Семь жизней Лео Белами - Натаэль Трапп
Атмосфера в комнате мрачная. Словно здесь хранится какая-то тайна. Через несколько секунд глаза привыкают к темноте, и я замечаю, что на кровати сидит бабушка Даниэля Маркюзо. Прямая спина, руки скрещены коленях, на бархатной складчатой юбке. Тяжелый, полный упрека взгляд. Из ее глаз в мою сторону вылетают тучи крошечных отравленных стрел.
– Ну что, доволен? – произносит бабушка сухим голосом.
Она смотрит на меня с презрением и отвращением. Я молчу. Разглядываю свое отражение в зеркале за бабушкиной спиной. Из-за мешковатой одежды и темного пятна между ног я похож на грустного клоуна.
– Доволен? – еще более громким и угрожающим тоном повторяет бабушка. – Получил свою порцию издевок? Обидели они моего Дани?
Не вполне понимая, что происходит, я говорю бабушке уйти, убраться из комнаты, оставить меня в покое. Неожиданно, не сводя с меня глаз, она встает. Меня обдает ледяным холодом, вдоль позвоночника пробегают крупные мурашки, но я не собираюсь сдаваться. Я держусь.
– Отвали!
Это слово вылетело у меня изо рта само собой. И кажется, ранило бабушку в самое сердце, как точный прямой удар правой. От потрясения она ничего не может возразить. Сверкая полными неистовым гневом глазами, бабушка медленно выходит из комнаты и бормочет себе под нос:
– Ты об этом пожалеешь…
Оставшись наконец в одиночестве, я со скорбным вздохом падаю на кровать. Как мне выбраться из этого кошмара? Неужели мне суждено до самой смерти быть Даниэлем Маркюзо? Мне обязательно нужно найти способ вернуться домой. И ладно бы я проснулся в теле классного парня, который радуется жизни. Так нет же. Мне выпало влезть в шкуру самого отъявленного лузера во всем Вальми-сюр-Лак! Я снова прокручиваю в голове вчерашний день. Что такого я мог сделать, чтобы во все это вляпаться? Я немного поготовился к экзамену, потом отложил учебники на стол и улегся на кровать. Сделав глубокий вдох, стал думать о Валентин. Разве этого достаточно, чтобы произошел пространственно-временной сбой? Что-то мне подсказывает, что нет.
Окончательно отчаявшись – тем более что терять мне нечего, – я решаю заново проделать все то же самое. Я медленно укладываюсь на кровать Даниэля Маркюзо, опускаю голову на подушку и вытягиваю ноги. Изо всех сил стараюсь контролировать дыхание и ни о чем не думать. Моя грудь поднимается и опускается по мере того, как в легких движется воздух. Как именно все случится? Увижу ли я вспышку и молнии, как в «Квантовом скачке»? Или я просто засну и очнусь в 2018 году, в моей неповторимой комнате, где висит мой постер «Рокки–3» и по углам раскиданы томики манги? Не знаю. В любом случае я не должен думать. Нужно расслабиться.
Я ворочаюсь, чтобы найти идеальное положение. Что-то мешается под спиной. Наверное, что-то маленькое попало под матрас, и на нем появился бугорок. Я выпрямляюсь, сажусь на край кровати и нагибаюсь, чтобы проверить. Одним движением приподнимаю тяжелый матрас с пружинами, которые издают металлический лязг, и протягиваю руку. Там действительно что-то есть: какой-то железный предмет длиной около пятнадцати сантиметров. Я сразу же хватаю его и подношу к свету.
У меня в руках оказывается прямоугольная коробочка – в таких обычно продают бретонское песочное печенье. Я рассматриваю коробочку не без подозрения. Если ее спрятали под матрас, значит в ней хранится что-то запретное. Несколько секунд я задумчиво верчу ее в руках.
Мне вдруг становится жарко. Вот где Даниэль Маркюзо хранит свои секреты. На мгновение я застываю в нерешительности. Мне хочется узнать, что внутри, но тогда я ворвусь в чужую личную жизнь. Я бы совершенно точно был против того, чтобы какой-то незнакомец рылся в моих вещах. «Но ведь, – убеждаю я себя, – я не то чтобы незнакомец. Пока не доказано обратное, я и есть Даниэль Маркюзо!»
Не в силах бороться с любопытством, я поднимаю крышку. Мне в нос ударяет прогорклый запах.
В коробочке – небольшая стопка фотографий. Снимков пятьдесят. Я осторожно беру первую фотографию, а потом просматриваю их все по очереди. Внезапно у меня начинает кружиться голова. Под пальцами мелькают запечатленные лица, а по телу разливается чувство сильнейшего страха. Это не лица. А одно лицо. Одно и то же.
Это не просто снимки. Это памятник красоте Джессики Стейн. Она есть на каждой фотографии, сделанной тайком, украдкой, из-за угла, исподтишка. Коллекция истинного папарацци или, хуже того, сумасшедшего, который неотвязно следит за своей жертвой.
У меня в голове возникает ужасная, невыносимая мысль: вдруг Даниэль Маркюзо правда извращенец?
Помню, какую ненависть я испытывал, выходя из «Было и прошло».
«А что, если я проснулся в теле того, кто убил Джессику Стейн?»
3
Первый солнечный луч проникает в мою комнату довольно рано. С трудом открыв один глаз, я принимаюсь шарить руками по кровати в поисках айфона. Время на экране – 08:05. Чуть ниже мелким шрифтом светится строчка: «Воскресенье, 10 июня».
Я еще не до конца проснулся и медленно сажусь в кровати. Очень странно. Я чувствую себя совсем не так, как накануне. Наоборот, мне намного лучше. Мне легко. Я в отличной форме. Вытянув вперед обе руки, я хрущу суставами и негромко вздыхаю. В неподвижном воздухе плывут тысячи пылинок.
«Воскресенье?!» Я думал, воскресенье было вчера…
Со стены напротив Рокки смотрит на меня глазом тигра. На столе все как положено: хаос из манги и учебников вперемешку с грязными трусами и наполовину полными кружками кофе. Тут же валяется джойстик от PS4, который мне одолжил Арески. Компьютер, который всю ночь простоял включенным, негромко играет песню «Photograph» группы Weezer.
Выскочив из кровати, я бросаюсь к зеркалу, висящему на двери гардеробной. Даниэль Маркюзо пропал из отражения. Ощупывая свои руки, свой торс, я не могу сдержать радостный возглас. Это точно я. Святые угодники, я вернулся в свое настоящее!
Сделав глубокий вдох, чтобы убедиться в реальности происходящего, я начинаю мысленно прокручивать в голове все, что со мной случилось. 1988-й… 2018-й… Как все это возможно? Я вытаскиваю из комода футболку с надписью «Walking Dead» и, пританцовывая, натягиваю ее на себя. Какое все-таки облегчение вырваться из времени, когда, чтобы считаться по-настоящему крутым, нужно было носить кислотные банданы и слушать Даниэля Балавуана…
Я очень быстро сбегаю по лестнице и обнаруживаю на кухне маму. Она завтракает, сидя за столом. Я проношусь
