Райские сады кинематографа - Валерий Яковлевич Лонской
Снять картину мне помог все тот же «Глобус», покинувший к тому времени территорию Киностудии имени М. Горького (и обосновавшийся в здании Фонда Ролана Быкова на Чистопрудном бульваре) и ставший отныне самостоятельной студией, художественным руководителем которой по-прежнему являлся В. Железников.
После того как экспертное жюри, а затем руководство Госкино поддержали сценарий и выделили на него средства, мы смогли приступить к постановке фильма. Особая благодарность в этой связи куратору проекта, сотруднику Госкино Светлане Икрамовой, оказывавшей содействие нашему фильму на всех этапах.
Решено было все производственные работы проводить на «Мосфильме», который оставался для меня родным домом, несмотря на печальный облик его в тот период и изгнание меня и моих коллег за штат студии. Как-никак «Мосфильму» к тому моменту были отданы около двадцати пяти лет моей жизни.
Группу удалось собрать без особых сложностей. Многие специалисты в этот период были без работы. Оператором фильма снова стал Юрий Невский. Это был наш пятый совместный фильм.
На должность художника-постановщика я пригласил талантливую и изобретательную Людмилу Кусакову, принимавшую участие в создании целого ряда замечательных мосфильмовских кинокартин. Забегая вперед, скажу, что наше сотрудничество продолжилось и на следующем фильме – «Артист и мастер изображения». Творческое участие Кусаковой в создании этих двух фильмов трудно переоценить. Я рад, что мне удалось встретиться в работе с таким мастером. И очень сожалею, что в дальнейшем, в силу занятости Кусаковой на картинах К. Шахназарова, нам больше не удалось поработать вместе.
Особо следует сказать об исполнительном продюсере (так теперь именовалась должность директора картины) Александре Тимофеевне Демидовой. С Сашей Демидовой мы познакомились в далеком 1975 году, когда она пришла в Первое творческое объединение, в котором я работал, на должность производственного редактора. Это что-то вроде заместителя директора объединения по производственным вопросам. Демидова, будучи успешным директором картины, вынуждена была на время оставить эту работу. По семейным обстоятельствам она не могла ездить в длительные командировки. Позднее, когда обстоятельства ее жизни изменились к лучшему, она вновь вернулась к работе директора картины. В ее послужном списке немало великолепных картин, таких как «Дядя Ваня» (режиссер А. Кончаловский), «Сталкер» (режиссер А. Тарковский), «Формула любви» и «Убить дракона» (оба – режиссер М. Захаров) и др. Об Александре Демидовой, с которой мы трудились над «Бархановым…», а потом и над «Артистом и мастером изображения», следующим нашим фильмом, могу говорить только в превосходной степени. Высокий профессионал, хорошо знающий свое дело, она создала все условия, чтобы я, как режиссер картины, и творческая группа спокойно работали, не отвлекаясь на различные мелочи и ненужные проблемы. И я ей благодарен за это.
Теперь несколько слов об актерах, снимавшихся в фильме. Сочиняя сценарий, я знал заранее, кого приглашу в качестве исполнителей. Роли писались на конкретных артистов. Роль Барханова писалась в расчете на индивидуальность актера Игоря Бочкина, а роль безработного артиста Алябьева сочинялась для Виктора Ракова. Роль «шефа», вдохновителя бандитских затей, писалась в расчете на актера Всеволода Шиловского, а роль его подопечного, уголовника по кличке Писатель, была сочинена для актера Бориса Щербакова, сыгравшего до того, подобно Ракову и Бочкину, в двух моих фильмах. Роль эксперта Чулкова писалась для Льва Борисова. Роль Анны Петровны предназначалась для актрисы Анны Фроловцевой. К счастью, все они и сыграли в фильме эти роли. И, на мой взгляд, сделали это мастерски!
Только исполнительницы двух основных женских ролей определились накануне съемок. Подругой Барханова по имени Мата Хари суждено было стать актрисе Ларисе Удовиченко. На роль Катрин, лукавой обольстительницы из команды Барханова, была утверждена начинающая актриса Илона Шевнина, оказавшаяся на кинопробах лучше других претенденток.
Начались съемки. Несмотря на перебои в финансировании фильма и рост цен, за которым с трудом поспевало обнищавшее население, и наша съемочная группа в том числе, работалось на удивление легко. Нас – меня, оператора, актеров – объединяла дружба и желание сделать нечто такое, что может доставить радость зрителям и дать им надежду на преодоление жизненных невзгод. Одним словом, не буду оригинальным: в очередной раз, вслед за многими нашими коллегами, мы стремились сказать, что зло можно победить и не следует отчаиваться.
О трудностях, которые возникали по ходу съемок, говорить не имеет смысла. Выделю только несколько моментов. Непросто нам дались съемки большого эпизода «Погоня», где люди «шефа» преследуют машину, в которой находятся Барханов и Мата Хари. Значительное увеличение количества личного автотранспорта в Москве стало серьезным препятствием во время работы – ведь погоня происходит днем на центральных улицах, в частности на Никитском бульваре. Тем не менее с помощью сотрудников ГАИ, которые на короткое время перекрывали движение на бульваре, нам удалось осуществить задуманное. Сегодня, двадцать лет спустя, когда город забит транспортом под завязку, повторить подобное невозможно. Если только власти города не примут специальное решение и, перекрыв Бульварное кольцо в нужном месте, не пустят транспортный поток в объезд, спланировав подобную операцию, как военную. Но это маловероятно.
Еще один момент, сохранившийся в памяти. Сюжет авантюры, затеянной Бархановым, строится на подмене эгрета XVII века (это заколка для платья, украшенная драгоценными камнями), находящегося в экспозиции Алмазного фонда в Кремле, на копию. К счастью, нам разрешили снимать в Алмазном фонде драгоценности царской семьи Романовых (а получить разрешение было довольно сложно), но брать в руки подлинный эгрет из этой коллекции не позволили. Мы пригласили профессионального ювелира, и он сделал для нас по фотографиям очень хорошую копию, где вместо драгоценных камней поставил качественные заменители. Эта копия и снималась в картине на крупных планах и в руках героев. Чтобы увидеть в кадре два экземпляра эгрета, как это написано в сценарии, пришлось использовать комбинированную съемку. Таким образом, трудная задача, стоявшая перед съемочной группой, была успешно решена. Теперь этот эгрет хранится у меня дома и напоминает о тех счастливых днях.
Непросто было снять эпизод, где Алябьев (В. Раков), не в силах больше слушать ругань жены, выбрасывается в окно с пятого этажа. Естественно, эти кадры снимались с дублером. Необходимых средств защиты, а именно большого надувного матраса, какие имеются для подобных целей у каскадеров в Европе, и прочих нужных приспособлений в те времена на студиях не было. Увы! Дублеру пришлось падать на сложенные в четыре слоя картонные коробки. К счастью, все прошло удачно. К падению дублера из окна мы подсняли падение Ракова со второго этажа на маты и затем его же короткое падение с дерева в кузов проезжающего мимо грузовика. К чести Ракова, эти трюки он выполнил сам.
В фильме есть еще один прыжок с
