В объятиях вендиго - Эдди Паттон

– Давай потом… – попросил он, прижимаясь губами к моему лбу и запуская пальцы в мои влажные и спутанные волосы. – Сейчас так хорошо…

Я прикрыла глаза и обняла его за талию, притягивая ближе и отдаваясь единственному настоящему замутняющему разум чувству, заклокотавшему в груди и горле нарастающим жаром.

– Можно я лягу с тобой? – спросила я шепотом, даже не надеясь на ответ. Просто что-то внутри требовало попросить об этом. Какой-то странный порыв, похожий на сметающий любые «за» и «против» северный ветер.

– Да, конечно, Кэра… – Тяжелая мужская рука бережно легла на спину, направляя к соседней комнате, освещенной бледным лунным светом, что просачивался из окна, скрытого за плотными шторами. – Все, что попросишь.

Глава 48. До утра

song: wolf alice – storms

Все ощущалось нереальным, почти искусственным – начиная от света луны и уличных фонарей за шторами и заканчивая моей дрожью и горячими руками Лестера на талии, прижимающими к себе.

Он отвлекся на то, чтобы прикрыть дверь: замок звонко щелкнул в ночной тишине, а затем мужчина выдохнул, дотронувшись до моих все еще влажных волос. Провел пальцами по линии их роста, собрал пряди и убрал со лба.

Его фигура была скрыта тенью, слабый свет с улицы освещал лишь его лицо: нос, губы и глаза с оттенком битого стекла и напряженные, хмуро сведенные брови. А большего было и не нужно.

Взгляд его очертил меня, словно пытаясь выискать, за что бы зацепиться, но не находил искомого, мечась от одного места к другому.

– Понимаю, что все немного быстро… – сказал Норт, делая шаг ко мне и оставаясь на расстоянии лишь собственной ладони. – Ты любишь свидания? Или, может…

– Я не фанатка ресторанов. – Усмехнувшись, я обнаружила в себе смелость и коснулась груди Лестера, растопыривая пальцы и тут же стягивая его футболку в кулак, чтобы хоть как-то выплеснуть свое напряжение. – Но можно было бы взять велосипеды и поехать куда-нибудь подальше…

– Куда-нибудь в лес, где потише и нет людей, – продолжил мужчина так же тихо, подстраиваясь под мой тон, и его рука перехватила мою, проводя по собственному телу. – И ты не сломаешь себе что-нибудь, если упадешь…

– Я не падала ни разу за последние пару лет.

Тогда мой голос дрогнул и сорвался. Он стал сиплым, почти жалостливо умоляющим, хотя я не произнесла ни слова о том, чего больше всего хотела. Мне давно так сильно не требовалась физическая близость. Так давно, что ощущение, зародившееся внизу живота, показалось пугающим.

– А я пытаюсь узнать, насколько ты доверяешь мне. – Норт прижался лбом к моему, нагнувшись так, чтобы мне не пришлось подниматься на носочки.

– Четыре из пяти.

– Ох, а этот один балл – из-за этого? – Рука Лестера подняла мою к его шее, проводя пальцами по ледяной серебряной цепочке, отрезвляюще напоминающей мне о том, что вообще происходит.

Ноги вот-вот подкосятся, и я точно грохнусь – вне всяких сомнений. Долгое отсутствие постоянных отношений и воздух, что накалялся все сильнее и сильнее, – все это дурманило, лишая остатков разума.

– Именно… – Я прикрыла глаза плотнее и раскрыла губы в миллиметрах от его губ, вдыхая вновь, чтобы не закружилась голова. – Но я не хочу сейчас ни о чем думать.

Всего несколько сантиметров – и всему придет конец. Обе руки Лестера легли на мои бедра и надежно сжали, притягивая вплотную, пока я, на пробу, прикасалась к его рту, скользнув ладонью по стриженому затылку мужчины. Мягкие волосы легко прошли меж пальцев. Страх медленно покинул сознание, оставив за собой лишь горькое желание. Оно дрожало на моих губах и требовало, чтобы я выпустила эмоции.

Норт перехватил поцелуй и легко приподнял меня на руках, когда мы оказались на прохладной кровати. Чувствуя под собой простыню, я невольно вспомнила, что совсем не готовилась ни к чему подобному.

Света из окна едва хватило, чтобы разглядеть блеск на губах Лестера, его влажную челку и напрягшиеся от напряжения мышцы под тонкой футболкой. Он потянулся ко мне снова, оглаживая широкой ладонью талию и бедра, переходя к поцелую с таким неожиданным напором, что меня передернуло. Он раскрыл мой рот языком, пробираясь еще глубже, так, что столкнулся с моим. Я обняла Лестера обеими руками, погладила шею и провела ладонями по скользкому телу там, где могла остановиться без усилий. Дрожь проходит по ногам и собирается внизу живота. Там, где через несколько секунд окажется рука Норта.

Слов не требовалось. По правде говоря, я не хотела играть в наивную школьницу и притворяться хорошей девочкой – не с ним. Не с Лестером, от которого несет одурманивающим одеколоном и его собственным едва уловимым мужским запахом.

– Только не молчи, если что-то не так, – твердо говорит он, когда я слышу знакомый шорох рвущейся оболочки презерватива.

Он подготовился, и эта мысль невероятно заводит – осознание того, что тебя все это время хотел мужчина, который тебе небезразличен, – пьянит, как бы слащаво и избито это ни звучало.

– Хорошо, – наконец-то смогла ответить я, но на это потребовалось слишком много усилий.

Тянущееся теплым потоком по животу предчувствие заставляло моргать слишком часто. Мне нужно было сосредоточиться, чтобы не упасть в обморок и понять, могу ли я уже…

– Не стесняйся. – Лестер дотронулся губами до моего уха и бережно отвел с лица растрепавшиеся пряди. – Мы на равных.

Он был прав, и это подарило мне прилив смелости. Я потянула за край его футболки, освобождая от скрывающей тело ткани. При лунном свете мне удалось лишь мельком увидеть, что его грудь покрыта тонкими линиями татуировок. Норт был хорошо, плотно сложен, с сильным торсом и неприлично мощным телом бывалого солдата – в мелких застарелых белеющих шрамиках. Пальцы легли на живот, и я дернула вниз край его штанов. Второй раз за вечер меня укололо осознание, что меня хотят, – мысль об этом развязывала мне руки, подталкивала к продолжению, звенела в ушах его голосом.

– Доверься мне, и все будет хорошо.

По коже в очередной раз разбежались мурашки, когда пальцы Норта пробрались уже под мою одежду. Я почти не двигалась, наблюдая за его сосредоточенными движениями и поднимающимися плечами, за каждым вдохом и выдохом.

В комнате будто отключили все прочие звуки. Я слышала лишь собственное биение сердца, отдающееся в ушах, писк в ушах от подскочившего давления и дыхание Лестера возле своей шеи, когда он опустил вниз одну руку и мягко поцеловал там, где от накативших эмоций дрожала на горле венка.

Ловкие, умелые движения пальцами – именно так, как нужно, как больше всего требовалось, и от меня не осталось ничего, что могло бы привести в чувство и заставить остановиться. Обхватив Норта руками, я укусила его за плечо, загнанно выстанывая что-то невнятное.

В голове смешивались разрозненные мысли, а