Проклятый Портной: Том 5 - Артем Белов
Вероятно, эта порванная в паре мест тряпка когда-то имела белый цвет, но сейчас была покрыта, как и комбинезон, разноцветными пятнами. В основном бледно-зелёного, ржаво-красного и неприятно-жёлтого цветов. И в таком виде эту рванину вполне можно было использовать в качестве маскхалата в каких-нибудь джунглях Мадагаскара.
В общем, определить возраст Жуковой по внешнем признакам было весьма сложно. Однако учитывая, что Иван обмолвился о том, что они начинали учиться вместе, вряд ли той больше тридцати. Я бы даже предположил, что ближе к двадцати пяти.
Я на пару секунд переключился с разглядывания женщины на обстановку, после чего вернулся к изучению Жуковой. Избыток света, борьба с тенями, боязнь острых углов, неряшливость… Да здесь всё прямо-таки кричит о психическом заболевании.
— Насмотрелся? Можем, наконец-то, заняться делом? — проскрежетала Екатерина. Причём, на сколько я могу судить по её лицу, никакой издёвки в этом вопросе не было. Просто уточнила, поэтому я просто ответил.
— Ага. Показывайте пациента.
— Нам туда, — указал мне на одну из дверей Константинов, после чего возникла небольшая заминка.
Я почему-то предполагал, что меня поведут, но нет. Жукова и не подумала с места сдвинуться, при этом вцепившись в Ивана.
— Иди первым, Макс, там прямой коридор, — произнёс парень, едва заметно косясь в сторону Екатерины.
— Знаете, для полного погружения не хватает только зловещей музыки, — пошутил я, но никто не улыбнулся. Жукова, похоже, просто этого не умела, а Иван и вовсе нахмурился. — Ладно, ладно, иду. С вами только и шутить.
За дверью и вправду оказался длинный, само собой белый и хорошо освещённый коридор с хорошо заметным уклоном. Не таким большим, чтобы была необходимость в ступеньках, но и на роликах я бы здесь не катался. Можно и не успеть затормозить.
Прошли мы этот тоннель, а где-то на середине мы определённо опустились ниже уровня земли и довольно быстро. И лишь раз я обернулся, когда услышал за собой странные звуки. Впрочем, ни Жукова, ни Константинов ножи не достали, просто женщина трясла прозрачный пузырёк, внутри которого бултыхались жёлтые капсулы.
На ходу высыпав пару штучек на ладонь, Жукова закинула их в рот и, не запивая, проглотила. После чего, убрав пузырек, прибавила шагу.
— Как-то у вас тут чересчур безлюдно. Для такого-то места, — произнёс я, когда мы, наконец, достигли конца тоннеля и, дождавшись, когда преграждающая проход дверь, к слову, прозрачная, как и все остальные, отодвинулась в сторону, пропуская в следующий зал.
В какой-то степени он был схож с первым. Всё так же ярко освещён и без острых углов. Вот только здесь потолок был на стандартной высоте, а вместо мебели, какую обычно расставляют в гостиной, здесь были рабочие места.
В центре почти с десяток столов, на которых находилась всевозможная аппаратура, по большей части непонятного мне назначения. Микроскопы я, конечно, узнал, но вот, например, что за кубическая хреновина, на передней стенке которой был монитор с кучей циферок и символов. А, блин…
— Опять всякой дрянью питаешься, Кать? — Иван подошёл к кубу и, открыв дверцу, достал оттуда сэндвич, с боков которого свисала пожухшая зелень и стекал майонез. — Ай, блин. Как ты вообще эту гадость ешь? Да ещё и горячей?
Я было подумал напомнить парню по поводу кофе на заправке, однако передумал, ибо любопытство меня жгло всё сильнее и сильнее.
— Так, судя по всему, убивать вы меня точно не собираетесь, — я щёлкнул пальцами, привлекая к себе внимание. — И теперь у меня возник вопрос, а мне вообще здесь находиться можно? Если вы не какая-нибудь подпольная лаборатория, то явно на государевом обеспечении.
— Тут на самом деле всё сложно, Макс. Но ты не грузись, — произнёс Константинов, выкидывая бутерброд в стоящую под столом мусорку. — Ничего противоправного здесь не делают. И про этом место кому надо действительно знают, так что всё в рамках закона. Но ты всё же не болтай лишний раз. А то придётся в кое-каких бумажках расписываться…
— Н-да, Вано, столько головняка, и все ради свинтуса, — покачал я головой.
— Вообще-то, это всё ради Полины, — вскинул подбородок Константинов. — Ну и немного ради Ксюхи. Она всё же ни в чём не виновата.
— Надо было об этом раньше думать, — опередила меня Жукова, недовольно глядящая на ведро, в котором валялась её еда. — Прежде чем заводить зверя. Тем более аномального.
— Вот только ты мне мозг не делай! Мне и Макса во время поездки хватило, — вскинулся парень. — Лучше давайте придумайте, как Ксюху спасти!
Я с трудом сдержался, чтобы не рассмеяться, услышав это «дельное» предложение от парня. Лишь произнёс:
— Мы — отличная команда. Я требую, а они делают.
— Некоторым, чтобы начать работать, нужен толчок. Хочешь, пну? — поинтересовался Константинов, роясь в столе, открывая и закрывая шкафчики. А спустя несколько секунд возмущённо воскликнул:
— Екатерина, да он же плесенью покрылся! — парень потряс ещё одним сэндвичем в прозрачной упаковке, сквозь которую было хорошо видно зелёный пушок. — Всё, завтра сюда людей пришлю, они тут всё вычистят!
— Нет. У меня завтра тесты назначены, — впервые за вечер в скрипучем голосе Жуковой прозвучали эмоции. Сейчас она определённо возмущалась.
— Плевать, — Иван отмахнулся от вялой попытки сопротивления. — За одно и выспишься. У меня сердце кровью обливается, когда тебя вижу.
— Ты меня обсуждать приехал или Ксюхе помочь? — с каждым мгновением тон Екатерины становился всё более живым. Интересно, это она ко мне привыкает или из-за тех таблеток?
— Одно другому не мешает! — произнёс Иван, однако дальше ничего сказать не успел. Видимо, Жукова спорить была не настроена и нажала одну из кнопок на стене.
— Никогда ещё шутка про хомяка, оказавшегося медвежонком, не была так актуальна… — присвистнул я, глядя сквозь прозрачное стекло на тушу, лежащую на хирургическом столе. — Сколько, говоришь, этой капибаре от роду?
— Ну максимум — месяц. Должно быть, — ошарашенно пожал плечами Иван, тоже глядя на мутанта с длинными ушами, лысым крысиным хвостом, двумя бивнями сантиметров по пятнадцать каждый и весом под центнер. Если меньше, то не на много.
— Вот бы дети так росли, — пробормотал я. — Только без бивней, а то на стоматологах разориться можно будет.
— Что с ней? — повернулся к Жуковой парень.
— Не знаю, — в этот раз голосе женщины более чем отчётливо слышалась печаль. — Она очень быстро набирает массу, при этом становясь всё агрессивнее. Я приказала вчера выпустить её в вольер, так она начала ломать ограждения, при это раня сама себя. Пришлось накачать её транквилизаторами и вернуть в палату. С того момента и
