Беглец. Бегство в СССР. Часть 2. - Влад Радин
— Прочишь мне карьеру целителя?
— Ну, что ты, дурачок, какого целителя? Такой дар надо прятать от людей. Увы, но это так.
— Хорошо, что хоть это, ты понимаешь.
— А я вообще девочка сообразительная.
— Ладно сообразительная девочка, извини, но я сегодня чертовски устал. Надо мне надавить на массу минут так шестьсот.
— Да извини, я ухожу.
Варвара вышла из комнаты и осторожно закрыла за собой дверь.
Глава 8
На следующий день ровно в пятнадцать часов Варвара подъехала к гостинице на своём «Москвиче». Залезая в машину я преминул подколоть её:
— А хорошо у нас живут молодые специалисты. На своём авто разъезжают.
— Увы это не моё авто. Я вожу его по доверенности. На своё авто я ещё не заработала.
— Смотрю строгие у тебя предки.
— Да, у моих предков особенно не забалуешься. Я эту доверенность можно сказать с боем вырвала.
Когда мы уже ехали Варвара задумчиво сказала:
— Если, кто — ни будь ещё пару недель назад, сказал бы, что я буду выполнять роль ассистента у экстрасенса, я бы подняла этого человека на смех. Эх, выгонят меня с работы причём с волчьим билетом!
— Ничего, — в тон ей ответил я, — ассистентом у экстрасенса ты заработаешь на кусок хлеба с маслом.
* * *
Софья Абрамовна сразу же после первого звонка открыла нам дверь. Увидев её я поразился тем изменениям, что произошли в её внешнем облике всего за сутки. Вчера я видел старую измождённую женщину, почти старуху, в глазах которой плескалось отчаяние и страдание, а сегодня передо мной предстала бодрая, энергичная женщина (у неё кажется были даже подкрашены губы), но главное её глаза! В них я увидел надежду.
— Ой Андрей, Варечка, заходите скорее, извините, что у меня кругом не прибрано, как Миша заболел, мне стало как-то не до уборок! Сейчас я вам тапочки найду.
— Здравствуйте, Софья Абрамовна, — поздоровался я с ней, войдя в квартиру, — как самочувствие Миши?
— Мишенька проспал всю ночь совершенно спокойно, как вы и говорили, проснулся утром. Я его покормила. Знаете у него кажется румянец появился. Сознание ясное, меня и папу прекрасно узнаёт, голова не болит. Он даже встать хотел. Только я не разрешила. А вы, Андрей, как себя чувствуете?
— Нормально, Софья Абрамовна. Как говорили в прежние времена готов к труду и обороне
— Знаешь Варенька, я всё — таки разузнала, что это был за случай с меланомой у этой как её Бируты Озолс, — обратилась Лернер к Варваре, — действительно Осипов поставил такой диагноз этой девушке и гистология его подтвердила. Только когда эта Озолс поступила в стационар, никаких следов меланомы у неё обнаружено не было. Я знаю Осипова и хотя у меня с ним не самые лучшие отношения, но ценю его как очень хорошего специалиста. Я полагаю, что он не мог так ошибиться и принять меланому, да ещё в третьей стадии за, что — то другое. Это вы, Андрей, вылечили эту девушку?
— Да, я, Софья Абрамовна, вот только Варвара Викторовна, после этого, хотела меня под суд отдать. В ней тоже заговорила профессиональная гордость. Правда мы быстро сумели договорится и сейчас она, как вы видите, придерживается несколько иной точки зрения.
— Было такое дело, — подтвердила мои слова Варвара., — но вы и меня правильно поймите. Просто так меланома, да ещё и с множественными метастазами никуда исчезнуть не может! Я уже знала кое- что о способностях Андрея, но он клятвенно заверял меня, что никогда не собирается лечить онкологию. Мол ему это не под силу. И вдруг такое!
Мы опять прошли на кухню. Я присел на стул и решил немного собраться перед сеансом. Мне вспомнились слова прадеда, который очень предостерегал меня от чрезмерного расхода энергии во время проведения сеансов, говоря, что от этого «может и кондрашка хватить». Вчера я кажется несколько увлёкся и меня едва не посетила эта самая «кондрашка».
Я посидел немного надел на палец перстень (заметил при этом как бросила на него свой любопытный взгляд Софья Абрамовна) поднялся и пошёл в комнату к Мише.
* * *
Миша и на самом деле выглядел значительно лучше чем вчера. Выражение лица мальчика было совсем другое, и главным был тот осмысленный взгляд, каким встретил он меня.
Я поздоровался с Мишей и спросил его:
— Ну, как, Михаил, голова болит?
— Привет, Андрей, — ответил он мне, — не болит. А ты опять меня лечить пришёл?
— Да Миша, я опять пришёл тебя лечить. Давай я положу тебе руку на голову, ты досчитаешь до десяти и заснёшь. Хорошо?
Мальчик тяжело вздохнул и сказал мне:
Я не хочу спать. Я хочу встать и ходить. Я хотел встать сегодня, но мне мама не разрешила.
— Давай все — таки ты заснёшь не надолго. Так будет лучше.
Мальчик опять тяжело вздохнул и согласно кивнул мне.
* * *
Чёрная каракатица в мозгу мальчика дергается и пульсирует. Она не хочет умирать. Она хочет жить дальше, пожирая мозг ребёнка. Надо нанести по ней удар. Вложить в него все свои силы. Помочь организму справится с этой нечистью. Надо ударить по ней. И так- раз, два, удар! Раз, два- ещё удар! Отлично! Теперь надо воздействовать на иммунную систему, что бы её клетки начали уничтожать, хищные щупальца каракатицы.
— Андрей, Андрей, — донёсся до меня откуда — то издалека голос Варвары, — Андрей, как ты себя чувствуешь?
Я открыл глаза и прислушался к своим ощущениям. Определённо, кроме сильного головокружения, никаких других негативных ощущений я не испытывал. Головокружение и небольшая слабость. Видимо я всё- таки начал потихоньку усваивать уроки своего прадеда.
Я обернулся в сторону, откуда доносился голос Варвары и чуть было не свалился со стула. Нет, всё — таки голова кружилась у меня очень порядочно. Надо было быть очень осторожным. Так недолго и завалится на пол.
— Андрей, ты так сидел почти целый час, — продолжила Варвара, — мы с Софьей Абрамовной начали уже беспокоится. У тебя всё в порядке?
— Да. В общем да. Только немного голова кружится, — ответил ей я.
— Ты закончил сеанс?
— Да. Помоги мне подняться со стула.
Варвара подбежал ко мне и я опёршись о её плечо (чёрт, как голова кружится!) вышел из комнаты.
* * *
На кухне Варвара усадив меня на стул, сразу измерила мне давление (охнув когда, увидела результаты измерения), затем после недолгого совещания с Софьей Абрамовной мне было
