Паутина времени - Наталья Вячеславовна Спехова
— А что это ты делаешь? — ахнула Даша и от неожиданности рассыпала клубки.
Клод опешила, покраснела и затараторила:
— Какой-то мальчик тут, у него дверь захлопнулась и не открывается. Я помогаю.
— Там Рико! — вскрикнула Даша и давай колотить в дверь: — Рико, Рико, открывай!
Клод воспользовалась моментом, выхватила у растерянной Амели клубки, собрала рассыпанные и рванула по коридору. А в номере было тихо.
— Что ты сделала с Рико? — завопила Даша и кинулась следом.
Амели опомнилась и бросилась догонять соперниц. Долго бы они так носились по коридорам, если бы не портье, перегородивший дорогу.
— Стоять! — гаркнул он. — Не знаю, что у вас случилось, это не моё дело: все быстро в номера!
Амели юркнула в ближнюю дверь — она жила рядом. Клод скрылась за углом, а Даша продолжала стоять. Её взгляд приковал чемодан.
— Это наши вещи. Где Рико и мсье Харди?
— Мадемуазель, они пропали, — сник портье.
У Даши туман поплыл перед глазами, и она рухнула на пол. Очнулась от того, что её кто-то клюнул в нос.
— Ай! — завопила она и вскочила.
Оказывается, она лежала на диване в фойе. Портье стоял в стороне рядом с пожилым господином, похожим на доктора, и размахивал руками. На крик они дружно обернулись и подскочили к Даше.
— Мадемуазель, прилягте! — скомандовал доктор и снова повернулся к портье.
А Даша увидела рядом чёрную кошку, а на её спине ворону… Мистика! Хорошо, что в клюве не было крысы. Ворона вспорхнула и нырнула в приоткрывшуюся на улицу дверь. Кошка пустилась следом, но, заметив, что Даша не двигается с места, зашипела и выгнула спину.
Тут уж юная мастерица всё поняла: она соскочила с дивана и с криком «Простите!» вырвалась на улицу. Бежать за вороной было сложно: приходилось постоянно задирать голову, а это неудобно. Но выбора не было — кошка так быстро появлялась и исчезала, что уследить невозможно. Но вдруг всё закончилось: кошка вынырнула из-за угла и замерла, ворона присела на оконце, которое едва выглядывало из тротуара. Кажется, оно вело в подвал.
— Они там? — поразилась Ковалёва, пытаясь отдышаться.
— Мяу! — ответила кошка и засеменила к старой двери.
Вела она вовсе не в подвал, а в старую лавку с вывеской «Ткани, нити», дверь которой кто-то подпёр палкой. Убрав её, Даша открыла дверь, но в помещении оказалось пусто. Кошка юркнула внутрь и повела вглубь лавки. Ни тканей, ни тем более нитей здесь давно не было — всё поросло паутиной. «Неужели здесь паутина времени?» — подумала девочка, как вдруг услышала знакомые голоса.
— Рико? Дедушка Харди? — закричала Даша и кинулась им навстречу.
— Ты нашла нас? О чудо! — воздел руки к небу портной. — Спасибо нашим проводникам.
Кошка мяукнула и скрылась. А Рико вскочил и горячо запричитал:
— Мы хотели тебе купить пряжу. Но юная парижанка с оранжевыми клубками завела нас в эту старую лавку и заперла! Мы хотели купить такие же яркие нитки, как у неё. Но она обманула нас, обманула!
— Спасибо вам, — Даша хлюпнула носом: ей так стало приятно, что друзья из прошлого заботятся о ней.
Но Харди вдруг спохватился:
— Вязать. Пора вязать, иначе Даша не успеет.
И друзья бросились к отелю. Они и не подозревали, что их ждёт ещё один сюрприз. Подбежав к Route, они увидели странное: в больших окнах мелькали то люди, то птицы. Вдруг дверь распахнулась, из холла выскочила всклокоченная девочка. Это же Клод! Следом выскользнула стая ворон, в клювах у некоторых были обрывки оранжевой пряжи — они кружили над девочкой, задевая её крыльями, и кричали так устрашающе, что у троицы холодок пробежал по телу.
— Вы что творите? — заверещала Даша. — Не надо, перестаньте!
Вороны вмиг стихли, осели на тротуар, оставив заплаканную Клод, и повернулись к Даше, словно ждали команды. Н-да, спасители бывают разные.
— Домой, — прошептала она, напуганная произошедшим. Даша понятия не имела, где дом у ворон, но, главное, пусть улетят.
Стая птиц поднялась, сделала круг над отелем и пропала.
— Ну и помощнички, — проскрежетал Харди, — навели суматохи.
Время для друзей замедлилось, и, когда портье выбегал из отеля, им показалось, что он плавно вытекал.
— Мадемуазель Клод, — вскричал он, — это беспрецедентный случай! Мы вынуждены вас выселить из отеля. Вы взломали чужой номер!
— Она взломала номер? — хором выпалили друзья.
— О, мсье, — портье бросился к Харди, — это ваш номер. Простите, мы не уследили. Ещё эти птицы. Откуда они вообще взялись?
— Она взломала наш номер? — испанец Рико не мог стерпеть такой наглости и замахал руками. — Это, это…
— Рико, — тихо проговорила Даша, — не кричи. Не надо выселять, она же в конкурсе участвует, — спокойно сказала Даша.
— Но ведь она хотела выкрасть ваши вещи! И тогда бы вы не смогли участвовать в конкурсе, — растерялся портье.
— Мне её жалко, — потупилась Даша.
Клод, взлохмаченная и заплаканная, резко повернулась и удивлённо посмотрела на Дашу. Француженка была старше на четыре года и уже умела строить козни. Но никто ещё не прощал ей пакостей. Почему эта девочка простила? Странная. «Ну и хорошо», — подумала Клод и, задрав голову, прошествовала обратно в отель.
Портье, Харди и Рико ещё долго обсуждали и размахивали руками, а Даша поднялась в номер и достала свой шарф: какое счастье, что она не все отдала королю. Он, как талисман, успокаивал и согревал.
«Связать чулки, как у короля? — задумалась она, прижимая шарф. — Нет. Банально, свяжу их дома. Здесь нужно что-то особенное».
Даша мечтательно закатила глаза, мысленно перебирая варианты, и тут же увидела паука, что болтался прямо перед её носом. Опять он! А она уж думала, что встреча будет не скоро. Паук почему-то качался в паутине, как в гамаке, — она провисла и не давала ему выбраться. «Сумка! Ажурная сумка! Я ещё никогда их не вязала», — мысленно воскликнула Даша, глядя на «гамак».
Но тут же опомнилась и спросила:
— А что ты опять здесь делаешь? Следишь за мной? — с прищуром поинтересовалась Даша.
— Я здесь, чтобы помочь тебе, — прошелестел паук, барахтая лапками, — только сначала ты мне помоги отсюда выкарабкаться: нити порвались и я запутался.
Даша бережно вынула старого знакомого из западни и посадила перед собой на стол. Он же скользнул в сторону и юркнул в открытый чемодан — на шёлковые нити. Пока Даша соображала, его лапки принялись мелькать, сплетая
