«Я буду бороться за священные права редакции». Переписка М. А. Алданова и М. М. Карповича. 1941–1957 - Коллектив авторов
Если б оказалось, что типография опять ошиблась, – что можно выпустить (т.<о> е.<сть> отложить)? По-моему, рецензию Вакара, так как в ней ничего злободневного нет и в 12-ой книге ее можно было бы пустить как статью. А также письмо Юрьевского?[7]
Все, к кому я обращался, отказались написать некролог С.<оломона> Полякова. Наконец, Цвибак согласился дать «речь». Она очень коротенькая, и ее заменить нечем.
Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 2.
№ 202. М. М. Карпович – М. А. Алданову
21‑го ноября 1945 г.
Дорогой Марк Александрович,
Я написал Марии Самойловне письмо со своими соображениями насчет сроков выпуска книжек журнала, а также сроков сдачи материала и корректур. Если Вы и Мария Самойловна мою схему одобрите, то нам надо стремиться выпустить двенадцатую книжку к 15 марта, для чего по моему календарю к 15 декабря надо сдать в типографию весь материал к набору. К счастью, многое у нас уже есть.
В беллетристике – Зайцев, «Билет» Ставрова, Яновский и, надеюсь, «Истоки». Не знаю, будет ли Чехов и используем ли мы Варшавского? Нужно позаботиться и о стихах. Кстати, кто будет этим заниматься? У меня никаких связей с поэтами нет. Еще надо иметь в виду, что при номере в 300 страниц беллетристику придется свести со 175 до 130 страниц.
Со статьями дело обстоит так. Политические статьи: уже имеется Николаевский (конец Японии), Тимашев (отложенная статья), Маклаков. Мы уже просили Зака (русско-американские политические отношения) и Денике, и оба они уже согласились. По моему расчету, мы не сможем теперь помещать более пяти политических статей по 15 страниц каждая в одном номере (всего 75 страниц). Как будто отдел заполнен, но, может быть, предпочтительно отложить Тимашева на 13-ую книжку и просить кого-нибудь написать что-нибудь более злободневное. Надеюсь, что и Денике выберет тему скорее острого и проблемного характера. Не-политические статьи: (литература, искусство, воспоминания). Имеются уже Бабкин, Дерюжинский, Шик (если он не попадет в этот номер), Галич (если он согласится). На этот отдел мы тоже не можем уделить более 75 стр.<аниц>. Как будто бы остается еще место. Можно будет пустить, сильно его сократив, некролог П.<етра> П.<етровича> Юренева[1], присланный В.<ладимиром> А.<ндреевичем> Оболенским[2].
Рецензии и заметки. На них остается 20 стр.<аниц>. Уже обещаны, вероятно, довольно большая рецензия Зензинова об американской «Россике» и рецензия Денике о книге Бармина. Я подумаю о том, кого еще и о чем просить написать. Речь может идти о трех-четырех рецензиях. Можно поместить и больше, если условиться с Коварской, что, ввиду более частого выхода книжек, она будет давать свои художественные обзоры через номер.
Я забыл, что Вы, кажется, имели в виду статью о Бунине, и забыл про обзор советской литературы. Здесь я предложил бы, чтобы обзор беллетристики в советских журналах мы тоже давали [бы] через номер – один раз Александрова, а один раз Зензинов, а в промежутке мы помещали бы обзор исторических и политических статей в советских периодических изданиях, о чем можно было бы просить Денике и Николаевского.
Не думаете ли Вы, что то, что у нас уже есть и что пойдет несомненно, можно уже теперь посылать в набор, не дожидаясь выхода ближайшей книжки? Думаю также, что теперь же надо заказывать хотя бы некоторые статьи для 13‑го номера, материал для которого должен быть готов к 15‑му марта.
Шлю вам сердечный привет.
Искренне Ваш М. Карпович
Машинопись. Подлинник. Бланк. BAR. Aldanov. Nov. 1945.
№ 203. М. М. Карпович – М. А. Алданову
22‑го ноября 1945 г.
