Кровавый сад - Алёна Моденская
— Где ваше начальство? — продолжала допрос дама в шляпке.
— В администрации, — вздохнула Изи, вытирая потный лоб. — Ярослава э-э… не помню отчество. В общем, она там заместитель по благоустройству. Можно мы пойдём, а? Нам ещё воду таскать.
— Что ж вы все цветы-то засушили, благоустроители? — Оказалось, рядом уже материализовался сухопарый усатый мужчина.
— Поливальные машины поломались, — буркнула Изи, глядя под ноги.
Правильно, не стоит местным активным гражданам рассказывать, что Ярослава просто забыла заказать полив парка, а когда опомнилась из-за жалоб в соцсетях, все машины были заняты, а клумбы усохли до состояния соломы. Всё, что удалось добыть — это синяя цистерна без шланга для полива, у которой так некстати сегодня ещё и кран отвалился. Пожалуй, завтра и этого не будет.
— Так, а на кой тут ленты⁈ — дама в шляпке своим строгим вопросом вернула Тому в реальность. Палкой она указывала на старую кривую яблоню, обвязанную красно-белой лентой.
— Я не знаю, мы просто рабочие, — театрально развела руками Изи.
Снова правильно. Про грядущую вырубку этих древних коряжек тоже лучше помалкивать.
— Только троньте тут хоть одно дерево. Мы жалобу напишем, а вас на удобрения пустим, — угрожающе пообещала дама с палками и целеустремлённо направилась прочь от благоустроителей. За ней затрусил усатый гражданин, видимо, её ухажёр.
— На удобрение, — повторила Изи, глядя им вслед. — Компост фирменный, «Отряд благоустроителей». Экологично, сочно, натурально. Содержит навоз, ботокс и силикон.
— Откуда силикон? — тупо переспросила Тома, у которой от жары и жажды, кажется, усохло чувство юмора.
— Из Яры, — хихикнула Изи, снова подхватила лейки и двинулась к озеру.
Наконец поняв шутку, Тома улыбнулась и поплелась следом. Чтобы отвлечься от духоты, проговорила:
— Силикон и ботокс не перепреют, такой компост не будет продаваться. Хотя можно его запустить как особый, влагоудерживающий.
Изи рассмеялась, а Тома вдруг увидела совсем рядом с собой согнутую бабушку в платке, опирающуюся на палку. Кажется, бабуля шутку услышала, но, судя по мрачному взгляду, юмор не оценила. Тома смутилась и прибавила шаг.
У самого озера обернулась и снова увидела эту же бабушку. Заложив одну руку за скрюченную спину, она медленно, постукивая палкой по брусчатке, шла вдоль набережной. Кажется, про Тому и её дурацкую шутку думать забыла. Вот и хорошо, а то чувство стыда — одно из самых прилипчивых.
— Н-да, местные нас живьём сожрут. — Изи чесала бровь, глядя на берёзки, ивы и осинки, всё ещё растущие по берегу озера. Каждое деревце было перевязано красно-белой лентой.
Изи повела плечами, забралась на деревянный настил, пролезла под перилами с запрещающими знаками и спрыгнула на склон берега. Тома вслед за подругой тоже перелезла настил и прошла под раскидистой старой ивой. Здесь даже дышать легче — столько деревьев. Воздух прохладный, ароматный.
— Задница, — сухо произнесла Изи.
Тома вышла из-за её спины и, кажется, впервые получила возможность оценить всю прелесть благоустройства озера. Экскаватор, очищающий и заглубляющий дно, пока обработал лишь половину водоёмчика, разворотив берега и островки, вырвав все камыши с кувшинками и напрочь прогнав отсюда всю живность, кроме комаров.
Кожу пронзила острая зудящая боль. Тома шлёпнула себя по шее. Изи, отплёвываясь от назойливо зудящих насекомых, стала спускаться к воде. Сняла кеды, завернула штаны и зашла в озеро почти по колено. Опустила лейку в воду, так что забулькали крупные пузыри.
Всё кругом облепили жирные болотные комары, Тома морщилась от боли и лупила себя по рукам. И тут Изи вскрикнула и будто бы нырнула в воду, только у самого берега, шлёпнув по жиже руками. Тома подскочила к озеру и протянула подруге руку, Изи потянулась навстречу, но тут же с визгом будто провалилась куда-то, почти полностью скрывшись в воде.
Тома прямо в кедах соскочила в озеро, схватила Изи за обе руки и рванула на себя. Изи снова вскрикнула, но смогла подняться. Правда, по инерции повалилась на Тому, и они обе плюхнулись на травянистый край берега.
— Как водичка⁈ — проорал кто-то с площадки для кормления уточек. Оказалось, там со смеху покатывалась целая компания подростков.
Ощутив жаркую волну стыда, Тома кое-как поднялась на ноги. Точно — по пояс в грязи, да ещё кеды промокли. Изи, правда, была в грязи по макушку. Она отползла от воды, села на землю и задрала штаны. По её измазанной болотной жижей лодыжке пролегли параллельные красные следы.
— Это ещё что? — Тома даже про свой позор забыла.
Изи повернула к подруге бледное забрызганное чернотой лицо и сухо произнесла:
— Меня кто-то схватил и потащил.
Потом снова стала рассматривать следы на ноге. Ржание с площадки напомнило Томе об их конфузе. Она наклонилась к Изи и тихо сказала:
— Пошли, поищем, где умыться.
Изи быстро вскочила, но тут же обернулась к озеру, где оставила лейку. Оранжевый длинный носик выглядывал из мутной воды в метре от берега. Вроде близко, да ступать в жижу больше не хочется.
— Эй, барышни, — раздалось за спиной. Оказалось, у ограждения настила стояла та самая дама в шляпке и протягивала за перила свою скандинавскую палку. — Вот, возьмите.
Тома быстро добежала до настила, взяла палку, выдохнула «спасибо» и вернулась к Изи. Кое-как поддела тяжеленную, наполненную водой лейку и вытянула её на берег. Вторую лейку, разумеется, наливать не стали.
— Спасибо, — ещё раз поблагодарила Тома даму, возвращая ей палку.
— Да не за что, — добродушно ответила любительница северной ходьбы. Потом глянула на озеро, виднеющееся сквозь ветви ив и берез, и поморщилась: — Варварство.
— Если честно, да. — Изи пролезла под ограждением. — Только не мы это придумали.
— Как вас угораздило? — спросил невесть откуда материализовавшийся усатый ухажёр дамы с палками.
— Я поскользнулась. То есть, споткнулась, — быстро проговорила Изи, стряхивая с рук засыхающую грязь.
— Ясно, — протянул усатый кавалер. — А мне приятель как-то рассказывал, что пару раз тут рыбаков как будто что-то пыталось утащить под воду. У них ещё потом синяки оставались как от огромной ручищи. Водяные здесь, что ли, живут?
— Никто здесь не живёт. Мёртвое озеро, — раздался рядом низкий женский голос. Оказалось, это согнутая бабушка подошла к компании по настилу.
— Да-да, — торопливо подхватила дама с палками, — уток прогнали, гнёзда разорили. Лягушки,
