Рэйсэн - история истребителя "Зеро" - Дзиро Хорикоси

иными словами, тренировками. Но даже пилот с боевым духом и отличными навыками не может заставить свой самолёт лететь быстрее его максимальной расчётной скорости. Тем более ему будет трудно лететь дальше максимальной расчётной дальности полёта. Поэтому я считаю, что мы должны сделать упор на скорость и дальность, а не на манёвренность».

Затем встал капитан Гэнда, и между ними двумя вспыхнули жаркие споры. Никто на заседании не мог объявить победителя в этих спорах, и ни один из них не хотел идти на компромисс. Слушая их, я думал: «Мнения этих двоих субъективно верны – следовательно, эта дискуссия может продолжаться бесконечно. Чтобы прекратить подобный безрезультатный спор, не остаётся ничего другого, кроме как создать машину, удовлетворяющую всем требованиям». Что касается меня, то придётся пересмотреть требования к снижению веса и аэродинамике, которые вытекали из ранее принятой концепции проектирования, и я должен попытаться ускорить разработку как винта с переменным шагом, так и улучшенных характеристик двигателя». Я решил, что это единственный выход – других вариантов не было.

Большой, но выглядит отлично

Вскоре после заседания, 27 апреля, на сборочном заводе опытного производства компании Mitsubishi состоялся технический осмотр полноразмерного макета. Начиная с этого момента, нашему «Прототипу 12» предстояло пройти множество проверок и испытаний со всех сторон вплоть до его первого полёта. Его должны были обучить, чтобы он стал прекрасным молодым воином.

Полноразмерный макет, построенный к этому дню, представлял собой модель, в точности повторявшую форму и размеры готового самолёта. Его собрали в углу завода ещё до начала производства реального прототипа. Для постройки этого высоко детализированного макета использовалось в основном дерево, также были установлены габаритно-весовые макеты двигателя и вооружения.

Цель постройки макета заключалась в том, чтобы предоставить инструмент, с помощью которого при необходимости можно было проводить осмотры и выдавать инструкции по модификации, чтобы заказчик остался доволен конечным продуктом. Рассматривались такие элементы, как внешние обводы, кабина, подкапотное пространство двигателя, установленное оборудование, приборная панель, шасси, системы управления (включая детали узлов и связанную с ними структуру элементов проводки), прочность и расположение смотровых лючков, обзор пилота, а также удобство в эксплуатации, осмотре и техническом обслуживании.

В этот день среди визитёров от Флота были капитан 3-го ранга Кира, начальник отдела лётных испытаний Лётно-технического института, и ещё около десяти человек, включая старшего лейтенанта Итая из авиакорпуса Йокосука и капитана 3-го ранга Сибата. Поскольку «Прототип 12» вызывал такие жаркие споры день за днём, представителям ВМС, должно быть, очень хотелось увидеть полноразмерный макет как можно скорее. Я также с нетерпением ждал возможности услышать первые впечатления пилотов о новой конструкции.

Пилоты направились на сборочный завод опытного производства сразу же по прибытии, не тратя много времени на приветствия. Как только они вошли в здание, все чуть не хором сказали: «Какой-то он здоровый». В целом лётчики-истребители беспокоятся о размерах своего самолёта, и легко понять, почему «Прототип 12» показался им большим, ведь его размах был на один метр больше, а фюзеляж – на полтора метра длиннее, чем у истребителей «Тип 96», к полётам на которых пилоты только-только начали привыкать. Я вспомнил о своём верном, хоть во многом и интуитивном решении шестимесячной давности – тогда не оставалось иного выбора, кроме как использовать меньший двигатель.

Даже с этим небольшим мотором самолёт был значительно крупнее «Типа 96». Но если бы я использовал более крупную силовую установку, самолёт стал бы ещё на один габарит больше, чем сейчас. Обойдя вокруг макета, пилоты отметили: «Но выглядит симпатично». Вглядываясь в макет, который, казалось, был наполнен ощущением скорости и динамики, я посмотрел на господина Хаттори, и мы улыбнулись друг другу. Нам было приятно слышать эти типично прямолинейные замечания пилотов.

После короткого внешнего осмотра капитан 3-го ранга Сибата забрался в кокпит. Он проверил расположение ручки управления и различных других рычагов управления, приборов и пулемётов на предмет удобства использования пилотом. Затем наступила очередь старшего лейтенанта Итая. Перешёптываясь друг с другом по важным пунктам, они записывали замечания на специально подготовленной для этого доске.

Осмотр занял около двух часов, и к его завершению набралось более ста предписаний по улучшению, включая изменение расположения некоторых второстепенных деталей. Сто пунктов могут показаться большим числом, но это было обычным делом для осмотра макета. Таким образом, конструктор и пилоты, которым предстояло непосредственно эксплуатировать самолёт, время от времени консультировались друг с другом – это был единственный способ создать действительно удобный и простой в управлении самолёт. Стоит ли говорить, что мы начали вносить эти предложенные изменения в тот же день.

Начало работы над прототипом

К тому времени комфортное начало лета сменилось в Нагое удушающей жарой. Проектные работы были в самом разгаре, выпуск чертежей и производство деталей продвигались успешно. Я до сих пор помню, как мне приходилось постоянно вытирать вспотевшие руки, когда я проверял различные чертежи. Во время обеденного перерыва я любил наблюдать за байдарками и академическими судами-одиночками в судоходном канале, примыкавшем к южной окраине завода. Наконец, началась реальная сборка «Прототипа 12». Она началась осенью, когда океанский бриз со стороны залива Исе начал приносить долгожданную прохладу.

Ранее опытное производство размещалось во временном помещении серийного завода, но для «Прототипа 12» в качестве цеха сборки прототипов было задействовано большое здание, расположенное через поле от главного корпуса, в котором находилось конструкторское бюро. Перед началом сборки на полу были надёжно закреплены каркасные конструкции, называемые стапелями, и в них собирались три основных крупных узла: крыло, носовая часть фюзеляжа и хвостовая часть фюзеляжа. Что касается крыла, три лонжерона, проходящие по всей его длине, устанавливались в стапель, а профилированные поперечные элементы, называемые нервюрами, размещались перпендикулярно лонжеронам и жёстко фиксировались на месте, формируя таким образом контур крыла. На завершение каждого узла уходило несколько месяцев. В течение этого времени стапель должен был удерживать каждый элемент в строго определённом положении, поэтому их изготавливались из толстостенных стальных труб.

Сборка лётного «Прототипа 12», авиазавод «Мицубиси» в Нагое, 1939 год.

Как-то раз, когда было выпущено уже около трети от запланированного объёма чертежей, я посетил цех опытного производства и застал производственный персонал за проверкой точности стапелей. Для проверки прямолинейности и горизонтальности линий они использовали прибор, похожий на те теодолиты, что применяются в геодезии. Положение каждого элемента проверялось и регулировался по мере необходимости. После завершения этих кропотливых подготовительных работ в