Грэм Макнилл - Марней Калгар: Властитель Ультрамара

В Храме Исправления было тихо. Войдя через Завесу Караула, Калгар увидел лишь горстку паломников и молящихся, медленно идущих вокруг мерцающей гробницы Мстящего Сына. Тишина в храме была вызвана не поздним часом, в последнее время на всем Макрагге было мало посетителей. Виной тому была война против Рождённых Кровью. Разрозненные остатки губительного воинства М'кара всё еще прятались в поясах астероидов и других отдаленных уголках Ультрамара, причиняя в своих злобных набегах любой вред, на какой только хватало сил. Лазло Тиберий возглавил флот Ордена, вычищающий предателей из их нор, но в Ультрамаре было много мест, где можно спрятаться.

Увидев магистра Ордена Ультрадесанта, пилигримы стали кланяться или падать на колени. Некоторые нерешительно приблизились, но предупреждающие взгляды несущих топоры воинов Почетной Стражи, заставили их передумать подходить ближе.

Калгар не желал, чтобы ветераны Эрикса были такими грубыми, но Декрет о защите был абсолютным и неоспоримым. Лазутчики Рождённых Кровью достигли поверхности Макрагга в облике паломников, и никто не хотел повторения того, что случилось в Эванестусе с Фабианом, капитаном Третьей.

Калгар распознал конкретные черты, генетически присущие мужчинам и женщинам из Эспандора и Квинтарна. Он мог расслышать диалекты этих близких к Макраггу миров, даже в шепоте, пронизанном глухими гласными, характерными для восточных городов Конора.

Чтобы добраться до центрального мира Ультрамара, эти люди следовали Тропой Пилигрима от Иакса к Калту, от Калта до Эспандора, а затем к Макраггу. Раньше некоторые отвлекались чтобы посетить Талассар, увидеть древние стены Кастра Танагры. Кастра Танагра видела слишком много смертей, слишком много страданий, и ее раны еще слишком свежи, чтобы глазеть на них, пусть даже и с уважением. Со временем пилигримы вернутся, но Ультрамару еще предстоит пролить слёзы до этого.

— Мне нравится бывать здесь, когда нужно восстановить душевное равновесие, — послышался голос из расположенного в углублении реликвария, — полагаю, вам тоже, господин.

— Ты что же, ждал меня здесь? — спросил Калгар, когда из реликвария показался Варрон Тигурий, держа в правой руке увенчанный черепом посох.

— Почему вы решили, что я мог бы?

Калгар подавил свою первую реакцию, будучи раздраженным из-за привычки главного библиария отвечать вопросом на вопрос.

— Потому что ты всю прошлую неделю просил меня об аудиенции, и ты знаешь, что я часто прихожу сюда, когда здесь тихо.

— Помогают ли вам визиты сюда? — спросил Тигурий, — я имею в виду, облегчают ли вашу ношу?

— Иногда, — признался Калгар, — я смотрю на владыку Жиллимана, и думаю о временах когда он жил. Меня утешает знание, что то, с чем мы столкнулись сейчас, отличается от того, что было с Пятьюстами Миров тогда, как плевок и дождь.

— Тогда я должен заранее принести свои извинения.

— За что?

— За добавление груза к вашему бремени.

Калгар поманил Тигурия к себе, и бронированная стена Почетной Стражи расступилась, чтобы пропустить библиария.

— В прошлом году было тяжело, правда? — сказал Тигурий, принимая протянутую Калгаром руку.

— У меня нет на это времени, Варрон. — Ответил Калгар, и они пошли вокруг сияющей стазис-гробницы примарха, — просто скажи то, что ты хотел сказать.

— Прошедший год был не легким, — повторил Тигурий, — потери, понесенные в боях с Рожденными Кровью, были тяжелыми, и все усилия направлены на пополнение рядов боевых рот. Мало кто из нуждающихся в помощи за пределами наших границ, удостаивается аудиенции.

— Ещё меньше тех, к кому я посылаю моих воинов.

— На то есть причины, — сказал Тигурий. Он сделал паузу, когда они прошли мимо мраморной плиты, установленной в честь павших воинов Ветеранской роты. — Наши владения сейчас слабее чем были в прошедших веках, и бремя защиты всё больше и больше ложится на плечи простых смертных Ультрамара.

Огромные перчатки Калгара сжались в кулаки. Характер Калгара испортился в последнее время, и манера Тигурия заходить издалека портила его еще больше.

— Ты устроил эту засаду только для того чтобы расстроить меня еще больше, или у тебя действительно есть какое-то дело?

Тигурий кивнул и посмотрел на список имен, выведенный сусальным золотом по бледному мрамору. Во главе списка было имя величайшего героя Первой роты в памяти живущих, Саула Инвиктуса. Калгар протянул руку, чтобы как обычно прикоснуться к плите.

— Делом, мой господин, — продолжил Тигурий, — является то, что нужно предпринять в отношении Агеммана. Я знаю, вы цените его советы, и меч в его руке, но сейчас не время позволять прошлым победам и честной службе делать нас слепыми к тому факту, что Кастра Танагра изменила его.

— Север Агемман — герой Ультрамара, — сказал предупреждающе Калгар, — герой Империума.

— Без вопросов, это так, — ответил Тигурий. — Я стоял с ним на стенах Кастра Танагры. Я видел, как вы оба сталкивались с повелителями демонов, но он уже не тот человек, каким был раньше.

— Никто из нас не остался таким же, Варрон, — произнёс Калгар, глядя на изможденное лицо библиария. — Может быть, что ты изменился больше всех.

Сдерживая демонов вдали от стен Кастра Танагры, Тигурий опустошился так, как Калгар и не мог себе представить. Тигурий мрачно улыбнулся.

— В этом есть правда, господин, но вы знаете, о чём я говорю. Первая рота нуждается в воине, который будет вести их в бой, а Север никогда полностью не оправится от нанесенного ему повелителем демонов удара. Вы знаете об этом так же, как и я.

— Ты добиваешься, чтобы я заменил его?

— Да, добиваюсь.

— И кто же сможет заменить его? Сикарий? Вентрис? Гален?

— Не мне решать это.

— И когда это тебя останавливало?

— Это решение твоё и только твоё. Слишком многое зависит от тебя, чтобы сделать правильный выбор.

— Есть что-то еще, что я должен знать? — понял намёк Калгар.

— Много чего. Но в первую очередь то, что новый враг собирает силы против нас. Его нечеловеческий и древний разум опаснее всего, с чем мы сталкивались до этого, — сказал Тигурий, глядя на лицо Мстящего Сына. — И мы должны быть готовы встретить его.