Изгой рода Орловых: Черный лед - Данил Коган
Серия новых взрывов сотрясла столицу. На сотни метров взметнулись новые столбы дыма и обломков.
Запоздало завыли сигналы тревоги. Расчёты зенитных орудий, выведенные на позиции срочным приказом Первого, наконец-то очухались и открыли ответный огонь по ночным вторженцам.
— Аппарели открыть, — скомандовал Маресьев. — Первая волна пошла. На «Никитича» передайте: пусть превратит в руины полосу между зоной высадки и городом. Аэродром сегодня уже никого в воздух не выпустит. Пусть атакующие себе на обломках зданий ноги поломают.
Десантники первой волны с высоты восемьсот метров посыпались вниз к обозначенным заранее целям.
«Невского» тряхнуло первыми попаданиями зенитных снарядов. Полыхнули силовые щиты. Дно у десантного корабля было защищено максимально.
Вторая волна устремилась к земле. Всего на высадку пятитысячного контингента БДК требовалось не больше трёх минут.
Всё это время висящие в относительной безопасности «Кожемяка» и «Вольга» вели прицельный огонь по наиболее приметным точкам зенитной обороны. Восемь стволов каждого корабля успели выпустить около девяноста тяжёлых термобарических снарядов.
На земле разверзся ад.
Столица Белой Орды оказалась не готова к отражению подобного нападения. С момента откровения Пророка о «кораблях над Этыксиром» не прошло и суток. Первый сделал всё, что мог, чтобы развернуть противовоздушную оборону. Часть истребителей были рассредоточены и сейчас взлетали с запасных площадок. Вся имеющаяся зенитная артиллерия задействована. Но первый удар имперцев был сокрушительным. Не смертельным. Неожиданным. Мощным. Но… Когда Первый понял, что их навестил не воздушный флот, а всего четыре капитальных корабля, он подумал, что это просто атака смертников. Месть за Муром.
А потом ему доложили, что один из кораблей — это БДК и он высаживает десант. И вот это не укладывалось в голове. Не могут же эти русские быть настолько самоуверенными? Наземная операция против Орды? Ну, хорошо. Нужно отправить пятьсот гвардейцев в промышленную зону. Добить остатки сможет столичный гарнизон.
«Добрыня Никитич» накренился. Сразу две летных печати с одной стороны вышли из строя. Уцелевшие зенитные установки вели по нему огонь практически прямой наводкой. Русский корабль задрожал, словно в лихорадке. Рыскнул. И рухнул на здания фабрики по переработке руды. Очередной колоссальный взрыв в промышленном квартале заставил Первого грязно выругаться.
Когда пророк вернётся из своего транса, оправдаться будет трудно.
Глава 23
Вот и встретились
Мы наблюдали фейерверк над Этыксиром с расстояния примерно километров двадцать. В небе периодически вспыхивало и рокотало. Как будто с земли доносился ответный грохот. Нимб синеватого электрического света над городом постепенно окрашивался в кроваво-красный цвет пожарищ.
Когда рвануло что-то крупное и в небо метнулся фонтан огня, командир нашего фрегата только хмыкнул.
— Неслабо бахнуло, — заметил Красавчик. — Кажется, у кого-то будут проблемы с топливом. Вспышка была солидная.
— Да, жаль, что сюда не послали флот в полном составе. За пару дней они этот городишко без всякой магии бы раскатали, — Свирель почесала затылок.
— Да хер там летал, — ответил лейтенант, пряча руки в толстых рукавицах в карманы меховой дохи. — Одно дело три эсминца дозаправить в воздухе. Другое — тащить сюда крейсерскую группу и все корабли сопровождения. Нет у нас таких ресурсов. Спасибо, что «Кожемяку», «Невского» и «Вольгу» выделили. Да и очухаются скоро ордынцы. Сейчас нашим мало не покажется.
— Вы что же, лейтенант, не верите в силу нашей армии и возможности империи? Пораженчеством попахивает, — влез в разговор Власов.
— Иди на хер, сексот епана. Рот свой закрой, «защитник отечества», — вызверился лейтенант. — Крыса канцеряская. Можешь потом что угодно в своих доносах писать. Дальше этой бочки меня не сошлют.
— Господа, не время для ссор, — остановил я намечающийся конфликт. — Вы, Власов, просто помолчите, пожалуйста. Я обязательно отмечу в докладе регенту ваше неподобающее поведение в боевой обстановке.
Опричник скрежетнул зубами, но заткнулся. Лейтенант презрительно сплюнул на снег.
Корабли-невидимки посадили на землю, чтобы не тратить заряд накопителей для поддержания маскировки и левитации. Мы все, пользуясь возможностью, выползли наружу, чтобы размяться. Здесь, в двадцати километрах от города, посреди полярной тундры и ещё на многие тысячи километров вокруг, не было никого, кто мог бы нас обнаружить. Если не считать песцов и оленей. Вся авиация столицы сейчас отбивала атаку имперских линейных кораблей. Связи не было — фон был забит помехами от Дряни.
Я поправил амулет, созданный Синицыным. Гениальный всё-таки мужик наш маэстро. Всего за неделю он умудрился рассчитать и создать прототип амулета на тех принципах, которые позаимствовал из исследований «Чистого Мира». Этот амулет полностью нейтрализовывал воздействие тяжёлого эфира примерно в полуметре от мага, создавая вокруг что-то вроде прослойки из эфира. Даже если наша диверсия не удастся, через пару лет такими вооружат всех армейских магов на восточном направлении. И тогда — прощай, паритет. Наши войска смогут действовать даже в условиях серьёзного загрязнения. А ещё следующий шаг — разработка стационарных установок очистки на основе этого амулета. Но это всё дела будущего. Дворцовые алхимики успели, под контролем Синицына, наклепать амулетов на всю нашу команду и даже экипажи фрегатов. Так что в настоящем мы получили возможность не опасаясь вести боевые действия на севере, или как сейчас наблюдать за боем нашей эскадры с земли.
Вдалеке снова грохнуло так, что даже возле нас взвихрился снег. Лейтенант выругался.
— Десяти минут не прошло с начала операции. Надеюсь, это не «Невский» и не «Никитич», а мы что-то у них ещё подорвали, — вытащив руку из кармана, он оттянул край рукава и посмотрел на механические часы. — Всё на борт. Наш выход, господа. Пора заглянуть в пасть белому медведю. И выбить ему зубы нахрен. Шевелитесь, сухопутные!
Мы полезли в чрево «бочки», воняющее палёной проводкой, человеческим потом и прогорклым маслом. В «десантный отсек», насчитывающий пятнадцать посадочных мест, мы набились как сельди в консерву. Не понимаю, зачем ячейки для десантников разделили выступающими рёбрами жесткости — по-моему, какая-то ерунда получилась. Места и так нет. Ребята здесь ещё и спать умудрялись. Бытовые мысли помогали отвлечься от предстоящего.
Свет в отсеке мигнул и погас. Загорелась красная лампа над откидной аппарелью.
Машину ощутимо повело, затем резко дернуло вверх. Нас вжало в холодные стенки. Пара человек скривились от подкатившей к горлу желчи. Внутренних компенсаторов ускорения на фрегате отродясь не было. Экономия энергии. С нашего ещё и все пушки, кроме пары пулемётов, сняли из тех же соображений. Про щиты и бронирование я вообще молчу — здесь стенки тоньше,
