Он мой Октябрь - Евгения Ник

полностью сосредотачиваю внимание на “Агро-Саппорт”. Вычленяю всё важное и делаю краткие выписки на стикерах: “Двадцатое сентября — первый сбой”, “Двадцать пятое — падает реклама”...

Каким-то чудом к девяти пятнадцати у нас на столе аккуратные, промаркированные папки. Ещё пять минут уходит на то, чтобы всё перепроверить. После чего падаю в кресло и быстро перепечатываю всю хронологию проблем и статус решений со стикеров, а потом распечатываю.

— Всё, — говорю, откидываясь на спинку. Пальцы дрожат, ладошки покрылись холодной влагой, но внутри я уже ловлю что-то похожее на покой.

— Супер, — улыбается Марина, собираясь уходить. — Всё, удачи себе, Капусточка моя, не очкуй. Нормуль всё будет.

— Спасибо, — посылаю ей воздушный поцелуйчик.

Вера смотрит на нас с улыбкой и встаёт с диванчика.

— Эти листы Олегу на стол. Остальное... быстро делай копии и уноси в зал совещаний. Ну, а я тоже убегаю, чтобы не спалиться.

— Спасибо, — прикладываю руку к груди. — Верунь, ты теперь мой друг.

— В пятницу. Бар. С тебя коктейли.

— Договорились! — складываю пальцы в колечко.

Остаюсь одна. Встаю с кресла и, подхватывая выдержки по “Агро-Саппорт” иду в кабинет босса. Оставляю лист на его столе, ровно в том месте, где он и просил. А потом возвращаюсь в приёмную, и нос к носу сталкиваюсь с ним. Он стоит, в руке держит пальто и внимательно смотрит на меня. Замечаю, как на долю секунды, его взгляд от лица скользнул к моим ножкам вернулся обратно.

— Всё готово? — прищуривает глаза.

— Доброе утро. Да, всё уже лежит на вашем столе.

Он кидает короткое “хорошо” и исчезает в кабинете, громко хлопнув дверью. Ну а я, понимая, что у меня есть не более пяти минут, хватаю со стола копии и несусь в зал совещаний, чтобы разложить их по местам. А потом также на скорости возвращаюсь обратно. Падаю в кресло и замечаю сообщение.

“Встретить представителей “Агро-Саппорт”. Проводить в “аквариум”. Я буду к десяти.

Быстро печатаю “Будет сделано” и снова подрываюсь с места.

А дальше, я только и успеваю, что широко улыбаться, без остановки здороваться и провожать хмурых мужчин в дорогих костюмах в место совещания.

Ровно в десять дверь открывается, входит Осипов и его заместитель. Оба собраны, с холодным взглядом и с превосходством, что читается в выражении их лиц. “Пожарники”, что спасли полыхающие задницы — ещё б им так не выглядеть.

Мой босс взглядом отмечает, что всё на местах, и одобрительно кивает мне.

— Всем, доброго утра и давайте сразу к делу. У нас два часа, — говорит он, подходя к своему месту.

Сажусь чуть поодаль, открываю ноутбук, чтобы вести протокол. Руки снова хотят дрожать. Но мысленно я запрещаю себе это делать. Всё, Люба. Самое страшное позади. Ты всё знаешь. Ты вела подобные протоколы сотни раз. И это совещание не будет ничем отличаться от других.

Олег начинает говорить. Голос негромкий, без эмоций, но уверенный. Иногда я замечаю, как его взгляд опускается к листам, что я для него приготовила. Он использует мои выжимки. И да, это приятно. Сам факт, что работа была проделана не зря. А ещё в какой-то момент наши взгляды встречаются. Всего на секунду. Не улыбается. Но в его ледяных глазах я снова вижу одобрение.

Ровно через два часа совещание заканчивается. Клиенты покидают зал с довольными лицами. Антон Викторович растёкся в кресле с улыбкой. А мой босс замер у панорамного окна, глядя куда-то вдаль.

— Капустина.

— Да, Олег Сергеевич.

— Не знаю, как… Но ты справилась, — говорит задумчиво, складывая руки в "замок" за спиной. — Молодец.

Антон Викторович с хитрой ухмылочкой смотрит на меня, после чего говорит:

— Фея крёстная прилетала на помощь?

— Да вы что! — делаю невинное лицо. — Я… просто приехала на работу к семи часам.

— Оу, вот это рвение, — давит смешок и встаёт с кресла. — Похвально.

— Спасибо, — бормочу тихо, наблюдая за тем, как он идёт к выходу.

— Через неделю... полторы, если будешь работать с тем же рвением, то полетишь со мной в Красноярск на важную встречу.

— Что?

— Есть возражения? — оборачивается он через плечо, а потом подходит ко мне ближе смеряя взглядом.

— Нет, просто… На какой срок?

— Два дня, — коротко рубит ответом и выходит, оставив меня стоять посреди опустевшего зала.

Красноярск? Два дня? С ним?

Супер!

Глава 6

Люба

Два дня Осипов заваливает меня задачами так, что с работы я выползаю часа на два позже, и повесив язык на плечо.

Дома, всё, на что у меня хватает сил — это сварить с десяток пельменей, затолкнуть их в себя, упасть на диван и смотреть сериал. Потом под него же и заснуть.

И сегодня, сидя на рабочем месте, у меня такое предчувствие, что надвигается буря. Почему? Потому что на часах девять семнадцать, а моего будущего мужа всё ещё нет. Чёрт бы тебя побрал, Осипов! Хоть бы написал. На десять же назначено совещание.

Выпиваю кофе, проверяю почту и только собираюсь пойти на кухню, чтобы помыть чашку, как дверь приёмной распахивается так, что я вздрагиваю. Влетает он. Да-да, не входит, а именно влетает. Лицо темнее грозовой тучи. Волосы, обычно безупречные, сбились на лоб.

— Доброе утро, Олег Сергеевич, — выдавливаю автоматически, вставая с кресла.

Он проходит мимо, не поворачивая головы, и рявкает в пространство:

— У тебя все задачи кончились, если ты, не успев прийти на работу, уже кофе распиваешь?

И всё. Он просто скрывается в своём кабинете.

Медленно опускаюсь в кресло. Перевожу взгляд на пустую чашку и чувствую, как по щекам разливается жгучий, обидный румянец. Но не от страха, что я напортачила. От бешенства. Он офигел? Да я даже пыль успела протереть сегодня! А ведь это даже не моя работа! А мои переработки?!

Вот же сучок. "Не позволю с собой так обращаться", — чётко звучит в голове, и, сделав глубокий вдох, встаю с места. Подхожу к его двери, ударяю костяшками и, не дожидаясь ответа, сразу вхожу.

Он стоит спиной у окна, сжимая в руке телефон. Резко оборачивается. Мечет глазами молнии.

— Я разве позволял вам входить? — рычит он. — Выйдите!

— Нет, — говорю спокойно, прикрывая за собой дверь. — Я не позволю с собой так разговаривать, Олег Сергеевич. Вы наорали на меня без причины. И что-то я не припомню, чтобы в трудовых обязанностях был пункт “терпеть такое отношение”.

Он делает несколько шагов по направлению ко мне и останавливается. Кажется, сейчас снова прикрикнет. Но вместо этого — резко выдыхает и проводит рукой по лицу.

— Если что-то не устраивает, Капустина,