Одиннадцать домов - Колин Оукс

нас окружают светящиеся круги глазниц. Их безумно много, и они очень близко.

Одной рукой Майлз разворачивает железную плетку, которую я подняла со дна моря, и отодвигает меня себе за спину. Другой рукой он сжимает мою ладонь и, задыхаясь, с горечью произносит:

– Рад был познакомиться с тобой, Беври. И, на случай, если потом уже не получится сказать: кажется, я в тебя влюбился.

Но я не успеваю ответить, потому что в этот момент совершается самое настоящее уэймутское чудо. Внезапно вспыхивает свет. Яркий и пронзительный, он загорается где-то среди древесных крон и направлен прямо на мост. Это огромный прожектор, расположенный в Осином лесу. Теперь мы видим все: толпы мертвых вокруг, наших друзей и близких, которые отчаянно бьются с призраками, чтобы не подпустить их к реке. Сияющий луч легко разрезает туман, и мертвые, кажется, шарахаются от него. Я вдруг догадываюсь, откуда идет этот свет, – с верхушки самого высокого дерева, где Уилл Линвуд привязал свой прибор перед тем, как погиб. Механизм сработал, когда остров утонул во мраке.

Последний подарок Линвуда. Луч света, направленный на мост, как будто старик знал, что нам с Майлзом придется туда пробиваться. У меня выступают слезы.

– Бежим дальше! – кричу я.

Его руки начинают с бешеной скоростью вращать плетку, расчищая дорогу перед нами. Одновременно Майлз сыплет американскими ругательствами, и за это я люблю его еще больше. Чувствую себя совершенно невменяемой, в состоянии эйфории – и на грани нервного срыва. Это кончается действие адреналина. Но и мы уже почти на мосту. Впереди темнеет Лета. Летим к ней, и Майлз впереди уничтожает мертвых на нашем пути. Но, подбежав к мосту, мы понимаем, что опоздали, – призраки уже идут по нему. Они текут через реку бессмысленным потоком. Яркий луч освещает эту жуть – полупрозрачные тела, длинные пальцы, несчастные лица.

Мне вдруг становится их жалко, но не настолько, чтобы позволить им всех поубивать. Мы уже у входа на мост. Майлз продолжает отбиваться плеткой, не подпуская к нам призраков, а за нашими спинами с ними сражаются мои островитяне. Я встречаюсь глазами с Майлзом и пытаюсь взглядом сказать ему все, что я чувствую.

– Майлз…

– Беги! – орет он.

И я кидаюсь бежать, оставив его в окружении вихрящегося тумана и светящихся глазниц.

Мертвые не обращают на меня никакого внимания, и я свободно сбегаю на узкую дорожку, проходящую под мостом. Они уже доползли до середины, и я слышу испуганные крики людей. Это самый плохой вариант развития событий.

Их паника накрывает меня волной.

Перед тем как нырнуть под опоры, я бросаю взгляд на мир вокруг. На западе – череда деревьев, которая тянется прямо до Глейс-Бей. За той дорогой живут и прячутся от дождя обычные люди. Пары обнимаются в постели; родители читают детям книжки и даже не догадываются, что к их порогу медленно подбирается смерть.

Вряд ли они скажут спасибо нам, тайным защитникам их мира.

Я захожу под мост, цепляясь за металлические скобы, вбитые над головой, поскольку сильный ветер так и норовит сбить меня с ног. Внизу хищно плещет река; она сильно поднялась и вот-вот выйдет из берегов. Там, где над моей головой ползут мертвые, сквозь металлические стыки моста сочится туман. Я не слышу шагов, только шелест по асфальтовому покрытию и жуткие стоны.

Зато у меня за спиной вдруг слышится громкое шлепанье ног по воде. Но кто бы это ни был, слишком поздно. Я не могу их ждать и отчаянно кричу:

– Уходите! Пожалуйста!

Впереди надо мной к внутренней стороне моста прикреплен маленький красный пластиковый квадрат, на котором начертан символ дома Беври. У меня вырывается вымученный смешок.

Мой дом. Представляю, что от него осталось.

Тяжело дыша, открываю крышку пластиковой коробочки и защитное стекло под ней. Оттуда выпархивает крошечный сложенный листок, и я едва успеваю поймать его, прежде чем он упадет в реку. Бумага плотная, приятная на ощупь. Я разворачиваю листок и вижу папин почерк.

Не бойтесь, сносите все к черту. Люблю вас обеих.

Я сглатываю нахлынувшие слезы. Папа думал, что мы будем стоять здесь вместе – я и Гали.

Ниже нарисованы четыре сердечка – по количеству членов нашей семьи. Я прижимаю записку к груди. Сегодня все мои близкие были со мной, хотя никого из них не осталось на острове. В самую трудную минуту ко мне пришла Гали. Мама поучаствовала, признав, что ей нужна помощь. А в самом конце появился папа.

Он знал, что когда-нибудь кто-нибудь из нас обязательно окажется здесь, поскольку мы – последние из обитателей Уэймута, стоящих между жизнью и смертью. Папа верил, что у нас хватит мужества. Не бойтесь, сносите все к черту. Почему-то я уверена, что речь не только о мосте.

Сую листок в карман. Туман уже струится вниз с краев моста – мертвые прошли его почти до конца. Посреди красного квадратика находится маленькое серебряное колесико. Оно хорошо видно благодаря лучу Линвуда. Я поворачиваю колесико до щелчка и вижу, как цепочка из взрывчатых веществ загорается бледно-фиолетовым светом – механизм активирован. В другой ситуации это было бы сделано отдаленно, из дома, но сейчас нужный рычаг под лестницей, скорее всего, затоплен.

Это не простая взрывчатка; это бомбы, начиненные железом, бумагой, солью и… огнем. Наша последняя ловушка и наша последняя надежда. Мне не хватит времени, чтобы вернуться на берег, я слишком измучена и изранена. Но почему-то я спокойна. Вся моя жизнь – тренировки, ворота, стихи, разговоры – была подготовкой к этому моменту. Это мое предназначение, и я выполню его с радостью.

Я закрываю глаза и представляю свою семью. Представляю Майлза. А потом еще раз поворачиваю колесико.

Раздается пронзительный, оглушительный вой, и в тот момент, когда взрывается первая бомба, кто-то хватает меня за запястье – Майлз? – и мир взлетает на воздух.

Все вокруг ярко вспыхивает – небо, земля, мост над головой. Бомбы срабатывают одна за другой, но кто-то тащит меня назад, как можно дальше от металла, раскалившегося до состояния жидкой лавы. Меня окружает огонь и грохот, и земля трясется под ногами. Река взлетает к небу брызгами и горячим паром. Меня оглушает вой тысяч мертвых, железный мост надо мной крякает и шатается, а река вздымается стеной, захлестывает и поглощает всех призраков на мосту.

Забыв обо всем, я смотрю, как вокруг нас с грохотом рушится мост – наша последняя ловушка. Земля вздрагивает, когда он валится искореженной дымящейся грудой. Во все стороны брызгами разлетаются куски железа, распарывая кожу, но мой спаситель вовремя кидает меня на сырую землю. Вокруг, словно снег, сыплются бумага и соль, все пылает. Что-то твердое и горячее падает возле