Боевой некромант - фермер. Том 2 - Григорий Володин
— Я был бы глубоко опечален потерейстоль сильного человека в нашей Серой зоне.
«Ага, как же, три раза», — усмехнулся я про себя.
— В общем, так, Валериан, — я подался вперед, опираясь локтями о стол. — Барон Дресс крупно просчитался. Если я смогу тайно доставить двух людей в столицу так, чтобы ищейки Дресса, прощупывающие сейчас все тракты, об этом не прознали, то с девяностопроцентной вероятностью в самом скором времени он перестанет мешать вам расширять ваши лесопилки. Или что там у вас еще есть.
Корф прищурился, в его взгляде появилась подозрительность: — Вы сейчас меня в какой-то заговор хотите втянуть?
— Меня пытался убить Дресс, — ровно пояснил я. — Его люди за это уже поплатились. Правда, пока не все, но я над этим активно работаю. Скоро займусь остальными. Поэтому я лично заинтересован в этом деле. А вы уж решайте сами.
Я откинулся на спинку кресла и снова невозмутимо пригубил чай, глядя куда-то в сторону окна и давая ему время на размышления.
Корф сидел молча, сверля взглядом скатерть. — Могу я узнать, что это за люди? — наконец нарушил он тишину.
— Нет, не можете, — отрезал я. — Я не хочу вам говорить, и это для вашего же блага. Но именно в обмен на то, что вы тайно перевезете этих двоих, я официально выступлю на вашей стороне в грядущем переделе влияния.
Корф снова крепко задумался. Иметь такого боевого одаренного, как я, в качестве силового подспорья — это аргумент крайне серьезный. В Серой зоне сила всегда ценилась выше золота. Да и Дресса он, похоже, недолюбливал давно — просто, как осторожный человек, боялся сделать первый ход в одиночку. А тут ход предлагали сделать за него.
— Я согласен, — решительно кивнул он. — Дресс сейчас действительно плотно контролирует дороги, но я знаю, как провести ваших людей незамеченными.
— Отлично. И еще одно, — мой голос лязгнул холодной сталью. Я чуть приоткрыл резерв, позволив тяжелому, давящему холоду некромантии на мгновение скользнуть по комнате. — Если вы меня предадите или обманете, Валериан… вы заплатите за это своей жизнью, — он округлил глаза. — И я прошу не принимать это за угрозу и оскорбление. Вы — мой сосед, и мне нужно вас предупредить о всех рисках. Моя обязанность — предупредить. Ваше право — отказаться.
Я сказал это совершенно спокойно, не повышая тона, но Корф резко побледнел. Под моим немигающим взглядом на его виске мгновенно выступила крупная капля холодного пота.
— Я запомнил это, господин Артур, — сглотнув, произнес он.
Я кивнул, пожал его протянутую, слегка влажную от волнения руку и поднялся с кресла. — А теперь мне пора идти. Время не ждет.
Я уже почти вышел из гостиной, когда Корф посмотрел мне вслед и неуверенно окликнул: — Господин Артур… если не секрет, каким именно даром вы обладаете?
Я остановился в дверях, вполоборота обернулся к хозяину поместья и холодно улыбнулся: — Даром наказывать плохих людей, господин барон.
* * *
Ферма Горда, Большое Луговье
Виктория медленно шла по полуразрушенным залам господского дома. Под ее ногами тихо поскрипывали старые гнилые доски, а в воздухе кружилась вековая пыль, подсвеченная редкими лучами полуденного солнца. Воспоминания затапливали ее с головой. Здесь, в этой огромной гостиной, когда-то звенел смех ее матери, а у камина отец обсуждал с управляющим дела поместья.
Но, к собственному удивлению, девушка не чувствовала прежней горечи или сожаления. Всё изменилось, старый мир был разрушен, и Виктория была даже рада, что теперь эти угодья принадлежат такому достойному человеку, как Артур. Честно говоря, она никогда не ожидала, что некроманты могут быть… такими. Не безумными монстрами из храмовых проповедей, а прагматичными, сильными людьми, умеющими держать слово. Сейчас их цели полностью сходились: у них был общий враг в лице барона Дресса. К тому же Артур не раз шел на огромный риск ради нее. Возможно, им двигало исключительно желание отомстить Дрессу, пытавшемуся его убить, но для Виктории это было не так уж важно. Главное — результат. И графиня мысленно поклялась, что сделает всё от нее зависящее, чтобы Артур смог продержаться на этой земле и закрепить свой статус.
Она вышла из господского дома и направилась к старому колодцу, который когда-то являлся сердцем и главной гордостью родового поместья Нордов. Сейчас его конструкция выглядела плачевно. Деревянное веретено для намотки цепи частично перекосилось, а некогда безупречная каменная кладка основания местами обвалилась, заросшая жестким бурьяном.
Виктория подошла ближе и положила ладони на шершавый, холодный камень. Внутри колодца было пусто — колоссальной мане земли, которая раньше питала эти угодья, не хватало источника. Сердечника. Того самого артефакта, без которого сила Нордов угасла, а поля пришли в упадок.
Но Виктория верила, что у Артура всё получится. У него был свой, совершенно непостижимый способ побеждать и усмирять даже самых жутких чудовищ. И он мог подчинять нежить! А со своей стороны она могла дать ему кое-что еще.
Графиня закрыла глаза и глубоко вздохнула, концентрируясь. В её жилах заструилась родная магия. Барон Дресс был самонадеянным дураком, мыслящим как обычный грабитель. Колодец Нордов веками стерегла древняя родовая печать, и признавала она только кровь Нордов. Достань кто-то другой Сердечник и опусти его в глубину колодца хоть сейчас — защита источника яростно отторгла бы чужака. Снять или открыть эту печать могла лишь живая кровь рода. Именно поэтому Дрессу нужна была живая Виктория: как ключ, способный отпереть родовую защиту.
Виктория сосредоточилась и применила технику магов земли своего рода. Она начала медленно, капля за каплей, вливать собственную энергию в обвалившуюся кладку колодца. Желтовато-янтарные нити её силы поползли по трещинам вглубь, к самому сердцу родовой печати. Она не перекраивала источник под нового хозяина — наоборот, своей снимала древнюю защиту, что веками отвергала всех, кроме Нордов. Узел за узлом графиня распускала плетения замка, освобождая колодец от привязки к роду. Теперь любой, в чьих руках окажется Сердечник, сможет разбудить источник. А значит, когда Артур добудет артефакт, магия поместья больше не поднимет бунт. Она примет его. И его ферма наконец-то сможет благоденствовать.
— Госпожа графиня, — негромкий голос заставил Викторию вздрогнуть.
