Кровавый сад - Алёна Моденская
— Алё, тут труп под деревом. — Красин, разговаривая по телефону, отошёл от яблони. Кажется, никакой девушки он не видел.
А Тома не знала, куда деваться. Что там за девица шатается по заросшему полупровалившемуся танцполу? И что, здесь правда труп? Человеческий⁈
В глазах потемнело, пространство стало накреняться. Тома будто полетела куда-то, но её подхватили и посадили на мягкую траву.
— Вот, попей.
Кое-как проморгавшись, Тома увидела рядом с собой лицо Красина. Надо же, совсем молодой парень, кожа белая, глаза светлые, волосы светлые, прямо как у Ульянки, папы и Костика. И скулы такие же рельефные. Они что, тоже мазычи?
Тома глотнула холодной воды. Негигиенично, конечно, пить из чужой бутылки. Но выбирать не из чего. Так, а это кто? За спиной Красина стояла та самая девушка, что шаталась за стеной, и таращилась на Тому. Тома, разумеется, поперхнулась и забрызгала слюной Красина. Тот участливо похлопал её по спине.
Когда Тома отдышалась, рядом с ними уже никого не было. Тома выпрямилась, вернула бутылку участковому и стала осматриваться.
— Ты чего? — спросил Красин, тоже оглядываясь.
— Мне показалось, тут какая-то девица ходит, — произнесла Тома, блуждая взглядом по молчаливым деревьями и густым кустам.
— Привидение, наверное, — усмехнулся Красин. — Тут в семидесятые маньяк орудовал, так говорят, что с тех пор тут бродят призраки убитых девушек.
— Маньяк? — спросила Тома, чувствуя, как сдавило внутренности. — В парке?
— Ну да. А, ты же не местная. Не бойся, её давно поймали.
— Её? — переспросила Тома.
— Ага, девка молодая таких же девчонок резала. — Красин снова осмотрелся. — Тогда ещё думали, что это чупакабра. Ну, мутант такой. Но оказалось, что человек. Да уж, люди бывают пострашнее нечисти.
— А если тут снова маньяк? — спросила Тома, против воли сжимаясь в комок.
Участковый поскрёб лоб и снова осмотрелся:
— Ориентировок пока не было.
Он хотел сказать что-то ещё, но в этот момент среди деревьев появились его коллеги в форме. Тома встала, вернула бутылку участковому и отошла в сторонку. Людей становилось всё больше, и Томе даже пришлось дать объяснения о том, как она завязывала ленточку на дереве и обнаружила торчавшие из земли кости. О том, что за час яблоки на дереве выросли в два раза, конечно же, пришлось умолчать.
Тома бродила по колено в траве, когда к ней подошёл Красин и сказал:
— Ты, наверное, можешь идти домой. Контакты оставила?
— Угу, — кивнула Тома. Потом всё же отважилась спросить: — А кто там, под деревом?
— Да непонятно пока, — отвёл взгляд участковый. — Пацаны вчера пропали, а сегодня их самокат нашли. Но эксперт говорит, что этому, под деревом, не меньше пары лет. Так что вряд ли это кто-то из тех мальчишек.
— Хотя футболочка похожа, — певуче произнёс какой-то седоватый мужчина в белых перчатках, проходя мимо.
— Мало ли таких футболок, — вслед ему громко сказал Красин. — Чего вы девушку пугаете?
Мужчина только обернулся и подмигнул непонятно кому.
— Хочешь, я тебя провожу? — вдруг предложил Красин.
Отказаться Тома не успела. От нелепых отнекиваний её избавил тот самый седоватый мужчина, что сказал про футболку. Он приятным голосом громогласно объявил:
— Господа, у нас ещё один труп. Свежий, вкусный, пальчики оближете. Рабочие спиливали яблоню и нашли чью-то руку. А под другим деревом — ногу. Кто отыщет голову, получит приз лично от меня!
Полицейские недовольно забормотали, что у них и так дел невпроворот и стали кто доставать телефоны, кто нехотя двигаться к широкой аллее.
— Извини, мне тоже надо идти, — произнёс Красин, надевая фуражку. — Сама домой дойдёшь?
— Да, конечно, — натянула улыбку Тома. — Всего доброго.
Но Красин всё-таки заботливо довёл Тому до аллеи, куда выходили полицейские, отправленные разбираться с рукой и ногой под яблоней. Седоватый мужчина-шутник, изящно перешагивая высокую траву, бормотал себе под нос что-то про руку помощи, которую дерево протянуло тем, кто его спиливал. И при этом дядечка ещё мило улыбался.
— Не обращай внимания, это судмедэксперт, — сказал Красин, проследив Томин взгляд. — Юмор у него, конечно, своеобразный, но он у нас большой профессионал.
Тома кисло улыбнулась и покивала, мечтая отделаться наконец от людей в форме. Теперь она отлично понимала Изи — вроде ни в чём не виновата, а на нервы действует.
— И не переживай насчёт маньяков, — добавил оптимизма Красин.
— Маньяк — это просто падающая звезда, — произнёс знакомый голос совсем рядом.
— Добрый вечер Вальпургия Карловна, — пропел эксперт, изящно помахав бабуле рукой в белой перчатке.
— Остывшему привет передавай, — подмигнула эксперту бабуля.
— Обязательно, всенепременно, — заулыбался дядечка, поспешая вслед за коллегами к новому трупу.
У Томы появилось ощущение, что или она сошла с ума, или все вокруг тронулись рассудком. Или и то, и другое разом.
— Да ладно, у нас и не такое бывает, — произнёс Красин, но быстро замолчал под тяжёлым взглядом бабушки.
— Рома, тебе разве никуда не нужно? — чётко спросила старушка.
— Ой, точно. Помчал. Всем до завтра. — И участковый побежал в сторону, куда ушли его коллеги.
— До свидания, — сказала его спине Тома, надеясь, что ни завтра, ни послезавтра, ни потом ей не придётся общаться с полицией.
Вальпургия Карловна тем временем развернулась и чинно пошла по аллее, постукивая клюкой по брусчатке. Тома же держалась чуть поодаль, гадая, учтиво ли будет пристать к бабуле с глупыми вопросами о возможном родстве. А вдруг они никакие не родственники? Или родня, но очень дальняя? Или у них с Томиным отцом были плохие отношения? Да и что, собственно, Тома вообще собралась спрашивать? А главное — зачем? Дожила же до двадцати лет, ничего не зная про отца, и дальше проживёт.
— О, вот ты где! — выскочила откуда-то Изи, да так неожиданно, что Тома от её окрика даже отшатнулась. — Прикинь, сразу два трупака за день! Говорят, это те придурки на самокате. Их вроде бы по вещам опознали.
— Я слышала, что тот, — Тома дёрнула головой, указывая на танцплощадку, — старый. Ему, кажется, больше года.
Изи понимающе помычала, потом наклонилась и прошептала,
