Джокер. Рождение, жизнь и наследие самого харизматичного злодея Готэм-Сити - Массимилиано Л. Капучио

его словам, «после того, как я вставил четвертый патрон, начал смеяться: „Зачем мне четыре патрона? Я собираюсь застрелиться четыре раза?“ И у меня началась истерика. Я подумал, что это было так забавно». Его смех над этой нездоровой «шуткой» задержал его ровно настолько, чтобы дочь успела его спасти. Он делает следующий вывод: «даже в таких разрушительных вещах, как самоубийство, присутствует юмор»[377]. Он также отмечает, что «иногда, когда сообщают о несчастье, люди улыбаются или смеются, не веря своим глазам. Затем истерика проходит. Часто на похоронах можно услышать странный смех»[378].

Джерри часто утверждал, что его юмор возник из-за эмоциональной боли, в том числе из-за страданий, которые он перенес как еврей[379]. Комедия преобразила его агонию в радость и помогла ему преодолеть источники боли: «суть всей комедии», говорил он, в том, что обездоленный человек противостоит угнетающим его силам и сопротивляется им[380]. Комедия по своей сути жестока, но она может бороться с человеческой жестокостью, превращая ее извращенное «безумие» в юмористическую «чокнутость»[381], превращая «негатив в позитив»[382]. Таким образом, бессмысленная жестокость мира становится глупой, радостной «бессмыслицей»[383].

Это может объяснить загадочное и интригующее использование Джерри термина «высокий». В фильме «Обходительный преступник» (1957) персонаж Джерри, Сидни, случайно оказывается в центре бандитской разборки. В результате, как говаривал Джокер, «случайной несправедливости» полиция арестовывает его, несмотря на его абсолютную невиновность. Позже, на опознании, Сидни расстраивается из-за несправедливых и жестоких угроз полицейского. Он рыдает и бормочет какую-то тарабарщину, странным образом завершающуюся словами: «Я слишком высокий, чтобы умереть!»[384] Высокий рост для него, похоже, является чем-то, что сопротивляется смерти. Джерри советует: «держитесь прямо… даже если вы маленького роста»[385]. И он говорит, что клоуны, должно быть, «высокие», когда унижают себя, чтобы другие почувствовали себя более значимыми в сравнении с ними[386]. Другими словами, Джерри, очевидно, рассматривает комедию как способ «подняться над» случайной и жестокой несправедливостью, вызванной случайным несчастьем и небрежностью людей.

Джерри развивает эту мысль до конца в «Дне, когда клоун плакал». Он так и не довел фильм до финального вида, а то, что есть, в настоящее время недоступно широкой публике. Но, опираясь на пару версий сценария и несколько разрозненных фрагментов фильма, мы можем представить, каким мог бы стать фильм, если бы он был закончен. В нем Джерри играет персонажа по имени Хельмут Дорк, который борется за выживание и является неуспешным клоуном в нацистской Германии. После его пьяных насмешек над Гитлером его отправляют в тюрьму, двор которой разделен пополам с помощью колючей проволоки, на второй стороне находятся пленные евреи. В конце концов он добивается успеха в комедийном жанре, развлекая еврейских детей, которые с радостью наблюдают за его глупыми выходками через проволоку. Офицер СС замечает гуманное отношение Хельмута к евреям и наказывает его, с силой повалив на землю. Хельмут, стремясь оградить детей от зрелища этого злонамеренного и несправедливого насилия, делает вид, что все это – часть его комедийного спектакля. Он болтает с офицером и высмеивает его авторитет преувеличенными поклонами. Когда другой заключенный вмешивается и подвергается жестокому избиению, клоунада Хельмута против этого угнетения переходит все границы, и он исполняет безумный, нелепый танец, который он частично продолжает, даже когда его уводят тюремные охранники[387].

Звучит мрачно? Становится еще хуже. Хельмута случайно отправляют с детьми в концентрационный лагерь, где их просто уничтожат. Когда он прибывает, он вынужден отвести их всех в газовую камеру. Несмотря на душераздирающую боль, он превращает ее в забаву для них, надевая самодельное клоунское лицо, в том числе нос-луковицу, выкрашенный в красный цвет его собственной кровью, и заставляет их представить, что их марш на смерть – это веселое цирковое шествие. Джерри говорит, что дети «со смехом и песнями отправились прямиком в газовую камеру»[388], и Хельмут решил присоединиться к ним, чтобы умереть вместе с ними. Согласно одному из сценариев, после того, как дверь закроется и их ужасная судьба будет решена, Хельмут развлекает детей клоунским жонглированием. Затем они «собираются вокруг него» и «подхватывают его тихий смех, сначала робкий, затем все более уверенный, пока камера не огласилась тихим смехом»[389]. Возможно, эсэсовцы и убили Хельмута, но они не смогли сломить его. Он был слишком высоким, чтобы умереть.

Когда Джерри встречает Джокера

Одна из случайных связей между этими двумя клоунами заключается в том, что персонаж Джерри в фильме «Король комедии» (1982) является образцом для Мюррея Франклина из «Джокера» 2019 года. Но Джокер также отдает дань уважения Джерри за его комедийное мастерство. В одном случае Джокер пытается развлечь жертву фильмом Чаплина, а когда у нее не получается рассмеяться, он говорит: «Может быть, если бы я поставил Мартина и Льюиса», это «привнесло бы немного легкомыслия в вашу мрачную и однообразную жизнь»[390]. В другом случае, когда он пытается заставить пленников посмеяться над своим собственным извращенным комедийным выступлением, он заявляет: «Если бы я был Джерри Льюисом, вы бы покатывались со смеху!»[391] Его уважение Джерри даже переходит в зависть: он дает понять, что знает, что не сможет распространить свою комедию во Франции, где Джерри считают гением, но его приспешник говорит: «Босс, однажды вы перестанете зацикливаться на Джерри Льюисе»[392].

На самом деле эти двое встречаются в одном из выпусков комикса The Adventures of Jerry Lewis («Приключения Джерри Льюиса»). В заключительной сцене мы видим Джокера, одетого в костюм кенгуру, угрожающе направляющего на Джерри автоматическую штурмовую винтовку, говоря: «Приготовься к смерти! У тебя есть какие-нибудь последние слова?» Джерри отвечает с глуповатым выражением лица: «Только одно, пожалуйста! Помоги-и-ите!» С этим криком начинается хаос, а Джокер и его приспешники разлетаются в разные стороны[393].

Радостная смерть Делёза

Это событие в комиксе напоминает многие хаотичные, абсурдные сцены из фильмов Джерри, к которым Делёз проявлял философский интерес. По словам Делёза, Джерри чрезмерно чувствителен и уязвим к разрушительным силам окружающего мира. Врач лечебницы Аркхем замечает нечто подобное в Джокере, который «не имеет власти над чувственной информацией, которую получается из внешнего мира» и «может справиться с этим бурным потоком входящих данных, только если позволит себе плыть по течению»[394]. Но у Джерри это более физиологично. Хаотические силы проникают в его тело и нарушают его работу сильными спазмами и произнесением бессвязной тарабарщины. Затем он отправляет эти неуправляемые силы обратно в мир, чтобы вызвать еще более комичные