Slayer. Титаны американского трэш-метала - Д. С. Феррис

Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 106

В накалившейся обстановке рабочие аспекты стали серьезной проблемой.

Пока остальные ребята радовались приличному заработку, Ломбардо стал задаваться вопросом, а где же его чеки. И не в последний раз.

Дэйв, как и все, получал доход от гастролей – за мерч и выручку с продажи билетов. Но когда чеки стали приходить от лейбла Def Jam, его сумма была значительно меньше.

Ломбардо не писал тексты и не получал авторский гонорар, составляющий приличные деньги со сделок на запись.

«У нас был контракт с лейблом, – вспоминал Ломбардо. – И я заметил, что мне не платят. И вот ребята подписали контракты на авторство, что и вынудило меня уйти из группы».

В дороге раздражение усугублялось стрессом от социального разнообразия.

Чета Ломбардо не выступала единым фронтом. Иногда они были против всего мира; иногда – друг против друга. Тереза раздражала Дэйва и много чего могла себе позволить.

«Она знает, как вывести Дэйва из себя, – сказал Кинг. – И ее присутствие в автобусе – настоящая пытка. Она могла сказануть что-то вроде: “А тот парень на меня так смотрит” – вела себя как глупая школьница, пытающаяся вызвать ревность. Эти двое вечно что-нибудь творили. Не хочу, чтобы сложилось впечатление, что она плохой человек – это не так».

На гастролях ребята не могли спрятаться друг от друга и забыться в компании друзей, как дома в Лос-Анджелесе. Тесная обстановка автобуса вносила свои коррективы в общение между музыкантами.

Бас-гитаристка White Zombie Шон Изел, гастролировавшая со Slayer в 1990-х, дает весьма говорящую характеристику всех музыкантов Slayer по мере того, как во время ежедневной гастрольной рутины проявлялись их личностные качества:

«Том – хороший полицейский, – говорит она. – Джефф – плохой полицейский. Дэйв – хороший полицейский. Керри – плохой полицейский».

Если офицеру Ломбардо предлагали расслабиться и повеселиться, это не срабатывало.

«Он вел себя как придурок, – говорил Ханнеман, основатель организации «Клуб мерзких засранцев» в Slayer. – И как только он начинал вести себя как мудак, мы относились к нему так же – то есть плохо. Поэтому ничего хорошего получиться не могло».

Концерты всем давали выпустить пар. Но сами шоу зачастую лишь усиливали разногласия внутри коллектива.

18. Гастроли продолжаются

В середине 80-х рок-н-ролл собирался отплыть от причала. Стадионные металлические группы привычным образом исполняли десятиминутные соло. Два тура подряд Iron Maiden играли изрядно затянутую 15-минутную «Rime of the Ancient Mariner».

Группы вроде Slayer устанавливали новые параметры экстремального металла: как его исполнять и как на него реагировать. Но у них была поддержка. В одной программе могли выступить удивительно разноплановые коллективы – металл и хардкор превратились в одну большую оголтелую субкультуру.

Завершив работу над Reign in Blood, Slayer отыграли дома в Лос-Анджелесе в Olympic Auditorium, боксерской арене на 10 000 человек. 7 ноября, после выхода альбома, Slayer вернулись.

Открывали концерт группы c противоположного полюса: их друзья-хардкорщики из D.R.I., металхэды с крупного лейбла Metal Church, двухгодичный хардкор-коллектив BL’AST, в котором успел побывать будущий певец Alice in Chains, заменивший Лейна Стейли, Уильям Дюваль. И Overkill, еще одна формация с крупного лейбла, объединившая в своей музыке традиционный металл и трэш. Каждая группа привлекала на концерт свою публику, и танцпол стал резней и побоищем, где не было сидений. В те дни ирокезы и маллеты[45] пересекались редко. Либо пересекались, но заканчивалось все плачевно.

Не так давно Bon Jovi сняли на этой площадке свой знаменитый клип на песню «Livin’ on a Prayer». Когда выступали Slayer, повсюду летали тела – заграждения были не нужны.

«Танцпол в тот вечер представлял собой самое настоящее безумие и сумасшествие, – писал в мемуарах Notes from the Nest («Записки из гнезда») фронтмен D.R.I. Курт Брехт. – Скинхеды и патлатые металхэды отрывались вместе с панками в потном вонючем безумстве, ходили по головам, прыгали со сцены, творилась суматоха и месиво с петушиными боями… Все в татуировках, с голым торсом, скинхеды заходили в круг и ждали, пока в них кто-нибудь врежется и сломает себе челюсть… Цементный пол мошпита был мокрым из-за потной толпы, а из-за разлитого пива стал еще более скользким. Время от времени какая-нибудь несчастная душа падала в эту мерзость, обычно создавая кучу-малу».

Теперь, когда Reign in Blood вышел на улицы города, Slayer готовы были привезти калифорнийское безумие в остальные штаты огромной страны. Overkill – ветераны из Нью-Джерси, корнями уходящие в панк, но в настоящий момент колеблющиеся между командами первого и второго эшелона, – на протяжении месяца той осенью выступали у Slayer на разогреве.

«Разогревать Slayer, безусловно, задачка не из легких, и я сейчас говорю про исполнение, – рассказывает Скейтс. – Их стандартам я не соответствовал. А я пытался как мог, ведь они – самая быстрая и тяжелая группа. Песни Overkill были довольно быстрыми, но я заметил, что играю их гораздо быстрее, чем в итоге все испортил. Перед обезумевшей публикой Slayer исполнять “In Union We Stand” было тяжко. Каждый раз я думал: “Ладно, сейчас получу бутылкой пива по башке, если не буду осторожнее”. Никто из толпы не боялся подходить к Overkill или любой другой группе, выступавшей на разогреве у Slayer, и показывать средний палец, приговаривая: “Пошли на хуй! Slayer давай!”. Потому что они пришли на Slayer».

Когда Slayer вышли на сцену, группа за считанные минуты достигла максимальной скорости и не сбавляла оборотов до конца выступления. Они жаждали крови и всюду были мошпиты. Никакой разминки. Никаких длинных соло.

Во время выступлений Slayer ничто не было более символичным и показательным для нового века металла, чем отказ группы от самой заветной традиции рока: выпендреж с гитарными соло. Кинг и Ханнеман – легендарные музыканты, но они никогда не были типичными гитарными идолами.

«Начнем с того, что я не вижу себя или Джеффа в центре внимания, – объяснял Кинг. – Я считал, что три парня на сцене перед толпой это и есть Slayer… Раз уж на то пошло, мне внимание не нужно. Я не считаю себя Закком Уайлдом [бывшим гитаристом Оззи Осборна]. Я бы и сам заплатил, чтобы кайфануть от получасового соло Закка Уайлда. Но я лишь деталь в мозаике. Я не суперзвезда. Играть долгие соло кажется мне странным».

Slayer начинали выступление с песен, которые сегодня берегут для окончания вечера. Иногда они открывали шоу песней «Raining Blood» и стремительно переходили к «Angel of Death» – все равно что Спрингстин начинал бы с «Thunder Road», а потом тут же переходил к «Born to Run».

Ломбардо

Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 106