Лабиринты моей Души. Книга 2 - Нора Ольвич

мой уважаемый читатель, как это может происходить. Вы, верно уже ознакомились с подобным, читая главы про Эдинбург, но, выйдя как-то на крыльцо центрального входа в наш дом, желая с дочерью проехать на городские конюшни, с тем, чтобы проверить содержание жеребцов, которых мы привезли с собой, я вдруг ощутила себя в лондонской опере.

Нас рассматривали практически из всех соседских окон.

— Матушка, но что вы, право, обращаете на это внимание.

Аннушка откинулась на спинку сиденья.

— Нам ни к чему такая известность.

Всё точно так же начиналось в Шотландии.

— Рано или поздно они успокоятся. Давайте поговорим об открытии ювелирного салона. Вы же понимаете, что конюшни — это только предлог. Поедемте, прогуляемся по городу.

Мы говорили на языке горцев Шотландии.

И, не сговариваясь, вдруг окунулись в составление своего бизнес-проекта.

А затем мы увидели тот самый магазин, который так напоминал нам первый этаж дома в Эдинбурге. Это помещение совершенно не подходило для продажи табака и виски, торговля которыми осуществлялась в настоящий момент. Запоминая адрес и номер дома, мы думали прислать туда сеньора Роблес. Он должен был всё разузнать.

А ещё через месяц вернулись из Португалии князь Николай и супруг Дарьи Алексеевны. Закупив в Лиссабоне элитные сорта чая и пряности, а ещё в Бордо — прекрасные французские вина, шелка и лён, они неплохо распродали всё это в Бостоне. Мы сами у них скупили партию текстиля и шёлка. Леди Кори Вуд — Грант занялась воспитанием дочерей и ввела дополнительно уроки кройки и шитья. Леди виконтесса д' Оверни помогала им с расчётами и объясняла основы моделирования. В итоге в определённый момент мы получили первый очень красивый наряд. Поставив же на ремонт судно, мужчины решили пробыть некоторое время на суше.

Князь Николай настойчиво приступил к поискам, а далее и покупке своего жилья. Ему нравилось в Бостоне буквально всё. Я надеюсь, он перестал думать о той, что забыла о нём в тот самый момент, когда он, покинув Питер, отправился по приказу царя на Кавказ.

Глава 34

Чужая душа, она та непознаваемая глубина, в которой скрываются тайны и загадки.

Как говорится в известной пословице: — навсегда останется потёмками для нас. Мы, как сторонние наблюдатели, лишь можем гадать и размышлять о причинах и мотивах чужих поступков, но дело это очень непростое. Ведь то, что кажется нам справедливым и верным, может оказаться совершенно неприемлемым и непонятным для других людей.

Как часто мы искренне убеждены в правильности своего выбора, в своих намерениях и поступках. Однако эти убеждения далеко не всегда совпадают с чужими мнениями и жизненными принципами. Возникают конфликты и недопонимание, потому что наша истина не может влиять на все остальные и быть абсолютной для всех.

В конечном счёте мы никогда полностью не сможем понять и проникнуть в чужую душу. Мы можем лишь сделать предположения, основанные на своём опыте и знаниях, но всегда будет оставаться место для сомнений и непонимания.

Все мы уникальны и неповторимы, и это является одной из главных причин наших разногласий и конфликтов.

Поэтому не надо судить слишком строго и категорично. Это, конечно, в идеале, если вы полностью познали лабиринты своего понимания этой жизни.

К чему такое долгое вступление, скажете вы?

Ну что же, если вспомнить весь прошедший год, что мы прожили в Бостоне, то невозможно отметить что-нибудь из ряда вон выходящее. Мы всё больше обживались в доме на удивительной Чарльз — стрит. Нам нравилась размеренность и отсутствие рисков, тихий уют и неспешные прогулки по набережной. Уважение соседей и провожающие взгляды джентльменов.

То место в доме, в которое изначально заселился князь Николай с супругой и детьми, оно через несколько месяцев освободилось, и Даша со своим мужем решились переехать в апартаменты с отдельным входом, у них был совершенно другой ритм жизни. Отличный от нашего. Мне кажется, что у Дарьи Алексеевны, у самой первой на нашей улице появилась своя личная двуколка.

Мы с дочерью открыли небольшой салон, в котором выставлялись предметы ювелирного искусства из Европы. Именно так мы позиционировали свои работы. Это было дорого, и постепенно элита общества стала посещать столь необычное заведение, которое каждый раз, вопреки всему ожиданию, закрывалось на индивидуальное обслуживание клиентов. Очередь была расписана на многие недели вперёд. Приезжали семьи как с Юга, так и с Севера страны.

Как мне удалось узнать: — первые жители Бостона были глубоко религиозными людьми, и среди прочего они считали очень важным для общества иметь достойное образование, естественно в первую очередь изучали богословие. Неудивительно, что уже через несколько лет после основания города в нём было открыто первое учебное заведение — Бостонская латинская школа. А ещё через год, в 1636 году, в пригороде Бостона — Кембридже был основан Гарвардский университет. Княжич Александр готовился к поступлению в школу. Княжна Анна-Мария тихо вздыхала, но часами не поднимала головы от книг. Сестры Грант, затаив дыхание ожидали результатов экзаменов.

Выгодное географическое положение и удобная гавань Бостона были гарантом быстрого роста и развития этого удивительного города. И несмотря на то что во время различных войн и восстаний за независимость, численность население города резко уменьшилось, что привело его к упадку, но уже к началу девятнадцатого века это удивительное место стало одним из крупнейших экономических центров штата.

Хочется отметить, что всё это мы узнавали постепенно, благодаря, конечно же, нашим соседям, которые, завязав знакомство с вдовствующей княгиней Соколинской, постепенно изливали этому новому, много пережившему, степенному человеку свою душу. Так уж получилось, что к концу года пожилая женщина вдруг стала законодательницей всего самого лучшего в обществе нашей одной из самых больших улиц города.

После сезонного ремонта фрегат «Лансдоу» отправлялся несколько раз в коммерческий вояж в Лиссабон, мы торговали с Португалией, как всегда, всем подряд: хлопком и сахаром, виски и табаком.

Не ожидая подвоха от родни, я занималась только своей мастерской и образованием детей, в том и числе и для юных леди Грант. Наш внутренний мир в доме, работал как одна отработанная система, не было оснований для беспокойства.

Тем сильнее был удар по всей моей нервной системе и пониманию этого мира, когда мрачная Дашенька сообщила мне эту новость.

Та, что в своей клинике организовала один день в месяц, свободного посещения; она была, как врач, открыта для всех, а именно принимала бесплатно женщин по вопросам гинекологии любой социальной ступени, разве же могла моя кузина даже помыслить о том,