приехали, будут здесь целую неделю! Распишемся, и не надо по десять раз народ собирать. Хватит с меня этих сборищ. Если бы ты знала, скольких седых волос мне стоила эта авантюра…
Родня дружно кивает, явно вдохновлённая его идеей.
— Я когда сделки на миллионы долларов заключал — так не волновался, как с этим предложением!
— А что, кстати, с твоей главной сделкой? Заключил? — спрашиваю, вдруг осознавая, что, скорее всего, он тогда говорил не о бизнесе, а о… мне. Об этом предложении.
Его глаза загораются лукавым блеском.
— Вот ты мне и скажи! — он берёт в который раз мою руку в свою и его пальцы нежно переплетаются с моими. — Ведь именно от тебя будет зависеть вся моя будущая жизнь.
— Наша! — поправляю его.
Он смеётся, кивает и целует меня в нос. Быстро, нежно, по-домашнему.
— Да, наша, — соглашается Давид, обнимая так крепко, что я едва могу пошевелиться теперь. — Только пункт один в контракт внесём, ладно?
— Какой? — настороженно приподнимаю бровь.
— Детей парочку, не больше, — показывает глазами на мой ещё пока незаметный живот. — Я не выдержу твои перепады настроения больше чем на двоих детей.
— Согласна, — киваю, притворно вздыхая. — Я и сама себя не выдержу!
— Musicians, please, music*, — обращаюсь к ребятам. — Дубль два… Поехали. — теперь уже обращается ко мне. — Юля, не забудь сделать удивлённое и счастливое лицо, когда оператор будет записывать видео, — напоминает мне мой будущий муж. — на память для наших внуков!