской подумал мужчина.
Даже у такого кроткого и понимающего человека, как его сын, был предел терпения. Эрвин никогда не жаловался, но было заметно, что ему тяжело вновь и вновь оставлять позади друзей, школы и дома, к которым он успел привыкнуть и привязаться.
Они нигде не задерживались, и едва ли кочевая жизнь шла ребёнку на пользу.
— Прости, малыш, — только и мог сказать Итан, — мне жаль, что так получается. Но это не наш мир. Вспомни фильмы и книжки про это, как там обычно бывает — есть всякие законы вселенной, которые нельзя нарушать. Мы не можем тут остаться. Нам нужно вернуться домой, пока чего-нибудь не…
— У нас нет дома! — возмущённо перебил Эрвин. — Почему ему не быть здесь? Тут Мэнди, тут мама… и… бабушка.
— Это скорее аргумент против, — невесело усмехнулся мужчина.
— Не важно! — одёрнул сын. — Я никуда не пойду, а ты…
— А я? — поторопил Итан. — Хочешь, чтобы я оставил тебя тут одного? Ну… здорово, парень, спасибо. Я бы, конечно, убрался восвояси, раз мешаю тебе зависать со своей новой подругой, но, в отличие от тебя, я не умею путешествовать между мирами.
Он усомнился — правда ли это или очередная ложь?
На данный момент всё-таки ближе к правде.
За годы ему не удалось открыть ни один портал, чтобы поискать Джуди, но ведь когда-то всё было иначе. Когда-то, когда Итан ещё не лишился способностей по собственной дурости. Сколько раз его предупреждали, что эксперименты с магией того тёмного измерения выйдут ему боком? Не счесть!
Ладно, дела минувших дней не считаются, а у его преступлений истекли сроки давности.
— Нет, ну… — Эрвин мгновенно сдал позиции, осознав, как прозвучали его слова, — пап, я не это хотел сказать! Я тебя очень люблю и не хочу без тебя тут торчать! Просто… ну пожалуйста, давай задержимся хоть чуть-чуть! Что тебе стоит?
— «Чуть-чуть» — это сколько? — уточнил Итан.
— На… неделю?
— Не-а.
— Пять дней?
Мужчина покачал головой, но улыбнулся — его растрогало, с каким