Дорогой Марк Александрович,
Получил сегодня Ваше письмо и верстку. Последнюю, просмотрев, сегодня же пошлю в типографию. Рецензию Вакара, конечно, придется оставить там, где она есть, несмотря на ошибку со шрифтом. Ваш некролог мне очень понравился, но я позволил себе выпустить последнюю фразу. Мне кажется, что нам неудобно и перед читателями, и перед сотрудниками говорить о том, что журнал «может быть, не оправится от этого удара»[1], т.<о> е.<сть> высказывать сомнение насчет его дальнейшего существования. (Я предлагаю вариант. См.<отрите> отдельный листок.)
Насчет Чехова напутала что-то типография. Не только у меня здесь нет никаких страниц из этой корректуры, но я отлично помню, как я их все считал и складывал по порядку перед тем, как вложить в конверт.
Статью (вернее, некролог) Первушина прочту и напишу о ней позднее.
Возвращаю Вам с благодарностью записочку Полонского. Я тоже думаю, что Берберовой лучше всего было бы прислать фактическое опровержение в Новое русское слово.
Рад, что инцидент с Берлиным принял благоприятный оборот. Только из Вашей формулировки мне неясно, о чем идет дело. Вы пишете о второй части. Я ему предлагал опустить начало о церкви и конец о русском народе в войне, оставив только среднюю часть о Достоевском и большевиках. Надеюсь, что он именно это имеет в виду.
Если придется что-нибудь выпускать, то, конечно, можно отложить Вакара. Но пока я не нашел в нумерации страниц. Речь Андрея Седых, по-моему, достаточно заменяет некролог.
Шлю Вам сердечный привет.
Искренне Ваш М. Карпович
Машинопись. Подлинник. Бланк. BAR. Aldanov. Nov. 1945.
№ 204. М. А. Алданов – М. М. Карповичу
1 декабря 1945
Дорогой Михаил Михайлович.
Простите, что не писал Вам: был весь поглощен работой в типографии и для нее. Все снова прочтено (мне очень помогла Вера Александровна <Александрова>) и, в меру возможного, исправлено. Вы хорошо сделали, что выпустили последнюю фразу в некрологе Мих. Ос-ча. Остальные Ваши поправки я тоже внес (были и другие), кроме «Антихриста»: хотя фраза действительно бестолковая, но, по-видимому, так написал автор (об Антихристе в рецензии говорилось и раньше)[1]. Типография обещает, что в среду или в четверг книга поступит к брошюровщику. Указания относительно обложки и траурной каймы вокруг имени М. О-ча исполнены.
Теперь 12-ая книга. Вчера от типографии сюрприз: новое повышение (для 12-ой книги) в 15 процентов! Марья Самойловна вступает в переговоры с другой типографией, хотя я думаю, что Камермахер уступит. Это повышение может съесть всю экономию от сокращения размера – или очень значительную ее часть.
У нас есть для 12-ой книги: 1) статья Шика (уже набранная); Берлин; Дерюжинский; Бабкин; Мельгунов (исполинских размеров статья о Лунине[2]); Херасков[3] (получен вместе с Мельгуновым); Маклаков. Быть может, и Керенский. В беллетристическом отделе: Яновский; Ставров; Зайцев (вещь интересная: «Глеб», разделить можно, набрав страниц 40–50); «Истоки» (я могу дать столько, сколько нужно будет для заполнения отдела в 130 или, лучше, в 140 страниц, – конечно, прежних длинных отрывков давать уже не буду (разве только в 13-ой книге, где будет 1 марта)). Стихи: вдова Балтрушайтиса[4] прислала мне ряд его стихотворений, – это довольно большое имя. Вероятно, и Бунин пришлет еще небольшой рассказ. Мы заказали статьи Николаевскому (т.<о> е.<сть> конец) и Денике. Александрова обещала написать о Бунине (Зензинов не хочет). При таких условиях мне кажется, что книга уже почти готова. Кое-что, конечно, можно отложить (напр.<имер>, Ставрова, Хераскова). Что делать со статьями? Послать ли Вам теперь же Мельгунова и Хераскова? Послать ли также Зайцева и стихи? Что сдать сейчас же в типографию, когда и так или иначе с ней сговоримся?
Приезжаете ли Вы? Я сегодня получил письмо от Александра Федоровича, другое получил Коновалов. У него с Лидией Федоровной <Триттон> все благополучно. Но в письме к Александру Ивановичу <Коновалову> он намекает, чтобы ему послали известную Вам телеграмму. Коновалов Вам уже сообщил, что
