Друг семьи - Дин Кунц
— Будьте благоразумны, Фарнам. Сейчас совсем другие времена. Тогда рушились тысячи банков, мы им не доверяли. Та часть кризиса уже позади. Наши деньги вложены в инвестиции, в депозитные сертификаты. Мне нужно немного времени, чтобы всё свернуть так, не потеряв ещё сто тысяч сверх тех, которые я вам плачу.
— Чёрта с два. Депрессия никуда не делась. Может, сейчас всё ещё хуже прежнего. У вас тут, в Брэмли-Холле, лежат целые штабеля денег на конец света.
— Вы правы в том, что дела плохи, — сказал Франклин, — но прятать наличные в матрас — лучший способ сделать их ещё хуже.
— Он говорит правду, — сказала Лоретта, когда мы с ней тоже встали. — Экономике нужны инвесторы, которые рискнут по-крупному и снова заведут мотор страны. У правительства, уж это точно, ничего не вышло. Мы добудем деньги, Фарнам, но на это потребуется несколько дней.
— Мне не нужны ни заём, ни банковский чек, ни сберкнижка, — сбивчиво сказал Капитан. — Мне нужна живая наличность.
— А её у нас не будет до четверга, — настаивал Франклин. — Что, вы хотите взять в залог несколько ценных картин, серебряный чайный сервиз, может быть, мебель из гостиной? Будьте разумны, сэр. Вам удалось нас так напугать, что мы согласны дать вам желаемое — как только сможем.
Лицо Капитана снова побелело, пока он рассказывал длинную историю о происхождении психопатического мальчика. Но крайнее раздражение вернуло в него краски. Впрочем, этот румянец ограничился только мясистым носом, который вдруг засветился, словно сигнальная лампочка, напоминавшая, что настало время его дневного глотка из бутылки.
— Хорошо. Но вот что я вам скажу, папаша Варбакс. Только не вздумайте звать этих ублюдков со значками, не вздумайте даже пробовать выследить меня и узнать, где я живу. Машину я оставил в городе и оттуда прошёл сюда пешком две мили. Обратно тоже пойду пешком. Я отлично замечаю тени. Если увижу хоть одну — сделка отменяется. Девчонка, которую вам так не терпелось от меня спасти, больше вам не достанется. Я не люблю сюрпризов. Если вы готовите мне сюрприз, знайте: у меня для вас он уже тоже готов — только и ждёт случая выскочить.
— В четыре часа в четверг, — сказал Франклин, — я привезу сто тысяч туда, куда скажете. А теперь я провожу вас до двери.
Он повёл нашего гостя через лужайку по садовой дорожке к дому с таким беззаботным видом, будто Капитан не относился к той породе людей, которые без колебаний ударят ножом в спину. Когда они отошли достаточно далеко, чтобы Рафаэль успокоился, пёс сбежал по ступеням беседки и кинулся к нам с Лореттой. И тут же по траве важно зашагали вороны, выискивая себе обед. В деревьях снова запели птицы. Я не знала наверняка, как это понимать, хотя кое-какая догадка у меня была.
— Ты в порядке, милая? — спросила Лоретта, притянув меня к себе.
— Да. А ты?
— Уже лучше. Теперь, когда он ушёл.
— Капитан меня не пугает. Не он. Но...
— Что такое, Адди?
— Я видела этот фермерский дом во снах.
— Во снах? Во множественном числе?
— Да. В одном из них я видела мальчика, который в лунном свете скакал верхом на перепуганной, визжащей лошади. И, по-моему, укусил её за шею.
— Укусил лошадь?
— Да. Всё это было издали. Как он выглядит, я сказать не могу, кроме того, что он странный.
— Твои сны — не просто сны.
— Некоторые — нечто большее. Раньше я это отрицала.
— Ты знаешь, где была эта ферма?
— Нет. Но в другом сне она стояла на пустом танцполе «Паломара». И там были богомолы.
— Богомолы?
— Ростом с людей. Все на обеденной террасе были богомолами. И один богомол вышел из этого фермерского дома, стоявшего на танцполе.
— Мальчик?
— Думаю, он его обозначал. Мальчик не богомол, просто разум выстраивает сны из метафор.
— Подсознание.
— Странный зверь эта подсознанка. Богомол, который вышел из дома, направился к колыбели.
— К колыбели?
— Там лежал младенец. Человеческий младенец. Богомол поднял его из колыбели, чтобы съесть.
— По-моему, я бы с твоими снами не справилась.
— Они никогда не бывают скучными. Я проснулась до того, как он сожрал ребёнка. По-моему, я просто не позволила бы своей подсознанке показать мне такое до конца.
В сопровождении Рафаэля мы пошли к дому, в котором уже скрылись Франклин и Капитан.
— Значит, — сказала я, — каков бы ни был этот мальчик, он реален. Подсознательное предвидение, интуиция, ясновидение — как ни назови, я научилась доверять тому, что оно пытается мне сказать, даже если эти сообщения ещё надо истолковывать.
Некоторое время мы шли молча. Когда проходили мимо фонтана с дельфинами, я сказала:
— Вы проходите через всё это из-за меня.
— Не из-за тебя, милая. Вовсе не из-за тебя. Из-за Фарнама.
— Если бы не я, Капитан никогда не вошёл бы в вашу жизнь.
Она остановилась на террасе.
— Если бы не ты, Герти умерла бы от септического шока.
— Мы этого не можем знать наверняка.
— А я знаю.
— Я хочу сказать, что неизбежной судьбы не существует.
— В самые тёмные дни я и сама иногда в этом сомневаюсь, — сказала она.
— Когда в жизни меняется что-то одно большое, меняется и всё, что идёт после. Если бы ты никогда меня не встретила, столько последующих дней развернулись бы по-другому. У Герти, может, и вовсе не пошла бы кровь носом, а если бы и пошла, она, может, пришла бы к тебе, а не стала бы затыкать нос так, как тогда.
— Значит, теперь это ты вызываешь носовые кровотечения?
— Ты понимаешь, о чём я.
— Если ты и правда вызываешь кровь из носа, докажи. Устрой мне её.
— Не собираюсь я тебе ничего устраивать.
— А я требую, чтобы ты прямо сейчас устроила мне большое, мокрое носовое кровотечение.
Я покачала головой.
— Ты ведёшь себя глупо.
— По-моему, совсем не глупо обвинить тебя в ложной рекламе. Ты утверждаешь, что способна предоставить услугу, а как только тебя просят это сделать, делаешь вид, будто ничего такого не обещала.
—
