Владимир Дайнес - Фельдмаршал Манштейн – лучший полководец Гитлера

Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 154

© Дайнес В.О., 2013

© ООО «Издательство «Яуза», 2013

© ООО «Издательство «Эксмо», 2013

Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.

© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес ( www.litres.ru)

В 1806 г. между коалицией европейских держав (Великобритания, Россия, Пруссия, Саксония, Швеция) и Францией началась война, в которой союзники планировали изгнать французские войска с захваченных ими территорий и восстановить дореволюционные порядки во Франции. Однако Наполеон в сражениях под Йеной и Ауэрштедтом разбил в октябре прусскую армию герцога К. Брауншвейгского и за шесть недель занял почти всю Пруссию с ее столицей Берлином. В этом сражении принимал участие штандарт-юнкер фон Левински, дед будущего генерал-фельдмаршала Эриха фон Манштейна. В дальнейшем фон Левински сражался против французов уже в качестве офицера.

По стопам отца пошли и оба сына, завершив военную карьеру командирами корпусов. Один из них, генерал-лейтенант Эдвард (Эдуард) Эвальд Эрих фон Левински, женился на Хелене фон Шперлинг. Супруги жили в согласии, воспитывая девять детей, четверо из которых также стали офицерами. 24 ноября 1887 г. в Берлине в семье фон Левински родился десятый ребенок, нареченный при крещении Фридрихом. Сразу же после его появления на свет родители телеграфировали майору Георгу фон Манштейну и его супруге Хедвиг, урожденной фон Шперлинг: «Сегодня родился ваш здоровый мальчик. Мать и дитя в полном здравии. Сердечно поздравляем! Хелен и Левински» [1].

Читатель, ознакомившись с этой телеграммой, пребывает в неудомении: кто же родитель ребенка? Все очень просто. Сестры Хелена и Хедвиг фон Шперлинг были неразлучны с детства. Хедвиг не могла иметь ребенка, а потому сестры решили, что в случае появления на свет мальчика в семье фон Левински он будет передан бездетной паре. Так и поступили после крестин малыша. Приемные родители окружили его глубокой и нежной заботой. Мальчика теперь величали Фриц Эрих фон дер Левински, названный фон Манштейн. В ходе дальнейшего повествования мы будем его именовать Эрихом фон Манштейном, ибо под этим именем он более всего известен, как на Западе, так и в России. Сам он впоследствии спокойно отнесся к тому, что попал в семью фон Манштейнов. «Я узнал, что мама с папой не являются моими физическими родителями, уже в раннем детстве, – пишет Эрих фон Манштейн.  – Благодаря тесным семейным связям в нашем роду я не страдал ни от какого внутреннего конфликта. Так как я с первых сознательных дней своей жизни находился в доме своих приемных родителей, они, само собой разумеется, заняли в моем сознании места моих отца и матери» [2]. Для Эриха авторитет приемного отца, придававшего большое значение таким понятиям, как долг и честь, был непререкаемым.

Итак, из одной семьи потомственных военных Эрих попал в другую, имевшую увесистый послужной список. Георг фон Манштейн, по утверждению Эриха фон Манштейна, являлся выходцем из рода вождей древних пруссов. Шестнадцать предков по прямой генеалогической линии фон Манштейна были генералами прусско-немецкой или русской службы. Среди них полковник гвардии русской службы, генерал-майор прусской службы Кристоф Герман фон Манштейн, автор труда «Записки историческия, политическия и военныя о России с 1727 г. по 1744 год, сочиненныя г. Манштейном, бывшим в русско-императорской и прусско-королевской службах», опубликованного в 1770–1772 гг. в Лейпциге, Амстердаме, Париже и Лондоне, а затем в Санкт-Петербурге [3]. Его потомок Альбрехт-Густав фон Манштейн (1805–1877) был генералом от инфантерии прусской службы, отцом Георга фон Манштейна. По приглашению Петра I на службу в русскую армию прибыл генерал прусской службы Эрнст-Себастиан фон Манштейн, который стал генерал-поручиком. Добавим еще, что Эрих фон Манштейн состоял в дальнем родстве с генерал-фельдмаршалом П. фон Гинденбургом-Бенкендорфом, будущим президентом Веймарской республики.

Семьи фон Манштейна и фон Левински не были богачами в прямом смысле этого слова, но и не бедствовали. После франко-прусской войны 1870–1871 гг. император Вильгельм I по представлению рейхстага пожаловал им пенсии, которые позволили вести безбедную жизнь.

Эрих, по собственному признанию, был физически слабым ребенком. Однако приемные родители сделали все возможное для того, чтобы укрепить его здоровье. В результате при поступлении в кадетский корпус Эриха признали «условно годным». Он был довольно живым и восприимчивым мальчиком, с легким характером, что особенно сказывалось во время учебы в лицее в Страсбурге. Учителя не раз отмечали, что Эрих «совершенно неусидчив» и «при большем прилежании с его способностями он мог бы учиться гораздо лучше». Но природная одаренность позволила Эриху показывать хорошие результаты в учебе, чем он неоднократно удивлял своих учителей. Еще одной чертой характера Эриха, по его утверждению, являлось очень развитое чувство справедливости, которое объединялось в душе с сильным духом противоречия. С этим утверждением можно согласиться, так как в последующем фон Манштейн не раз высказывал свое несогласие с Гитлером по оперативно-стратегическим вопросам.

Родословная, несомненно, повлияла на выбор профессии Эрихом, который воспитывался в доброй прусской традиции. В 1899 г. он окончил лицей, а в следующем году поступил в кадетский корпус. Два года учился в городе Плене, а затем еще четыре – в главном кадетском корпусе в Лихтерфельде. Вспоминая о том времени, фон Манштейн отмечал, что воспитание было строгим, а полученное образование в известном смысле однобоким, так как кадетов готовили в первую очередь к будущей профессии солдата. Врожденное честолюбие не позволяло ему прятаться от физической нагрузки за спинами товарищей, что сделало Эриха достаточно выносливым. «Жесткая муштра со стороны командиров рот и старших по комнатам, наверное, была не слишком приятна, – пишет он,  – но отнюдь не вредила нашей подготовке. В любом случае здесь мы получали куда лучшее и более современное физическое воспитание, чем в гражданских школах. Ну, а с точки зрения науки наше образование соответствовало уровню реальной гимназии» [4].

Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 154